Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

ли не каждый день шлют ему сообщения, в которых упорно твердят о том, что Маршалл – лгунья и предательница, способная всадить ему нож в спину, — рассказывает Даниэль. — Я всеми силами пытался переубедить его, что его хотят одурачить, но он меня не слышал. Он верил какому-то отморозку больше, чем лучшему другу.

— Да я уже и сама не знаю, как мне убедить его в том, что ни за что не причиню ему боль и никогда не предам, — дрожащим голосом говорит Хелен. — И мне ужасно обидно. Обидно, что Пит верит незнакомцу гораздо больше.

— Такое, к сожалению, бывает, — с грустью во взгляде отмечает Наталия. — Иногда человек верит лжи незнакомого человека куда больше, чем правде того, кто ему очень близок. И парадокс в том, что чем ближе мы к человеку, тем больше сомневаемся в нем, если он дает хоть один малейший повод.

— То есть, ты бросил Питера одного после того, как он начал предъявлять тебе обвинения? — заключает Эдвард.

— Не совсем, — уточняет Даниэль. — Я и не собирался уходить. И ругаться с Питером не планировал и не хотел.

— Но тогда почему ты его бросил? — недоумевает Ракель.

— В какой-то момент он сказал кое-что, что задело меня за живое. То, из-за чего я затаил на него сильную обиду.

— И что именно? — слегка хмурится Терренс.

— Напомнил мне о том, как во время моей амнезии Бланка выдавала себя за мою невесту и фактически вынудила меня изменить Анне.

Даниэль нервно сглатывает и слегка склоняет голову.

— И пожелал, чтобы я однажды оказался на ее месте, — более низким голосом добавляет Даниэль. — Чтобы я задыхался от злости, видя, как ее обнимает и целует другой.

— Ого, вот это он загнул… — округлив глаза, задумчиво произносит Наталия.

— Он правда так сказал? — неуверенно спрашивает Анна, все еще мокрыми глазами посмотрев на Даниэля.

— Меня это жутко разозлило, — признается Даниэль, крепко сцепив пальцы рук. — До смерти хотелось как следует звездануть ему по морде и оттаскать за волосы.

— Но ведь Пит знает, что для тебя это больная тема, — отвечает Хелен. — То, что ты стараешься не вспоминать и забыть раз и навсегда.

— В тот момент Роуз вряд ли об этом думал.

— И вы что, сцепились? — спрашивает Терренс.

— Нет, до этого дело не дошло. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержать себя и ничего ему не сделать. В глубине души я этого не хотел. Не хотел хоть как-то ему вредить. Даже если в тот момент я реально его ненавидел.

— Господи, и о чем только Роуз думал? — недоумевает Эдвард. — Да, он был зол. Я прекрасно понимаю его чувства. Но так тоже нельзя.

— Возможно, он в какой-то момент и пожалел об этом. Ведь Питер сразу же начал извиняться и оправдываться. Мол, он не хотел этого говорить. Типа он просто слишком зол, ему страшно и всякое такое. Но мне в тот момент было глубоко плевать. Я не хотел говорить с ним не только из-за того, что мечтал трахнуть его башкой об асфальт, но еще и из-за того, что он просто меня не слышал. Что я как будто бы распинался перед стеной.

Сэмми в этот момент тихонько подает голос.

— Короче, я просто свалить от греха подальше. У меня не было ни малейшего желания доводить конфликт до точки кипения и подумал, что смогу погасить его, если просто вовремя уйду. Да, Роуз что-то говорил, но мне было по хер. Я не хотел ничего знать. Так что я просто сказал ему подумать обо всем, что он делает, и посоветовал вернуться домой. Ну а потом я ушел.

— В этом случае я могу тебя похвалить, — задумчиво говорит Терренс. — Молодец, что не захотел развивать конфликт.

— Да, но каких трудов мне это стоило! Сдержало лишь то, что Питеру сейчас и так не легко. Мол, бедного парня и так преследует какая-то крыса и хочет убить. А если я наброшусь на него и захочу разрушить нашу дружбу, то ему будет еще хуже.

— Выражаю тебе свое уважение, — уверенно произносит Эдвард.

— Так или иначе Питер – мой друг. Мой близкий друг. Практически брат. Он многое для меня значит и стал первым человеком, который подружился со мной не ради какой-то выгоды. Я не могу просто так взять и вычеркнуть из своей жизни того, является важной ее частью.

— Ты молодец, Даниэль, это было правильно, — мягко говорит Анна, погладив Даниэля по руке, которую в какой-то момент берет обеими руками. — Я уверена, что Пит так не думает и не желает тебе ничего подобного. Он просто был очень зол и ляпнул все это, не подумав. В порыве злости человек может такого наговорить, что он потом захочет застрелиться. В напряженной гонке двух противников гнев первым придет к финишу и наворотит делов, с последствиями которых разуму будет не под силу разобраться сию же минуту.

— Я и сам рад, что принял решение уйти. Хотя если бы я знал, что это приведет к таким ужасным последствиям, то вон из кожи бы полез, чтобы остаться и помочь. Был бы готов кусать себе руки, лишь бы сдержать весь гнев, который меня тогда переполнял.

— И опять сказочному дураку сказочно повезло! — скрещивает руки на груди Терренс. — Чудом избежал перспективы получить битой по башке и очухаться черт знает где со своим друганом.

— Я немного успокоился, пока наматывал километры по огромному магазину и искал все необходимое по списку. И подумал: «А было ли правильно уходить? Ведь мы знаем, какая сейчас ситуация! Может, я зря так поступил?» Даже в какой-то момент захотел сам позвонить Роузу и спросить, все ли с ним хорошо. Но… Так и не позвонил. Слишком увлекся поиском товаров и вскоре напрочь об этом забыл.

— Так или иначе в этой ситуации и правда трудно защищать Питера, — задумчиво говорит Наталия. — Да, мы понимаем его чувства, но это не повод набрасываться на своих друзей. Они ведь ни в чем не виноваты.

— Я боюсь, что однажды эти твари начнут настраивать Питера против нас с вами, — выражает беспокойство Даниэль. — Наговорят ему такого, что