Жестокий дикарь - Ана Уэст

Он сказал, что может заставить меня кричать, не нарушая своего обещания, и я не собираюсь давать ему победу.

— Чёрт. — Его голос прорывается сквозь мои сумбурные мысли. — Если ты продолжишь в том же духе… — Он замолкает, прикусывая моё плечо, пока я снова глажу его.

Мне нравится это новое ощущение власти над ним. Его мышцы напрягаются, пока я продолжаю, восхищаясь тем, как его тело реагирует на мои прикосновения. Другой рукой я провожу по его рукам, ощущая, как двигаются его мышцы под моими пальцами. Его бёдра вздрагивают каждый раз, когда моя ладонь скользит по его твёрдости. Я чувствую, как колотится его сердце в груди, когда сжимаю его кончик, ощущая там капельку влаги.

— Кара, — снова предупреждает он. Но я не останавливаюсь. Внезапно он хватает меня за запястье и поднимает мою руку над головой. Я думаю, он собирается поцеловать меня, но он этого не делает. Вместо этого он отстраняется, и его чёрные волосы спадают на лоб.

В его глазах торжествующий блеск, а уголки губ приподнимаются в ухмылке. Я прижимаюсь к нему бёдрами, желая узнать, каково это – быть с ним полностью, позволить ему взять меня так, как он явно хочет.

В мгновение ока он отстраняется от меня. Я ошеломлённо смотрю на него, пока он натягивает джинсы и застёгивает их. Киллиан едва удостаивает меня взглядом, направляясь на кухню, где он достаёт из холодильника бутылку «Брит» и стакан. Я медленно сажусь, поправляя юбку на бёдрах, пока он залпом выпивает воду.

Что, чёрт возьми, только что произошло.

Он...

— Ты гребаный придурок. — Я вскакиваю с дивана, поправляя платье и проводя рукой по волосам. Они спутались и цепляются за пальцы. — Мелкий ублюдок...

— Ты можешь обзывать меня как угодно, Кара. Но это не отменяет того факта, что ты никогда не говорила «нет».

Я открываю рот, но тут же закрываю его, не в силах придумать, что ответить. Он прав. Я не говорила «нет». Я позволила себе снова попасться на его уловки. Наконец, на моих губах появляется единственная фраза, которую я могу произнести.

— Ты не заставил меня кричать, — бросаю я вызов, скрещивая руки на груди.

— Я и не должен был. Я видел выражение твоих глаз. И этого более чем достаточно, чтобы сказать мне, что я победил. — Он пожимает плечами, как будто для него это вообще не имеет значения.

Меня охватывает смущение, щёки горят.

— И это всё? Ты сделал это только ради того, чтобы выиграть в глупой, бессмысленной игре, которую ты придумал в своей голове?

Он на мгновение задумывается над моими словами.

— Да, примерно так.

— Ты... — Больше ничего не выходит. Я едва могу говорить, я так зла. Моё тело трясётся, руки прижаты к бокам. Спорить с ним бесполезно. Киллиан будет делать всё, что захочет, с кем захочет, и никто не сможет его остановить.

Но я сделаю это. Начиная с этого момента.

Я заставила его пообещать, что он не будет со мной до свадьбы, и сегодня мне кажется, что он нарушил это обещание. Я знаю, что это не так, но он задел меня за живое. Заставил меня испытывать к нему чувства, которых я не хотела. Я до сих пор чувствую его прикосновение между своих бёдер, помню, как его губы касались моей шеи. Моих губ. Меня охватывает ненависть, вытесняя смущение, которое я испытывала раньше.

Я иду к двери и распахиваю её. Прежде чем выйти в коридор, я оборачиваюсь.

— Ты больше никогда не прикоснёшься ко мне, — рычу я. — Не сейчас. И уж точно не после свадьбы. Я никогда не буду твоей.

Удивительно, но Киллиан выглядит озадаченным моими словами. Шок, затем замешательство застилают его взгляд, но он ничего не говорит. Он ничего не делает. Я захлопываю за собой дверь, от удара сотрясаются стены. Я едва могу соображать, когда нажимаю пальцем на кнопку вызова лифта, желая, чтобы он двигался быстрее. Мне нужно выбраться отсюда и оказаться как можно дальше от этого придурка. Я не хочу, чтобы он снова приближался ко мне, но я знаю, что рано или поздно мне придётся встретиться с ним лицом к лицу. В следующий раз он меня не достанет. В следующий раз я буду к нему готова.

Двери лифта открываются, и я спешу войти, пытаясь сбежать. Я смотрю на его дверь, прежде чем лифт закрывается. Она больше не открывается. Я злюсь всю дорогу до вестибюля. Люди Киллиана с интересом смотрят на меня, когда я прохожу через парадную дверь, но я не обращаю на них внимания. Меня трясёт, я пытаюсь вспомнить, где припарковала машину, и нахожу её на середине улицы.

Приехать сюда было ошибкой. Сиена сказала мне, что Блэр скрыла от меня большую часть их отношений, но теперь я не могу отделаться от мысли, что бывшая девушка, возможно, была не так уж неправа. Киллиану на меня наплевать. Ему точно нет дела до моих чувств. Я всего лишь пешка в его извращённой игре, игрушка, которой он развлекается, когда ему вздумается. Игрушка, от которой он избавится, когда наиграется.

Я слишком зла, чтобы идти домой. Отца не было дома, но сама мысль о том, что я заперта в этих стенах – постоянное напоминание о том, что меня ждёт в будущем, – разрывала меня на части. Вставив ключи в замок зажигания, я завела машину и тронулась с места. Есть только одно место, куда я могу поехать. Место, где, как я знаю, мне помогут успокоиться.

Развернувшись, я направилась к дому Сэди. Даже если я не могу рассказать ей всё, мне нужна моя лучшая подруга, чтобы помочь мне справиться с нахлынувшими эмоциями. Сэди точно знает, что сказать. Я включаю стерео на полную, пытаясь заглушить свои мысли.

Киллиан думает, что победил... Но это только начало.

ГЛАВА 22

КАРА

Сэди живёт в симпатичном маленьком особнячке из коричневого камня в Бруклине. Родители подарили ей этот дом на первом курсе колледжа. Я паркуюсь на улице, трясущимися пальцами поправляю одежду, прежде чем подняться по ступенькам к её входной двери. По дороге я написала ей смс, что мне действительно нужно немного отдохнуть. Она сразу же пригласила меня к себе.

Я перепрыгивала через ступеньку, проклиная танкетку, которую выбрала к своему платью. Я не знаю,