Наследница поместья "Соколиная башня" - Александра Воронцова

— Кто сказал, что меня интересует доступное?

То есть, я для него трофей? Все дело в этом? В обычном стремлении к очередной победе?

— Но вас интересует чужое, — я попробовала взглядом донести до Бладсворда свое отношение к его поведению.

— Да нет. Только то, что должно принадлежать мне.

И это прозвучало так, будто я он был уверен, что рано или поздно я сдамся.

Эхом в голове прозвучали слова леди Синтии о том, что Исток всегда жаждет только одного — обладать.

Но даже если мне придется согласиться на ритуал, это не означает, что владетель сможет меня присвоить.

— Вы ошибаетесь, — тихо опровергла я его притязания. — Райан.

— Это вызов? — приподнял бровь Бладсворд.

— Это предложение одеться.

— Как прикажете, моя ледяная леди, — понимающе усмехнулся он и наконец отступил. — Мне нужна пара минут.

И подарив мне взгляд, обещавший, что никуда мне не деться, Бладсворд отправился наверх, а я осталась переводить дыхание и проводить с собой воспитательную работу.

Нельзя было поддаваться чарам владетеля.

Мне не просто предлагалось броситься с головой в омут страсти ради острых ощущений. На кону стояла моя жизнь.

Я уже во что-то впуталась против своей воли, а во что-то по глупости.

Чего только стоит эта отметина на моем плече. Как она связана с меткой Бладсворда. Непохоже, чтобы она беспокоила его, но меня-то она волнует!

И это голос?

Это последствия обряда?

Мог ли говорить со мной источник?

Все слишком мутно, зыбко.

К какому бы решению я ни пришла в итоге, оно должно быть принято с холодной головой. Достаточно того, что я была пешка в чужих непонятных играх. Слишком много персон, которым от меня что-то нужно.

И хотя чтение памяти арбалетного болта показало, что Бладсворд не имел никакого отношения к этому покушению, я искренне сомневалась, что дело только в его желании разделить со мной ложе.

Если бы владетель хотел просто взять меня, он бы уже это сделал.

Как это ни прискорбно осознавать, но я оказалась не такой уж стойкой.

У Бладсворда были для этого десятки возможностей.

А он продолжает меня… как бы правильно подобрать слово, даже не соблазнять, а приручать. Владетель постоянно контролировал ситуацию. Он всегда ходит по той грани, за которой его поведение меня оттолкнет, но не переступает ее.

И с каждым разом эта граница немного отодвигается.

Райан определенно преследует какие-то цели, которыми со мной делиться не желает, хотя и утверждает, что я все узнаю, как только дам согласие на ритуал.

Очень похоже на мышеловку.

— Энни, — вырывая из размышлений, окликнул меня Бладсворд с верхних ступеней лестницы, — нам нужно торопиться.

Сбегая вниз, он на ходу застегивал дублет.

Лицо его был нахмурено, и это заставило меня заподозрить, что дело не только в истекающем времени.

— Что-то случилось? — отгоняя тревожное предчувствие, спросила я.

— Да, — мрачно кивнув, владетель подошел к своему разложенному на столе арсеналу и методично вооружился обратно. — Случилось. Кое-кто пострадал. А я не успел его допросить.

Сейчас Бладсворд выглядел пугающе. Почти так же, как тогда, когда смотрел вслед Хэмишу. Владетель был собран, решителен, зол и напоминал стрелу, лежавшую на тетиве.

— С чего вы взяли? — поразилась я. — Кто пострадал?

— Тоби. И я не знаю, успеваем ли мы застать его в живых.

Я похолодела.

Тоби был еще совсем юн. Он вряд ли был старше меня.

— Вы хотели его допросить? — спохватилась я.

— Фокус с собакой — это же очевидная подстава. Я собирался выяснить, участие в ней Тоби было сознательным, или кто-то использовал его вслепую.

Я вспомнила смешливое лицо паренька и то, с каким почтением он смотрел на леди Синтию. Разве мог кто-то вроде Тоби задумать что-то гадкое? Или я настолько плохо разбираюсь в людях?

— Идем, Энни. Мне нужно оказаться там раньше всех, пока никто не знает.

Я озадачилась:

— Если не знает больше никто, то откуда это известно вам?

— Узнаешь, после ритуала.

— Но я еще не согласилась!

— Ты согласишься, Энни, — твердо сказал Бладсворд.

— И вас не смущает, что я вам не доверяю? — я пристально посмотрела на мужественное лицо.

Владетель невозмутимо ответил:

— Почему это должно меня смущать? Это говорит в твою пользу. Я бы тоже себе не доверял.

Глава 47. Время взрослых поступков

— То есть вы понимаете, почему я не спешу с ответом? — я испытующе смотрела на Бладсворда, надеясь, что в нем проснется раскаяние.

Напрасно.

— Разумеется, — подтвердил владетель. — И я бы дал тебе достаточно времени, если бы оно у тебя было. Нет, мы, конечно, можем тебя запереть где-нибудь в одиночестве, чтобы ни одна живая душа не могла до тебя добраться. Вопрос только в том, как надолго? Будем ждать пока не отойдут в мир иной все, кто заинтересован в твоей смерти? Увы, пока мы даже не знаем, сколько этих жаждущих. Пока круг участвующих только ширится. Тебе придется согласиться, Энни. И срок на то, чтобы смириться, истекает к ужину.

— К ужину? — опешила я. — Почему к ужину?

Это ведь совсем скоро.

Да, Бладсворд намекал, что мне пора бы уже определиться и дать ему ответ, но к ужину?

— Я бы хотел сказать, что это будет лучшим десертом, но дело в том, что ритуал нужно будет начать сегодня. Старфайр — капризное время. Так что, договариваться с собственной моралью тебе придется быстро.

— А если я мой ответ в итоге будет отрицательным? — спросила я.

— Чтобы тебе помочь, я сделаю все, что в моих силах, только возможностей у меня будет намного меньше. Однако я верю, что ты умненькая леди и примешь правильное решение.

Сегодня. Сегодня.

Мурашки по коже.

— Нам надо торопиться, Энни, — мягко намекнул Бладсворд на печальные обстоятельства. — Одну я тебя не отпущу. Тебе придется прогуляться со мной.

Да уж. Одной бродить по этому лесу, где из кустов запросто стреляют в людей, как в дичь, мне не хотелось. Но и своими глазами увидеть, что произошло с Тоби, тоже было страшновато.

Владетель же уже распахнул дверь, предлагая выдвигаться. Я было пошла к нему, но он меня остановил:

— Кинжал. Ты забыла кинжал. Держи всегда его при себе.

Ах, да.

Я подобрала лежавший на полу у кресла клинок и растерялась.

Удивительно, но на нем не было и следа крови.

Еще удивительнее было то, что порез на мизинце выглядел обычной царапиной, уже подзажившей, как будто я ободралась пару дней назад. Что-то тут было не так.

Кстати, когда я перевязывала плечо владетеля, оно тоже как будто выглядело не так, как следовало.