Невольная истинная 2 - Юлия Александровна Пульс

Я захлебнулась воздухом, поймала голодный взгляд Адри.

Было непривычно полно, двойник застыл во мне, будто позволял привыкнуть. Мне приходилось опираться руками по обе от него стороны, чтобы не упасть, но, вопреки опасениям, он надежно меня удерживал.

Я уловила скрещенный взгляд мужчин, один давал знак другому. Я запуталась и от дикого желания получить высшее удовольствие не понимала, кто где. Да и какая разница?

— Адри… — простонала, чувствуя, как натягиваются до звона мышцы внутри, — не мучай! Трахни меня…

Адриан хищно улыбнулся, навис сверху и, раздвинув мои колени, вошел спереди одним резким, глубоким толчком.

И оба члена замерли во мне. Издевательски!

И я замерла с приоткрытым ртом в ожидании невыносимо желанного продолжения, не в силах дышать, не в силах говорить.

Я могла лишь шире разводить бедра, позволяя Адри достать немыслимых глубин.

Казалось, что я сейчас в пыль превращусь.

— Да-а-а… как же хорошо с тобой, — я выгнулась, выставляя грудь и обнимая крепко Адри ногами. Спиной я чувствовала каждый изгиб тела двойника, его жар, его мощь.

А внутри назревал дикий ураган и медлительность мужчин только продлевала удовольствие, отчего я плавилась между их тел, будто взбитые сливки на горячей плите.

Пальцы Адриана впились мне в бедра до томной боли. Он наклонился вперед, и я почувствовала его горячее дыхание на щеке.

— Я… — прошептал с хрипотцой.

— Безумно… — протокнулся резче.

— Люблю… — сказал двойник и начал наращивать темп.

— Тебя, — Адри совершил такой глубокий толчок, что у меня закатились глаза от острого удовольствия.

Я изогнулась, сливаясь с двумя телами. Я оба члена чувствовала внутри, они сталкивались во мне, притираясь так тесно к моим стеночкам, заполняя меня до дна, что не было возможности говорить. Я только стонала и подавалась мужчинам навстречу.

Двойник скользнул ладонью по моему животу вверх и сжал грудь, сминая сосок между пальцами. Адриан ускорился до немыслимого темпа, вбиваясь в меня с дикой жадностью. Его дыхание срывалось на хрип. Я чувствовала, как сильно напряглись мышцы его пресса. Стебли метки расползались по телу истинного, мерцали, скапливались в точках нашего соприкосновения и взрывались искрами, окрашивая пространство вокруг золотом.

Ни дышать. Ни слышать. Ни говорить.

Ничего не могла.

Я словно разучилась.

Оставалось только удвоенное удовольствие, что спеленало тело и, накопившись внутри напряжением до невозможности, выдернуло из меня такой силы разряд, что я с криком затряслась под-над Адри, не в силах больше осознавать, где мой мужчина, а где его фантом.

— Люблю… тебя… Адриа-а-ан… люблю, да… да!

Я почувствовала, как они оба вздрогнули вслед за мной. Адри с глухим стоном уткнулся мне в шею, двойник впился пальцами в мои бедра.

Мы замерли, сплетенные в узел из тел и дыхания.

— Как же сладко ты кончаешь, цветочек, — прохрипел Адриан и двойник растворился, а я упала спиной на мягкую постель. Истинный придавал меня весом своего тела, все еще пульсируя во мне. — Хочу слушать твои стоны вечно, — коснулся он влажными дрожащими губами моих губ.

— Хочу чувствовать тебя в себе, — шепнула в ответ. Слова погасли в его приоткрытых губах: — Снова и снова.

Глава 40

Понадобилось два месяца, чтобы перестроить замок Дренер по чертежам Мери. Она так вовлекла сестер в этот процесс, что Лира оттаяла. Перестала вздрагивать и срываться с места, когда видела похожего на Нэйда дракона, но браслет не сняла. Иногда мы с Мери слышали, как малышка говорит с ним в тиши своих покоев. Делится детскими переживаниями, просит совета. В эти моменты мое сердце сжималось до тянущей в груди боли, но я верил, что это скоро пройдет.

К свадьбе нам помогала готовиться Гера. Она будто помолодела лет на десять, когда приняла титул графини Сорейна. Прекрасно справлялась с делами и лихо подстроила жителей Белого замка под себя. И если первые недели еще спрашивала моего совета по сложным вопросам, связанным с торговлей, то потом втянулась полностью. Я не пожалел, что доверил женщине правление.

У меня у самого голова шла кругом от работы над герцогством. Пришлось вводить кучу реформ в образование и тянуть на это средства из казны Сорейна. Проклятый Торн проматывал львиную долю сборов с других графств, ни в чем себе не отказывая. Накупил кучу поместий по всему Диону. Мне предстояло еще долго разгребать последствия его правления.

Наконец, настал день, которого мы с невестой так долго ждали.

Площадь перед старинным замком Дренер обычно заполненная шумными ярмарками и конными выездами, теперь напоминала сказочный сад. Широкие дорожки выложили узорчатой брусчаткой, переливающейся на миассе перламутром. По краям площади выстроились арки, увитые плющом с мерцающими листьями и алыми розами. Сотни искрящихся стеклянных сфер парили в воздухе над алтарем.

Вдоль аллей стояли магические фигуры драконов из мха и цветов. При приближении гостей они кивали в поклонах.

В центре возвели павильон из хрустальных колонн. Между ними струились фонтаны.

Все сделали так, как хотела моя девочка. Но и Лира с Тэей внесли свою лепту. Чуть поодаль от основного шествия мы установили шатер со столами, диванами и тележками со сладостями. Там было все для детского счастья: от леденцов, меняющих вкус, до пирожных, парящих над подносами.

Все это великолепие охраняла армия эхилов, которая взяла в живое кольцо весь периметр торжества. Харт, да и остальные, хотели лично посмотреть, как демоны ходят строем по моему приказу. Диковинка для драконов, которые столько лет отчаянно сражались с тварями застенья. Мне пришлось выпустить двойника в обличье зверя. Он черной горой сидел на башне замка и моими глазами наблюдал за происходящим.

Я стоял у алтаря в белом парадном камзоле и лично встречал важных гостей, что прибывали до основной церемонии. Особенно сильно ждал его величество и когда он с женой и детьми появился на площади, отвесил альену низкий поклон, приблизился и протянул руку.

— Дренер не узнать, Адриан, — заулыбался Харт и кивнул детям в сторону шатра с пирожными. Там как раз Гера гуляла с девочками и другими нянями с детьми гостей.

Сын и дочь, что до этого стояли рядом с отцом, вытянувшись по струнке, счастливо заулыбались и помчались по площади. Необычайно розовые волосы Нейрис, сестры-близняшки Северина, искрились в лучах миасса, а серебристые кудри мальчика отдавали морозным холодом.

Рядом с его величеством осталась только королева Элайна, что с