Мой светлый луч - Лора Павлов

— Я тебе ничего не должна, — ее голос был холодным. — Ты превратил мою жизнь в сущий кошмар, лишь бы твое имя не забывали в прессе, пока ты не гастролируешь. Это жалко. Но давай, поговорим еще разок.

Я посмотрел на братьев, когда взял Лулу за руку. Знал, что они будут следить за нами.

Я повел ее в дальний угол, подальше от танцпола и любопытных глаз. Здесь он не был той звездой, за которой бегают толпы. Здесь Лулу любили, а его музыка и близко не звучала в этом баре.

Мы сели за столик: Лулу рядом со мной, Беккет напротив.

— Ты считаешь, что я должен узнавать о твоих новых отношениях из желтой прессы? — он сжал кулаки на столе, лицо перекосилось от злости. Я бросил взгляд на ближайшего охранника, и тот выглядел так, будто ему надоело наблюдать за его истериками.

— Мы расстались больше года назад. За это время я встречалась с другими мужчинами. Я не обязана перед тобой отчитываться каждый раз, когда с кем-то знакомлюсь. И давай уже наконец скажем правду — хоть раз в жизни, — она выдохнула. — Ты любишь не меня, а свое имя рядом с моим. Тебе нравится внимание, которое ты получаешь, втягивая меня в свои проблемы. Моя семья делает заявления, все обсуждают, и тебе снова есть что показать. Но между нами давно ничего нет. Мы даже не общаемся. Я заблокировала твой номер. С какой стати я должна была сообщать тебе, что встречаюсь с кем-то другим?

— Из уважения, — выдал он, как настоящий самовлюбленный кретин.

— Из уважения? — она рассмеялась ему в лицо. — Ты изменял мне не раз в последний год наших отношений. Да мне плевать. Мы тогда уже почти не были вместе. Ты вечно был в разъездах, а я только и думала, как бы вырваться из этого ада. Ты сам превратил все в кошмар.

— Потому что я все еще люблю тебя, — пожал он плечами. И на секунду мне даже стало его жаль. Потому что иметь такую девушку, как Лулу Соннет, — все равно что поймать солнце. И потерять ее, конечно, больно. Но он сам это устроил. Она была с ним, а он относился к ней как к мусору, и она ушла.

Сам виноват, придурок.

— Ты даже не знаешь, что такое любовь. Ты просто хочешь то, что больше не можешь получить. Ты — избалованный нарцисс, который не может смириться с тем, что мне плевать на твою славу и деньги. Ты не заставишь меня разговаривать с тобой, Беккет. Все кончено. И мы оба это знаем. Так что давай закончим на этом и разойдёмся.

— Знаешь, со сколькими женщинами я сплю за неделю? — он наклонился вперед, а я обнял Лулу за плечи, давая понять, что лучше ему не продолжать.

Даже не думай, ублюдок.

Я хотел вмешаться. Заставить его заткнуться. Но она должна была справиться сама. Я уважал это. Пока он не перейдет черту.

— Наверное, с многими. Молодец. Желаю счастья. Правда. Но меня это не волнует. Мне все равно, с кем ты встречаешься, с кем спишь и что делаешь, — она спокойно отпила вина, будто ему не удалось ее задеть.

Лулу Соннет была настоящей королевой. И я сидел в первом ряду этого шоу.

— Анастасия беременна, — сказал он, и я понятия не имел, кто это такая.

Я посмотрел на Лулу, чтобы увидеть ее реакцию. Именно на это он и рассчитывал.

— Надеюсь, ради Анастасии и твоего ребенка, ты, наконец, возьмешься за ум, Беккет. Она была с тобой с самого начала, еще с первых гастролей. Она заслуживает лучшего. Ты должен быть рядом со своей беременной девушкой, а не бегать за бывшей, которая тебя видеть не хочет.

— Да пошла ты. Я бы тебя снова в шкафу запер, — прошипел он, и мои плечи напряглись.

Что, блядь, он сейчас сказал?

Я уже собирался вскочить, но Лулу под столом сжала мою руку.

Я справлюсь.

— Дам тебе один совет, просто потому что у нас с тобой было прошлое. Только поэтому, — она поставила бокал вина на стол и посмотрела ему прямо в глаза. — В тот день, о котором ты говоришь, я осознанно решила полностью вычеркнуть тебя из своей жизни. Спасибо тебе за этот урок — я тогда поняла, что у нас с тобой не осталось даже шанса на дружбу. В тот же день я пошла на курсы самообороны. Так что запомни: если ты хоть раз еще посмеешь поднять на меня руку, уйти на своих двоих ты уже не сможешь. Я сверну твою поганую шею, потому что ты — трус и жалкое подобие мужчины. — Она перевела взгляд за его спину. — И те, кто работает на тебя, позволяя тебе вести себя как животное, должны стыдиться, что отворачиваются в такие моменты. Тебе повезло, что я не вынесла все это на публику. И сделала я это не ради тебя, а ради своей семьи, чтобы не давать им еще один повод для стыда из-за тебя.

Во мне все кипело, хотя я даже не знал, что именно он сделал. Но знал одно — это было ужасно.

Я притянул Лулу ближе и посмотрел Беккету прямо в глаза. Его зрачки были расширены, глаза налиты кровью — ясно как день, что он под чем-то.

— Ты получил, что хотел? Вот и прекрасно. Больше не смей ее трогать. Даже смотреть в ее сторону не смей. Я ясно выражаюсь? Собери своих шавок и катись из моего города. Здесь тебя никто не ждет.

Он огляделся по сторонам. Никто, кроме моих братьев в нескольких метрах, даже не обращал на него внимания.

— Я просто хотел, чтобы ты знала — у меня будет ребенок, — пожал он плечами.

— Может, пора уже сосредоточиться на этом ребенке? И забудь про мое имя в интервью. Пора двигаться дальше, Беккет.

Он провел рукой по лицу.

— Я облажался, Лу. Это правда. Я знаю, что больше никогда не встречу такую, как ты. И знаю, что ты никогда не вернешься.

— Вот с этим ты, наконец, прав, — она скрестила руки на груди и прижалась ко мне. — Прощай, Беккет.

Он перевел взгляд с меня на Лулу, потом резко встал.

— Пошли отсюда из этой дыры.

Он развернулся и ушел, охрана двинулась следом, а я проводил их до самой двери, пока они не скрылись с глаз. Лулу все это время держалась за мою спину.

— Ты в порядке?

— В полном. Спасибо, что сидел рядом и не