Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Нет ничего невозможного.

— Не надейся, куколка, тебя никто не сможет найти, — с гордо поднятой головой уверенно заявляет Элайджа, похлопав Хелен по колену. — Пока сюда доберешься, сто потов сойдет. В такой глуши могут жить, пожалуй, только какие-нибудь отшельники.

— Я не хочу умирать. Не хочу прощаться со всеми.

— Мне очень жаль, но это зависит не от меня. Все решает Маркус, а я лишь исполняю его просьбы.

— Зачем? Зачем вам это надо? Зачем вы прыгайте на задних лапках перед этим человеком?

— Ну… — Элайджа на секунду отводит взгляд в сторону. — Хотя бы потому, что мой отец был одним из самых его близких друзей. Да и я знаю Маркуса с самого детства. Он всегда был добр ко мне. И когда он стал обращаться ко мне за помощью, то я не смог ему отказать. Помню, сколько всего этот человек сделал для нас с отцом.

— Что я такого вам сделала? — Хелен тихо шмыгает носом. — Почему вы надо мной так издевайтесь?

— Не волнуйся, Хелен. — Элайджа аккуратно вытирает слезы под глазами Хелен. — Если ты не будешь выпендриваться, то мы будем с тобой дружить. Никто не станет причинять тебе вред просто так.

— Вы врете! — высоким, громким голосом бросает Хелен. — Вы все воспринимайте меня как свой приз, который вам обещал Маркус! Он этого даже не скрывает.

— Это правда, да. Думаешь, так просто устоять против очень даже симпатичной девчонки?

Элайджа заинтересованным взглядом окидывает Хелен с ног до головы, вынуждая ее прикрыть свое декольте.

— К тому же, мы с ребятами все сейчас одиноки. Девушек у нас уже давно нет. А следовательно, секса нам тоже не достает. Ну а ты… Могла бы немножко порадовать нас.

— Нет! — вскрикивает Хелен. — Даже не надейтесь! Я не позволю вам прикоснуться ко мне! Нет! Ни за что!

— Не забывай, ты наша заложница и должна исполнять любые приказы.

— Что угодно, но только не изнасилование!

— Так тебя насиловать никто не собирается. Если ты не станешь противиться с мыслью, что заложнице лучше подчиниться, то технически это будет считаться твоим согласием на интим.

— Нет, пожалуйста, не делайте этого… — отчаянно взмаливается Хелен, пока ее щекам медленно текут слезы. — Я не хочу… Не надо…

— Вообще-то, это один из наших приказов, дорогая.

Элайджа медленно проводит рукой по оголенной ноге Хелен, мысленно отмечая, насколько на ней гладкая кожа.

— И если кто-то из нас скажет тебе раздеться и подставить свою попку, то ты молча подчинишься.

— Так нельзя! — возражает Хелен. — Вы не можете вот так использовать любую девчонку, которая вас возбуждает!

— Давай я еще раз все тебе разъясню, если твоя голова все еще находится где-то в облаках, а ты думаешь, что все это твой ночной кошмар.

Элайджа приближает свое лицо к лицу Хелен, которая с широко распахнутыми глазами пятится назад.

— Это не сон, Хелен, — с хитрой улыбкой уверяет Элайджа. — Это то, что происходит с тобой на самом деле. Ты у нас в плену и очень скоро умрешь. К большому сожалению своего любимого Питера. Ну… Или к счастью… Не знаю, как он себя поведет, если мы расскажем ему еще немного гадостей про тебя. И, может быть, даже отправим парочку провокационных фотографий.

— Друзья не позволят ему поверить, — дрожащим голосом уверяет Хелен. — Парни могут думать трезво и заставят Питера выкинуть все дурацкие мысли из головы.

— Поверь мне, если давление на него продолжится, то он однажды пошлет своих друзей на хер и поставит тебя на первое место в списке злостных врагов и мерзких предателей.

— Я в них верю. Они полностью на моей стороне. Хотя я их об этом не просила.

— Никто не запрещает.

Элайджа резко отстраняется от Хелен, приподняв руки.

— Но как бы то ни было, тебе придется признать, что ты совершенно бессильна против нас. Бежать некуда, да мы тебе и не дадим. Сопротивляться и драть глотку тоже не имеет смысла – никто тебя не услышит. — Элайджа тихо усмехается. — Разве что всякие букашечки, да мышки, которых ты, как я вижу, до смерти боишься.

— Отпустите меня, пожалуйста… — взмаливается Хелен. — Прошу вас, помогите мне… Не знаю почему, но я уверена, что в глубине души вы хороший человек. Вы не такой ужасный, как Маркус и остальные его сообщники.

— Ничего личного, Хелен Маршалл. Я всего лишь делаю то, что говорит друг моего отца, которого безмерно уважаю.

— Вы должны понимать, что его поступки не имеют никакого смысла. Что он просто душевнобольной человек, которому надо лечиться.

— Маркус делает все это не просто так. У него есть веская причина для ненависти к Питеру. Да, поначалу я тоже удивленно хлопал глазами. Но когда он все мне рассказал, то сразу все понял.

— И что же такого сделал мой парень? В чем вина Питера перед Маркусом?

— В том, что он родился, — огрызается Элайджа. — Если бы Питер не появился на свет, то Маркус был бы очень счастлив. И был ужасно разочарован, когда узнал, что Роуз выжил после своей попытки покончить с собой.

— Я бы ушла вслед за ним, если бы это произошло! — решительно заявляет Хелен и шмыгает носом. — Потому что не представляю свою жизнь без Питера. Не могу даже подумать о том, что на его месте мог бы быть другой мужчина.

— Наверное, вы все думайте, что состояние Питера ухудшилось из-за ошибок врача в переливании крови. — Элайджа прикладывает палец к губе. — Думайте, что он нарушил технику безопасности и халатно отнесся к своим обязанностям.

18.7

— В смысле? — сильно хмурится Хелен. — Что вы хотите этим сказать?

— Да ничего такого.

— Только не говорите, что его пытались убить намеренно. Что тот врач является вашим сообщником, который и спровоцировал у него заражение крови.

— Кто знает, куколка, кто знает… — загадочно улыбается Элайджа.

— Господи… Так получается, все началось еще тогда? Вы уже давно его преследуйте?

— Не так давно, как ты думаешь. Маркус вообще-то ничего о нем не знал на протяжении многих лет. Но возросшая популярность его группы помогла ему найти мальчишку.

—