Отбор. Пламя в твоей крови - Анжелика Янчевская

Мои покои оказались просторными и богато обставленными. Огромная кровать с балдахином из белого меха, камин, в котором весело потрескивали поленья, широкие окна с видом на ледяные вершины.

— Ужин будет подан через час, — сообщил Валериан. — Если вам понадобится что-то ещё…

Он поклонился и удалился. Дарин и Тариус проводили меня до покоев и тоже ушли к себе.

Я осталась одна.

За дверью я слышала, как расставляют стражу. Голоса гвардейцев.

Я подошла к окну и выглянула наружу. Цитадель была построена на самом краю пропасти. Внизу, в головокружительной глубине, виднелись острые камни и ледяные сталактиты. Красивое и жуткое зрелище.

Кто-то тихо постучал в дверь.

— Войдите, — сказала я, обернувшись.

В комнату вошла молодая служанка с подносом. Она была чем-то похожа на Лиару — та же добрая улыбка. На мгновение моё сердце сжалось от боли, а потом стало холодно и все прошло.

— Я принесла вам горячего вина, миледи, — сказала она, ставя поднос на стол. — Чтобы вы согрелись после дороги.

— Спасибо, — ответила я. — Как тебя зовут?

— Селина, миледи, — она присела в реверансе. — Если вам что-нибудь понадобится…

Она направилась к двери, но в последний момент обернулась. На её лице отразился испуг.

— Миледи, — прошептала она, оглядываясь на дверь. — Будьте осторожны.

Не успела я переспросить, как она выскользнула за дверь. Я не боялась. Ледяная магия прорастала во мне, как цветок, замораживая страх и какие либо чувства.

Я села у камина, закутавшись в меховую накидку, и стала ждать. Ужин. Завтрашний день. Встречу с отцом.

И ответы на вопросы, которые мучили меня всю жизнь.

За окном сгущалась ночь, и ледяные пики Белого Хлада купались в лунном свете, прекрасные и безжалостные. Я сидела у камина, потягивая горячее вино и обдумывая слова служанки.

Что она имела в виду? Какую опасность она видела?

Где-то в глубине цитадели раздался протяжный звук — то ли вой ветра в ледяных коридорах, то ли что-то ещё. Звук повторился, и на этот раз в нём отчётливо слышались нотки боли.

Нечеловеческой боли.

Я встала и подошла к двери. За ней стояли наши гвардейцы, я слышала их приглушённые голоса. Но звук доносился не оттуда. Он шёл откуда-то из глубины восточного крыла, из тех коридоров, куда нас не водили.

Снова этот протяжный стон. Слабый, едва слышный.

Я приложила ухо к стене. Звук доносился снизу. Из подземелья.

Вдруг это мой отец. Кайрос из рода Белого Хлада. Что, если он давно пришел в себя? Что, если его держат где-то внизу, в темноте и холоде?

Сердце забилось чаще. Завтра нам покажут какую-нибудь инсценировку, пустые покои или подставного больного. А настоящий Кайрос умирает в подземельях собственной цитадели. Даже если я ошиблась, кто то страдает и нуждается в помощи.

Стон повторился. На этот раз он был громче и отчётливее. И в нём я различила слово. Одно-единственное слово, от которого кровь застыла в жилах:

«Эльвия…»

Меня звали. Кто-то в этих ледяных подземельях знал, что я здесь, и звал меня.

Дрожащими руками я потянулась к ручке двери. Плевать на осторожность. Плевать на план. Я должна была найти того, кто звал меня по имени в этой цитадели. В моей ЦИТАДЕЛИ! Краем сознания я задумалась, что со мной что-то не так, я меняюсь? Но додумать эту мысль не успела, как только мои пальцы коснулись металла, за стеной раздался другой звук. Звук шагов. Множество шагов, направляющихся в нашу сторону.

К моим покоям.

25

Звук шагов приближался к моим покоям. Много шагов.

Я отошла от двери и прислушалась. Стоны больше не повторялись, но что-то внутри меня — тот самый холод, который согревал меня с момента прибытия в цитадель, — подсказывало, что я не ошиблась. Кто-то действительно звал меня.

Внезапно перед глазами возникло видение. Яркое, отчётливое, словно чья-то чужая память. Моя рука тянется к стене, нащупывает определённый камень. Поворачивает статуэтку на шкафу. Стена отъезжает в сторону…

Видение исчезло, но знание осталось. Я точно знала, что делать.

Словно во сне, я подошла к стене и нащупала камень, который был чуть темнее остальных. Он со щелчком поддался под моим нажимом. Затем я повернула статуэтку дракона на шкафу. Стена со скрежетом отъехала в сторону, открыв узкий проход.

В моём сознании возникли новые видения. Через двадцать шагов поверните налево. Спуститесь по винтовой лестнице. Ещё один поворот к подземному залу.

Кто-то вёл меня. Кто-то, обладающий могущественной магией.

Я взяла свечу и шагнула в проход. Холод не пугал — он манил. Ледяная магия во мне откликалась на что-то древнее и родное. Стена за моей спиной встала на место.

Я шла по чужой памяти, ставшей моей. Узкий коридор, высеченный в скале. Спуск по каменным ступеням. Поворот за поворотом, пока коридор не расширился, превратившись в зал.

Посреди зала, в кольце светящихся рун, стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, с волосами цвета пламени — такими же, как у меня. Но кожа у него была бледной, почти прозрачной, а глаза горели холодным огнём. Не дух. Живой человек, но изменённый магией.

— Дочь Кайроса, — произнёс он тем самым голосом, который звал меня. — Наконец-то.

— Кто ты? — спросила я, подходя к кольцу рун.

— Эйдан, верный страж рода Белого Хлада. Советник твоего отца. Когда Валериан предал Кайроса, восемнадцать лет назад, я попытался его остановить. За это меня запечатали здесь.

Он протянул руку, но не смог пересечь светящуюся границу.

— Валериан думал, что больше не осталось никого, кто владеет ледяной магией и может снять эту печать. Он ошибся.

— Мой отец…

— Жив. Но Валериан держит его в башне Вечной Зимы, насылая кошмары через Чашу Зимних Снов. Каждую ночь Кайрос переживает смерть твоей матери, и даже во сне впадает в безумие. Для всех он действительно безумен и не мертв, только потому, что его держат в стазисе. Именно так, восемнадцать лет над, Кайрос прошел проверку королевским лекарем, и Валериан по праву занял место главы.

Ярость вспыхнула во мне ледяным пламенем. Я протянула руки к рунам и высвободила свою силу. Печать затрещала и начала рассыпаться.

— Осторожно! — предупредил Эйдан. — Слишком быстро! Они почувствуют откат от печати.

Я сосредоточилась и аккуратно вскрыла каждую руну. Одну за другой. Магия поддавалась легко, словно печать ждала именно моего прикосновения.

Последняя руна погасла. Кольцо исчезло.

Эйдан словно сделал шаг вперёд, И растворился в воздухе.

— Спасибо, — прошелестел голос. — Теперь мы можем освободить твоего отца.

— Что мне нужно сделать?

— Завтра, когда Валериан поведёт вас к Кайросу, я укажу