Девочка из глубинки Том 2 - Слава Доронина

— Ну как вчера погуляли? — спрашивает Галя.

Попытка отключиться от мыслей и закопаться в работе прерывается.

— Все хорошо, — отвечаю с натянутой улыбкой.

На самом деле мне невыносимо стыдно за мысли, которые пробирались ко мне вечером и ночью. За воспоминания. За трепет, когда Демьян касался меня и смотрел…

А ведь я по-прежнему до краев заполнена ядом его поступка. Иррационально это все испытывать.

Открываю карточку Саиды, читаю ее диагнозы, погружаясь в "рабочий процесс".

Когда захожу к Амине Арнольдовне, вскользь интересуюсь вчерашними посетителями, и получаю более полную картину. Саиде предстоит сложная реабилитация, и нет гарантий, что правая сторона будет функционировать как раньше, до аварии и длительной комы. Очень маленькие шансы.

Наверное, поэтому Демьян и был в обществе других женщин? Если собственная жена плохо функционирует. А что умелец — морально одну сломал, другую физически. Выискивает новых жертв?

В конце дня, когда Леша забирает меня, сообщает о командировке.

— Галстук был в тему, — улыбаюсь. — Куда отправляют на этот раз?

— В Питер. Поучаствовать в конференции. Правда, там в основном хирурги, но мне будет полезно. Я вообще уже жалею, что не ушел в пластику — это же золотая жила. А еще стоматология. Вот родишь и надо подумать, кого из тебя сделаем. Педиатр, конечно, хорошо, но пластика и все, что связано с красотой… Сейчас это очень востребовано. С годами опыта наберешься, я дальше по карьерной лестнице пойду, и у детей будет крепкая почва под ногами. И они уже не из разряда «понаехавших». А может, вообще что-то свое откроем.

Смотрю на него с нежностью и ловлю себя на том, что обожаю его в такие моменты, когда он говорит о будущем. О нашем будущем. Эти картинки, где мы сидим за большим столом, в окружении детей, кажутся реальными. Куда реалистичнее тех, когда я была со Сколаром и пыталась представить себя рядом с ним спустя годы. А все потому, что в этой созданной картинке оба принимают участие, а не одна сторона. У Сколара же был секрет. И ноль планов на меня.

Опять злюсь на себя, что он проникает в мои мысли.

Дома я быстро готовлю ужин, пока Леша собирает вещи.

— Ты на Сапсане или самолетом? — уточняю.

— На Сапсане, — отвечает рассеянно. — Блин, где твой галстук?

Подхожу к шкафу, достаю пакет с подарком. Протягиваю Маю и тут же оказываюсь в его объятиях. Лишь через секунды понимаю — это была уловка.

Леша целует жадно, горячо, с напором. Требовательно.

— Пососи мне, Миш, — шепчет в губы, задыхаясь.

До боли прикусываю собственную губу.

Это же нормально… Нормально! Я замуж за него собираюсь. Ребенка от него жду. Мы пара. Секс — естественная вещь между любящими людьми.

И если один временно не может, а другой хочет удовлетворения... Почему нет?

— Я… я не готова, — лепечу, потому что действительно не готова.

Может, в этом и нет ничего страшного, но я должна сама захотеть. А пока не могу представить член Мая у себя во рту.

Леша глухо стонет, сжимает грудь, целует настойчивее, влажно. Берет мою руку и опускает ее в свои штаны. Член твердый, горячий. По телу прокатывается приятная волна.

— Когда уже снимут запреты, а?

Вопрос риторический. Он и сам знает: если на следующем приеме все будет хорошо, Угрюмова даст зеленый свет. Но до него еще две недели.

Его жар постепенно проникает в меня, словно теплом накрывает изнутри. Он целует снова. Дольше, глубже, удерживая ладонью мой затылок. Я обхватываю его член, поддаваясь инстинктам, глажу. На миг Леша отстраняется, дает вдохнуть хоть немного воздуха.

— Тогда подрочи, — шепчет, сбиваясь на хрип. — Хочу тебя, Миш. Безумно.

5 глава

Мама часто говорила, что у каждого своя картинка "как должно быть". И все обиды — это несбывшиеся ожидания насчет того или иного события. В чем-то она, конечно, была права. Несбывшихся ожиданий у меня масса. И, может, сейчас с Лешей все легко, просто, интересно и весело, но когда я начинаю думать о будущем, о том, что рожу ребенка, потом, возможно, сразу второго… почему это вызывает страх, а не трепет? И как она вообще справлялась одна. Совсем одна. Неужели ей не было страшно? А куда делся мой запал свернуть горы, взобраться по карьерной лестнице? Как я вообще в этой точке оказалась — беременна и полностью зависима от другого мужчины.

Малыш в животе пинает и напоминает — как.

Несбывшиеся ожидания. Точно.

Клацаю мышкой по монитору — у меня обеденный перерыв, а я сижу и смотрю новости. Никуда не пошла. Обычно прогуливаюсь возле клиники. Скоро Новый год, снег выпал, и после десятидневного заточения в больнице я давала себе обещание: как только выпишут, использовать свободу по максимуму. Ага.

"Как дела?" — пишет Леша.

"Все хорошо", — тут же набираю ответ.

"У вас двоих?"

"Да".

Обычно я более многословна, но сегодня все плохо с настроением. И я не могу понять, почему. Гормоны? Или эти мысли о несбывшихся ожиданиях? Ну а чего я ждала, что богатый, успешный мужчина бросит мир к ногам обычной девчонки из деревни? Нет, правда?

— Слушай, помнишь ту важную парочку Амины Арнольдовны? — вдруг спрашивает Галя, которая тоже осталась на обеденный перерыв.

— Какую? — отрываюсь от своего "увлекательного" занятия.

— Ну я тебе еще записку давала с фамилией Сколар.

— Не помню, — обманываю, напрягаясь и пропуская новое сообщение от Леши.

— Я вот статью нашла. Они же? Они. Жена в коме два с лишним года была, очнулась ненадолго, опять впала, а теперь сама пришла. На своих ногах, нормально функционирует… Я думала, такое только в кино бывает. Офигеть!

— Я тоже, — отвечаю, чувствуя, как внутри все стягивается в комок.

Особенно если учесть, что у этой истории есть завеса. В лице меня.

— Скинь, я почитаю, — зачем-то прошу.

— Да там мало. Все основное я уже сказала. Просто фамилию увидела и вспомнила. Чего только не бывает...

А ведь я пытаюсь забыть о Сколаре. Но вряд ли получится. Скоро у его жены новый прием, и мы опять увидимся с Демьяном. Может, отпроситься в тот день? Галя подменит на пару часов… Да, так и сделаю. Скажу, надо срочно сдать анализы.

Отвечаю Леше, и наша переписка заканчивается. Он в последнее время часто куда-то ездит. Я бы,