Рейварская невеста. Райрин - Рина Сивая

Марта и правда расстаралась. Грибная похлебка была выше всяких похвал, а цесарка в специях с собственного огорода удостоилась всеобщего восторга. Кухарка краснела, смущенно благодарила, но было видно, что похвала ей приятна.

— Вы нашли, что искали, маленькая госпожа? — осторожно поинтересовался Йохан, когда женщины уже убирали со стола.

Кассандра с сожалением призналась, что нет.

— Скажите, Йохан, вы помните, как выглядел лорд Зан? Смогли бы его описать?

Старый конюх задумчиво покусал губу и все же выдал:

— Честно сказать, не мастер я таких описаний, да и времени уже много прошло. Но высок он был, выше вашего отца – это точно. Сильный, поджарый. Одет всегда дорого.

— А лицо? Или волосы? — влезла Кассандра. Рост и телосложение ей мало что давали, нужны были какие-то отличительные особенности. — Что-то необычное, может, шрамы, родинки, рога?

На последнем слове старик расхохотался.

— Да какие ж рога, маленькая госпожа, откуда они у мужика-то неженатого возьмутся?

Значит, свой истинный облик Зантариз здесь не демонстрировал. Любопытно. Но раз приходил под иллюзией, не удивительно, что об облике странного гостя слуги мало что знали.

— А вот волосы у него были приметные, — продолжил между тем Йохан. — Длинные, даже длиннее чем у вас сейчас. Он когда их в косу заплетал, кончик ниже поясницы болтался. У иной леди таких волос не бывало. И цвет необычный, на темное красное вино похож. Но не то, что ваши по бутылкам разливают, а что наши в бочках держат. Красивый такой цвет, понимаете?

Цвет Кассандра понять могла, а вот мотивов Зантариза – нет. Две главные отличительные черты демонов: рога и волосы, но почему, являясь сюда, он скрывал под иллюзией только одно? Ведь если хотел оставаться неузнанным, логичнее было полностью менять свою внешность.

— Ну и глаза, конечно, — вздыхал старик. — Когда злился – красные, точно кровь. А так темные, как ночь. Черные совсем.

Не черные, вдруг подумалось Кассандре. Темно-красные, такие темные, что многие путали их с черными. Но леди Райтингем точно знала, что они – цвета спелой вишни. Те самые глаза, которые она видела в своих снах.

— Он называл вас маленькой льдинкой, — неожиданно добавил Йохан куда более тихим голосом, а сердце девушки совершенно отчетливо пропустило удар. — Потому что вы могли заморозить все, что угодно. Сколько раз после вас фонтан в саду чинить приходилось! И сосчитать страшно.

Касс не сдержала улыбку.

— Я и сейчас могу, — похвасталась она, шевельнув пальцами, и прямо на столе появился ледяной цветок.

Йохан поцокал языком и покачал головой.

— Почти такой же, как дарил вам лорд Зан в один из последних визитов.

Свою магию девушка тотчас отозвала. Ей дарили такой же цветок? А ведь это заклинание Кассандре далось одним из первых и именно в такой форме. Очередное совпадение или знак от подсознания?

— Вы, конечно, можете мне не верить, — не замечая задумчивого состояния Касс, продолжил старик. — Но он вас очень любил. На всех лорд Зан смотрел свысока, гордо, можно сказать, высокомерно. А при взгляде на вас у него даже черты лица смягчались. Вам он всегда улыбался – очень нежно. И относился к вам с невероятным трепетом. Кто-то из слуг судачил, что он – ваш настоящий отец, но я уверен, что это не так. На детей так не смотрят.

Старый конюх замолчал, а Кассандра поняла, что ей жизненно необходимо услышать продолжение.

— А на кого смотрят?

Йохан поднял на нее совершенно серьезные блеклые глаза человека, который прожил огромную и совсем не легкую жизнь.

— Считайте меня выжившим из ума стариком, ваше право. Но я знаю, как мужчина смотрит на женщину, которая ему дороже целого света. Даже если она еще совсем ребенок.

Сердце леди Райтингем забилось так сильно, что, казалось, ребра не выдержат.

— Я должна была выйти за него замуж? — неуверенно спросила она, почему-то очень надеясь и одновременно боясь услышать положительный ответ, но Йохан пожал плечами.

— Мне этого не ведомо, маленькая госпожа. Но что я точно знаю, так это обещание, которое лорд Зан давал вам в каждый свой приезд: «Я заберу тебя, моя райрин, как только ты подрастешь».

Острая боль слева в груди заставила девушку вздрогнуть.

— Что значит «райрин»? — прошептала пересохшими губами Касс. Все ее нутро буквально вопило о том, что это – то самое, что она ищет. Райрин. Вот что вело ее сюда.

— Простите, маленькая госпожа. Но мне это неизвестно.

Глава 4

Вспыхнувшая было надежда стремительно погасла, а в душе болезненно заныло – там, под ледяным панцирем. Кончики пальцев в ответ на это закололо отозвавшейся магией, и Кассандра сжала их в кулаки. Нет, она не позволит иррациональным чувствам взять над собой верх! Магистр Кастэ не зря отправил ее сюда, значит, здесь есть ответы, и Кассандра их найдет.

— Я бы хотела осмотреть территорию поместья с Ветерком.

Касс нужно было отвлечься и привести в порядок мысли и чувства. Конная прогулка – прекрасный способ, тем более что к коню ее тянуло будто магнитом.

— Я помогу, — тут же подорвался Йохан. Точнее, попытался, но ему даже подниматься с лавки было тяжеловато. Кассандра невольно улыбнулась.

— Не нужно, я умею седлать лошадь.

Йохан что-то проворчал себе под нос, но опустился назад, позволяя Касс немного похозяйничать, за что девушка была ему очень благодарна. Ей необходимо было это время наедине с собственными мыслями, чтобы разложить все по полочкам.

Ветерок встретил хозяйку довольным ржанием и нетерпеливым фырканьем, да еще постоянно перебирал ногами, пока Кассандра его седлала, чем только мешал ей. Но леди лишь улыбалась в ответ на такую реакцию, чувствуя каждой клеточкой своего тела, что подобным поведением конь демонстрировал ей свою радость. А уж стоило вывести его из конюшни, он и вовсе порывался встать на дыбы, лишь бы Кассандра побыстрее забралась на него сверху. Откладывать в долгий ящик она не стала.

Территория поместья оказалась огромной. Сад перед домом был практически в три раза меньше, чем за ним, и гораздо более ухоженным, поэтому Кассандра позволила им с Ветерком сначала несколько раз объехать его по кругу, пока они привыкали друг другу. Хотя правильнее сказать «вспоминали» один другого. Касс никогда не встречала лошадь, которая настолько четко подчинялась приказам,