После предательства - Мэри Ройс

Поднявшись из-за стола резче, чем следовало бы, собираюсь отправиться на поиски своей спутницы, но практически сразу застываю на месте, стискивая спинку стула так крепко, что она грозит превратиться в щепки под мягкой обивкой.

Ярослава общается с парнем, он высокий и сухощавый, по возрасту — ее ровесник, и, не стесняясь, пускает по ней слюни. То, как близко они стоят и как она расплывается в жемчужной улыбке, также говорит о давнем знакомстве.

Он притягивает ее к себе, чтобы обнять, и Яся, разумеется, с радостью позволяет ему это сделать и сама обнимает в ответ.

В этом вроде бы нет ничего криминального, но я все равно не могу с собой справиться: жар подступает к горлу, потребность придушить придурка, который сейчас поглаживает ее по спине, зашкаливает.

Иррациональная потребность. Но от понимания не становится легче.

Твою мать, мне действительно хочется ударить совершенно незнакомого человека, который не сделал мне ничего плохого, просто имел неосторожность заговорить и обняться с девушкой, которая со мной держится как чертова Снежная королева. Ну или пытается таковой казаться. В любом случае, встретив меня впервые после долгой разлуки, она не то что не улыбнулась, даже не поздоровалась, пройдя мимо, будто я пустое место.

Медленно втягиваю в себя воздух и задерживаю его в легких, затем выдыхаю, в попытке остудить свою неустойчивую нервную систему. Получается не особо, но это хотя бы помогает мне скрыть эмоции, чтобы они не отразились на лице, когда Ярослава все же возвращается за наш стол.

Я пристально наблюдаю, как она приближается, не переставая улыбаться и поправляя свои охренительные волосы, но, когда ее взгляд встречается с моим, разгоряченные от улыбки щеки мгновенно покрываются инеем, замораживая ее губы в строгой прямой линии.

Когда она все-таки старается мне сдержанно улыбнуться, будто чувствуя неловкость, оттого что я стал свидетелем их встречи, выходит скованно. Прочистив горло, Яся пододвигает стул и, вздохнув, распрямляет плечи.

— Старый знакомый, — поясняет она, подцепляя салфетку и избегая смотреть на меня. — Извини, что задержалась. — Взмах ресниц — и она все же поднимает свои графитовые глаза, которые сейчас выглядят темнее от эмоций. — Не думала, что спустя десять лет встречу парня, которого отчислили с третьего курса. Теперь он весьма успешный айтишник, недавно прилетел из Америки.

Ярослава замолкает и мотает головой.

— Прости. Не думаю, что тебе это интересно. — Вскидывает ладони и выдыхает ободряюще: — Так, ты уже сделал заказ?

Она открывает свое меню.

— Я не голоден, буду только кофе. Твоих предпочтений, увы, не знаю. Разве что мог бы заказать лапшу удон. Насколько я помню, тебе понравилось.

Ярослава замирает с не до конца перевернутой страницей в подрагивающих пальцах, а потом, тяжело дыша, поднимает на меня взгляд.

Мой следующий вопрос застревает в горле, потому что возле нашего столика появляется официант. Смотрю на бейджик: «Олег».

— Добрый вечер. Рады видеть вас в нашем ресторане. Выбрали что-нибудь?

Не отрывая от меня глаз, Ярослава отвечает:

— Цезарь с креветками, пожалуйста.

Официант быстро записывает.

— Могу я предложить вам вина?

— Я буду просекко.

— Кофе. Американо, — выдаю резко, не дожидаясь, когда официант повернется ко мне. — На этом пока все, Олег, напитки подать вперед.

Немного растерявшись, он с запозданием кивает, делает быструю пометку в блокноте и уходит.

— Необязательно срываться на официанте из-за…

— Из-за чего? — требовательно смотрю на нее, а мускул, дергающийся на челюсти, сигнализирует о пределе терпения. Притворство. Вот чем мы занимаемся сегодня весь день. И меня оно конкретно заебало.

Я вижу, как она нервно сглатывает и опускает взгляд, признавая свое поражение. Так и ничего мне не ответив, принимается водить пальцем по салфетке.

Облокачиваюсь на стол, накрывая костяшки своих пальцев ладонью, сжимаю ощутимо, чтобы побороть потребность коснуться ее.

— Ты жалела об этом? Хоть раз. Жалела, что ускользнула из моей постели как маленькая воровка? Или, может быть, когда видела мой номер, а потом заблокировала телефон?

— Хватит, — выдыхает тихо. — Не нужно лезть в прошлое, Демид. Я поступила так, как поступила. Ничего не изменить.

Я киваю, продолжая прожигать Ярославу взглядом, а в следующее мгновение она смотрит на меня.

— Мне, наверное, не стоило соглашаться на эту встречу.

Я чувствую это. Чувствую, как она готовится снова сбежать, но успеваю схватить за тонкое запястье. Ярослава громко выдыхает, взволнованно бегая по моему лицу глазами.

— Ты знала, что я буду на этом конгрессе. Как и я знал, что увижу тебя. Так что, судя по тому, что мы оба туда сегодня явились, мы оба хотели, чтобы эта встреча состоялась.

Пульс на ее запястье бьется как умалишенный, и я ослабляю хватку, а потом и вовсе мягко выпуская руку Ярославы.

Официант снова появляется, когда воздух вокруг нас заряжен настолько, что вот-вот вспыхнет от любого неправильного жеста.

Официант, видимо, улавливает атмосферу и, молча поставив напитки, удаляется.

Ярослава хватает бокал и делает три быстрых глотка. Прикрывает глаза и медленно облизывает губы.

— Да, — наконец отвечает она. — Я знала, что ты будешь на конгрессе.

Издав сухой смешок, я стираю ладонью с губ улыбку.

— Почему не отказалась, если не готова даже поговорить со мной? Ты ведь понимала, что это неизбежно?

Конечно, блядь, она понимала. И от этого мне еще больше хочется понять, что у нее в голове.

— Понимала. Но знаешь что, — Яся поднимает бокал, — у меня предложение. Может быть, ты проявишь галантность, подашь пример? — Она делает глоток, глядя на меня поверх бокала. — Например, расскажешь мне о своем ребенке. Сколько ему?

Я провожу рукой по горлу, чувствуя, как дергается кадык.

— Если ты пытаешься выяснить, знал ли я о нем в нашу последнюю с тобой встречу, — нет. Я не подозревал о существовании сына. Бывшая несколько месяцев назад появилась у меня на пороге с заявлением, что я стал отцом. — Еще один невеселый смешок. — Как оказалось, после того как Юля ушла от меня, она узнала о беременности, но попыталась скрыть ее, чтобы как можно скорее выскочить замуж за того самого бизнесмена. Жажда хорошей жизни совсем сдвинула ей крышу. — Я делаю паузу, наблюдая, как Ярослава впитывает каждое мое слово. — Разумеется, ее ложь об отцовстве вскрылась, и в конечном счете она осталась ни с чем. В чужой стране с ребенком на руках. Ну и вернулась в Россию, чтобы найти меня.

Я делаю паузу, когда снова появляется официант и ставит салат перед Ярославой, но она не обращает внимания, поглощенная моим рассказом.

— И что было дальше? — Яся перекидывает ногу на ногу и устраивается поудобней. — После того, как она предала тебя,