Клинок Айрис - К. А. Найт

своему сыну, чтобы он держал свои остроумные замечания при себе, пока его рот не привел к смерти. А ты, Вадим! Как боссу, тебе лучше знать, что нельзя так легко раскисать. Тирнан ввел в заблуждение молодежь, чтобы оправдать свое поведение. У тебя нет такой роскоши.

– Mne nasrat', chto ty dumaesh - Мне насрать, что ты думаешь. День, когда я послушаю тебя, это день, когда ад замерзнет. Знаешь, что ты можешь сделать со своими снисходительными советами, Сволочь? Za cyun v shopu - Засунь в жопу, – выплюнул мой отец.

Это было не лучшее начало этой чертовой встречи по заключению мирного договора.

Все смотрят на своих врагов, и невозможно не заметить враждебности, которую мы все испытываем друг к другу. Здесь нет человека, который не хотел бы свернуть шею тому, кто сидит рядом с ним или напротив него.

– Мы пришли сюда, чтобы гарантировать мир, который позволит нам продолжать зарабатывать на жизнь. Этого не произойдет, если жертвы и гордость не будут отброшены в сторону, – продолжает дон Карло Росси уже с меньшей яростью в своем тоне.

– Это чересчур, старик, – подхватывает Бенни.

– Это приказ, который обеспечит тебе такую же старость, как и мне. Или там, откуда ты родом, жизнь настолько безразлична?

– Зависит от жизни. – Он пожимает плечами.

– Мы будем сидеть здесь и исполнять эту песню и танец о том, у кого самый большой член, или мы придем к соглашению о том, как перестать убивать друг друга? – Джованни Моретти восклицает в разочаровании. –Мы все знаем, зачем мы здесь и что нужно сделать. Итак, мы люди, которые хотят обеспечить продолжение нашего образа жизни, или мы должны просто убивать друг друга и избавить от истерик?

– Как бы ни забавляла меня идея выпотрошить вас всех, как свиней, он прав - бизнес должен быть превыше удовольствия, – вставил Мигель Эрнандес.

Мексиканский картель - это отбросы, одичавшие ублюдки, преследующие только свои цели. Им нет дела до семьи, только до наркотиков, которые они переправляют по всему миру, и до денег, которые они получают. Это делает их богатыми, богаче даже нас, но разве можно заплатить цену за семью?

– Прошел год с тех пор, как мы начали наши обсуждения, и пришло время воплотить их в жизнь. Я признаю, что потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к этой новой реальности, но сопротивление бесполезно, – говорит дон Карло Росси.

Я встречаюсь с ним взглядом. Этот чертов страшный ублюдок только что угрожал всем нам.

– Чтобы кровь перестала литься, нам нужно смешать семьи вместе–, - продолжает он. –Мы должны убедиться, что все мы как-то связаны между собой, чтобы никому не пришло в голову развязать против нас войну.

– Согласен, – синхронно отвечают главы семей.

– У нас у всех есть дочери, а женщина всегда существовала для союзнических целей, поэтому вполне уместно, что именно их здесь приносят в жертву.

Мне приходится сдерживать болезненный рев при упоминании моей младшей сестры.

–Как только девушки достигнут совершеннолетия, они должны выйти замуж за глав семей, выбранных для них, или за тех, кто скоро станет доном. Этот обмен должен быть завершен в одни и те же сроки. Мы не хотим, чтобы кто-то отказался от союза, потому что у него возникла трусость. Согласны ли мы на эти условия?

Никто не говорит ничего противоположного, устанавливая молчаливое соглашение.

– Хорошо. Теперь, поскольку моей дочери всего восемь лет и она самая младшая из девочек, я предлагаю заключить брак только через десять лет, когда она достигнет совершеннолетия. – Это абсурд! – с яростью кричит Мигель. – Моя дочь уже совершеннолетняя. Как ты можешь ожидать, что Роза будет ждать замужества, пока ей не исполнится почти тридцать? Люди подумают, что с ней что-то не так.

– Когда это общественное мнение нас волновало? – самодовольно отвечает Бенни.

– Это будет насмешкой над моей семьей. Это принесет только позор моей дочери. В таком возрасте кто знает, будет ли она вообще достаточно плодовита, чтобы рожать детей? – гребаная свинья. Я вижу чувства, отраженные в некоторых глазах других.

– Моя мать хорошо выносила меня и моих братьев до своего сорокалетия. Я уверен, что она созреет для размножения и в двадцать восемь, – хмуро возражает мой отец.

– Тогда забирай ее!

– Никто не претендует ни на одну девушку. Это должно быть справедливо для всех заинтересованных сторон. Поэтому будет проведена лотерея, – терпеливо объясняет дон Карло.

– Лотерея?! Что это за pinche puta solution - гребаное решение? Неужели моя Роза должна достаться вам как скот?!

Ирландский босс, получив достаточно, поднимается на ноги. Я вскакиваю на ноги, достаю свой пистолет, даже когда он уходит, а потом возвращается с миской, которую ставит на стол между нами. Все молча наблюдают за каждым его движением, гадая, что он будет делать дальше. Найл Келли берет желтый блокнот, затем отрывает от него листок, рисует на нем, а затем бросает его в миску.

– Мы все выбираем имя. Если имя, которое вы выбрали, будет именем вашей собственной дочери, мы выбираем снова, пока не получим новое имя.

– Немного по-детски, но я думаю, это служит цели, – насмехается Дэнни за своим братом.

Я не могу не согласиться.

– Да, но я считаю, что простота всегда приносит пользу. Зачем делать гору из кротового холмика, я всегда так говорю.

– Сойдет, – добавляет дон Карло, бросая их имена в чашу.

Один за другим они пишут свою фамилию и бросают ее в яму отчаяния. Никто из них не выглядит слишком счастливым по этому поводу. Чаша символизирует гармонию там, где когда-то царили хаос и свобода воли. И все же это единственный способ гарантировать, что мы проживем еще один день в этом беспорядочном мире.

Я смотрю на отца, но его выражение лица говорит мне все, что мне нужно знать. Это урок, который он вдалбливал в нас с самого рождения: семья страдает вместе с семьей. Что должен вынести один, то должны вынести все. Он считает, что это заставляет нас смиряться и создает связь, которую мы никогда не сможем разорвать, защищая тем самым будущее нашей семьи.

Не только я женюсь на этой бедной девушке, но и все мы.

Все Волковы или ничего.

Десять лет.

Это все, что у меня есть. Десять лет, чтобы подготовить моих братьев и дать моей