Многоликая в сражении. Убойная практика - Олеля Баянъ

— Виарат, — прохрипела я, узнав тёмного регента и не узнав собственный голос, тихий и каркающий.

Он либо не услышал меня, либо его внимание поглотили воины. Они попытались его атаковать, но щупальцы мрака поглотили все их заклинания, брошенные в правителя Надора. Тьма слушалась его, ластилась и сама ласкала дор Халденрея. Произошёл взмах руки, и все трое солдат повисли в воздухе. Двое держались за горло и корчились. Мой пациент даже не пытался бороться за жизнь. Смерть кружила теперь не только над ним, но и над его товарищами.

Мои внутренности скрутило. Снова клятва лекарей дала о себе знать. Она призывала, напоминала, что я клялась оберегать жизнь до самого конца. Я подползла и обняла за ногу тёмного регента, подняв к нему своё лицо.

— Виарат, прошу, — прокаркала я повреждённым горлом. — Отпусти их.

Он даже не шелохнулся. Горячая боль разлилась по моим жилам, и меня бросило в жар.

— Виарат, пожалуйста, — вскрикнула я, поддаваясь панике. — Я дала клятву лекарей.

Я успела рассмотреть, как враги упали на землю, и тьма отрезала нас от них непроницаемой пеленой. Выдох облегчения сорвался с моих губ, и я тут же застонала. В груди, куда попала магическая стрела, разливалась боль…

Дор Халденрей резко наклонился ко мне и поднял на руки. Я прильнула к своему спасителю. Перед нами разверзлась тьма. Из неё повеяло потусторонним холодом. Все волоски на теле встали дыбом. Нет, я туда не пойду! Но у Виарата было иное мнение, и моего он спрашивать точно не собирался.

Регент шагнул во тьму. Я только сильнее вцепилась в него, зажмурилась и спрятала лицо на его груди. Здесь было холодно, пахло спёртым воздухом, болотными испарениями и чем-то ещё. Вокруг слышалось противное чавканье. Какое-то невидимое и далёкое существо завыло. Ему вторило другое. Где-то раздалось рычание, а ему в ответ — жалобный скулёж.

Я боялась открывать глаза и сильнее прижималась к Виарату, который шёл в одном темпе, не делая ни единой попытки ни замедлиться, ни ускориться. Сердце билось в груди, задыхаясь от неизвестности. Мне оставалось только ждать.

Когда лучи солнца коснулись меня, холод отступил. Я встрепенулась и оглянулась. Виарат дор Халденрей нёс меня по нашему военному лагерю. Это я поняла по штандартам и гербам, которые украшали палатки.

При появлении тёмного регента взвыла сирена, но также быстро умолкла, разбудив только самых любопытных. Они-то и высыпали наружу из шатров, чтобы убедиться, что лагерю не угрожает опасность. Лагерю она и не грозила, в отличие от меня.

Я разглядела у Виарата сведённые брови над переносицей. Губы плотно сжаты. Челюсти напряжены. Как и остальные мышцы его тела. Он нёс меня к своему шатру. Я узнала его, в прошлый свой сюда визит я попала именно в него. Полы шатра распахнулись, повинуясь хмурому взгляду регента, и мы вошли внутрь. Точнее, меня занесли.

— Виарат, поставь меня, — коснулась я ладонью его щеки.

Из всех возможных реакций я точно не ожидала, что у него дёрнется только кадык.

— Ты принесла клятву лекарей, — он просто сказал, но в его словах я услышала осуждение, упрёк и досаду.

Я забрыкалась, вырываясь из его объятий. Ногами едва успела коснуться, как снова взмыла вверх. Мужские ладони крепко держали за талию и посадили меня на стол.

— Отпусти! — заколотила я его по плечам. — Как ты можешь со мной так обращаться? Ты столько месяцев меня игнорировал. Не смей! Я рейниса.

Его лицо оказалось совсем близко и так внезапно, что я проглотила готовые сорваться оскорбления, заслуженные им. Я почувствовала его дыхание на своём лице. Кончики наших носов почти касались.

Ну, уж нет! Ещё раз со мной такой трюк не пройдёт. Я упёрлась ладонями в его плечи и отодвинулась на столешнице, чтобы хоть немного увеличить расстояние между нами. Может, эти сантиметры свободы и прочистят мне мозги, потому что я хотела обнять его, поцеловать, как он целовал меня здесь, когда я под действием любовного заклятья пришла к нему в шатёр зимой, а он ни одного письма даже не отправил мне за всё это время.

Рывок за бёдра, — мои ноги оказались разведены. Виарат встал между ними, пока я от неожиданности упала назад, упёршись локтями о стол. Он навис надо мной, и поцелуй, долгожданно-сладкий и горький одновременно, обрушился на меня. Я выгнулась, чтобы ближе быть к нему.

Горячие ладони поползли от бёдер по спине, расслабляя, снимая напряжение и накаляя мои мышцы тут же. Когда они коснулись обнажённой кожи, я ощутила их шершавость, а ещё нежность. Мужские руки ползли вверх, а губы опускались, даря поцелуи чувствительной коже на шее, затем ещё ниже, в ямке, проложили дорожку ещё ниже, в районе солнечного сплетения. Там же, только со стороны спины, ладони замерли.

Все эти касания будили воспоминания прошлых ласк, когда я находилась под любовным заклятьем, но сейчас ощущения были во стократ полнее, сочнее, томительнее. Я запустила пальцы в его густую, прохладную шевелюру и…

— Ваше темнейшество, рейниса ранена! — Джеймор лир Булар ворвался в шатёр правителя Надора без предупреждения.

Глава 4

Паника спазмом сжала голосовые связки. Единственное, что я смогла в этой ситуации сделать, так это спрятаться за тёмным регентом, вокруг которого расползался сумрак. Я скрестила руки на груди и со стыдом осознала, что на мне не было ни куртки, ни рубашки. Когда Виарат успел их снять? Неужели я настолько погрузилась в свои ощущения, что не заметила, как меня раздели?

Посмотрела вниз и выдохнула с облегчением. Штаны были на мне, сапоги — тоже, хотя между моих ног всё ещё стоял дор Халденрей. Своей широкой спиной он закрывал меня от взгляда, нарушившего наше уединение.

Я зажмурилась и лбом уткнулась в грудь Виарата. Так мучительно стыдно мне никогда не было. Даже когда вылетела после той ночи, что провела с ним в этом шатре, и предстала перед своими подданными в таком виде, словно только что вылезла из постели.

Горячая ладонь легла мне на спину, между лопаток, прижимая к мужчине. Дарила защиту, в которой я так нуждалась.

— А я, по-твоему, чем занят? — прозвучало над моей головой.

Мне показалось, что сама тьма говорила, настолько далёким и ледяным показался голос дор Халденрея.

— Прошу прощения, ваше темнейшество, просто рейнису ранило стрелой Дураи…

До моего сознания дошёл смысл разговора, и я взглянула на свою грудь, куда попала магическая стрела. Ничего! Хотя, должен был сохраниться след, рана.