Все не то, чем кажется - Алена Игоревна Филипенко

Дома я оказываюсь в 22:40.

Сразу прохожу на кухню. В сковородке на плите лежат какие-то мерзкие зеленые шарики, похожие на комочки шерсти: Белка порой такими блюет. А рядом с шариками – мелкие хилые морковки, которые, судя по виду, на грядке всегда считались изгоями, и их собратья явно отнимали предназначенную им часть питательных веществ.

– Не смотри с такой тоской. – Когда я сажусь за стол, Серж ставит передо мной тарелку с неаппетитным содержимым. – Это вкусно! И здесь все сбалансировано.

– Я этим не наемся, – вздыхаю я.

– А ты ешь медленно! И тщательно прожевывай. – Серж садится напротив меня.

– Я последний раз ела в час. Сейчас почти одиннадцать. Я без еды десять часов и сейчас готова съесть целый курятник жирненьких цыпочек, зажаренных до золотистой корочки.

– Тебе просто так кажется! Поверь профессионалу! – бодро говорит Серж. – Я высчитал твою текущую потребность в калориях, тебе этого вполне хватит. Плюс на ночь есть вредно. И сколько раз я тебе говорил не делать таких перерывов в еде… Это же удар по организму! Есть надо каждые три часа маленькими порциями…

У меня нет сил спорить с Сержем. Мы и так часто ворчим друг на друга по вопросам еды. Он не понимает меня, а я его.

Я уминаю содержимое тарелки за минуту. Хмуро смотрю на Сержа:

– Мой организм не понял, что он поел.

– Подожди двадцать минут! Придет насыщение.

Но я не могу ждать, меня все раздражает. Я вскакиваю, подхожу к холодильнику, открываю морозилку и вытаскиваю пачку пельменей. Ставлю на плиту кастрюлю. Мои движения резкие, нервные: я все делаю демонстративно, показывая Сержу, что его система питания – полная фигня. Она мне просто не подходит, она:

а) для тех, кто уходит на работу в девять и приходит в шесть;

б) тех, кто может позволить себе кучу перерывов, чтобы есть этими дурацкими маленькими порциями;

в) тех, у кого на работе хотя бы есть кухня!

Мы все это обсуждали тысячу раз, но Серж упорно не слышит меня. Вот и сейчас он считает, что я просто капризничаю. Вздыхает, нарочито громко отодвигает стул, встает и молча уходит.

Я знаю, он очень старается замотивировать меня заняться собой и своим телом. Повторяет, что любовь к себе начинается с желания стать лучше. Все время разрабатывает для меня какие-то программы питания и спорта. Но я не могу им следовать.

Я мою посуду, выбрасываю переполненный мусорный пакет, мою ведро.

Съедаю пельмени с огромным чувством вины. Ведь еще на прошлой неделе я клятвенно пообещала Сержу, что с понедельника возьмусь за себя. Но уже закончился вторник…

Ложусь спать в 00:20.

Перед сном вообще-то планировала поработать, но меня жутко вырубает, и я просто уже не соображаю.

Завожу будильник на три утра – лишний час потрачу на работу.

Серж лежит спиной ко мне и делает вид, что спит: обиделся.

Ну ладно, не сегодня. Но завтра обязательно возьмусь за себя!

Глава 2

Наблюдатель

Среда

В 3:40 утра на кухне ты проливаешь на меня очень вкусный и сладкий кофе – клавиши «к» и «н» будут залипать еще неделю. Я отрубаюсь. Когда ты меня включаешь, последствия катастрофы уже ликвидированы. Я снова сухой, а ты с расстроенным лицом и крохотной надеждой смотришь на меня:

– Давай! Пожалуйста, скажи, что сработало автосохранение!

Мне бы хотелось тебя порадовать, но не могу. Автосохранение не сработало, об этом я узнаю´ раньше тебя. Время, которое ты планировала потратить на работу, прошло впустую. Ты открываешь рабочую программу и сама убеждаешься в этом. Рычишь и всплескиваешь руками.

На тебе сейчас фиалковая пижама с енотами. Волосы собраны в мальвинку пушистой желтой резинкой.

У тебя много образов, но вот такой домашний – мой самый любимый. От тебя веет уютом и теплом. Мне кажется, я даже чувствую запах твоего кофе, хотя и нахожусь от тебя по другую сторону экрана.

Я наблюдаю за тобой так много времени, что иногда действительно представляю, будто я твой ноутбук. Здорово, если бы это было так: я бы всегда находился рядом, чувствовал твой запах и твои прикосновения… Я бы заплатил хорошую цену за это.

Но, к сожалению, я такой же человек, как и ты. И все, что я могу, – наблюдать за тобой по взломанной веб-камере.

Помимо меня, от кофе пострадал лист бумаги, на котором несколько месяцев назад ты вывела такой важный для тебя «План изменений в жизни». Список из десяти пунктов, следуя которым, по твоему мнению, ты должна стать счастливей. Все это время он лежал на столе на видном месте, придавленный банкой крыжовенного варенья, которое вам давным-давно прислали твои родители. Кажется, варенье уже покрывается плесенью.

Ты терпеть такое не можешь. Ты выросла в частном доме с огородом, и с самого твоего детства мама делает варенье из крыжовника. А Серж не ест его, потому что следит за калориями.

Тем не менее ты не выбрасываешь банку, хотя Серж за это на тебя ворчит. Ты споришь с ним и говоришь, что бережешь банку «на день отчаяния» – так ты в шутку называешь дни, когда дома кончается все сладкое.

План красовался на видном месте специально и выполнял важную функцию: примирял тебя и Сержа, когда он снова нудел о том, что тебе нужно что-то с собой сделать. Иногда, когда у тебя было настроение поругаться, ты огрызалась, но когда такого настроения не было – просто вздыхала и показывала ему на лист, который без слов должен был говорить: «Видишь? Я уже начала работать над собой, даже составила план!»

Что же в нем было?

1. Успевать делать работу в рабочее время.

2. Начать бегать ходить по вечерам – 30 20 минут.

3. Читать книги про выдающихся людей 30 15 минут каждый день.

4. Похудеть на 7 5 кг за месяц полгода.

5. Делать маски для волос из репейного масла и яйца – 2 раза в неделю месяц.

6. Каждое утро воскресенье делать антицеллюлитный массаж – 20 минут. Тереть живот и ягодицы расческой или сухой жесткой мочалкой.

7. Качать пресс каждый деньтри два раза в неделю, 3 2 подхода по 30 раз.

8. Откладывать по 300 рублей в неделю на покупку енота.

9. Не ходить в дырявых носках и сразу их выбрасывать.

10. Следить за осанкой и всегда улыбаться.

Меня умиляют твои правки, сделанные спустя время, когда ты поняла, что некоторые пункты для тебя невыполнимы. Но обновленные варианты также оказались тебе не по зубам.