Брак по расчету. Наследник для Айсберга - Лена Харт

Вернувшись от отца, я потратил четыре часа, копая на нее всю доступную информацию. У нее есть диплом, фатальная страсть к пончикам с джемом, она живет в обычном спальном районе с двоюродным братом Тимуром, и у нее есть двадцатилетняя сестра-студентка. Интересная женщина, эта Алина Рождественская.

Даже слишком.

Руслан сводит брови.

— Так, бате нужны внуки. Наследники. А ей-то это на кой черт сдалось?

— Эм, она выходит замуж за офигенного миллиардера, болван, — парирует Дмитрий.

— Но она работает в ветеринарке, — качает головой Руслан.

— Ветсестрой, — поправляю его.

— Ладно, но все равно… — он пожимает плечами. — Не похоже на работу для охотницы за деньгами. И о чем вообще думает отец? Я бы понял, если бы он сосватал тебе какую-нибудь наследницу или светскую львицу, но ветсестру?

Вздыхаю.

— Технически она и есть наследница. От холдинга Рождественских еще осталось кое-что, да и отец его обожал. Кажется, он столкнулся на каком-то приеме с ее матерью и братом, и они разговорились. Оказалось, их компания летит в тартарары, и они ищут инвесторов.

— Надеюсь, он не собирается в них инвестировать? — стонет Руслан.

Качаю головой.

— Он ясно дал понять, что это даже не обсуждается. Но брак с семьей Князевых поднимет престиж их тонущего бизнеса и даст потенциальным инвесторам хоть какую-то уверенность.

— Это ее семье. А ей-то что? — не унимается Руслан.

Пожимаю плечами.

Все мои поиски привели меня к тому же выводу, что и Руслана. Она живет скромно и последние лет одиннадцать не имела никакого отношения к семейному бизнесу, так что я не могу представить, что она вдруг решила выйти замуж по расчету.

— Не знаю, дружище. Может, она хочет детей и устала от бесконечных свиданий. Или ей осточертело вкалывать за копейки и захотелось стать светской дамой.

Дмитрий принимается отдирать этикетку с пивной бутылки.

— Так ты что, серьезно об этом думаешь?

Глубоко вдыхаю.

Бессмысленно отрицать: моя привычная схема «свидание-ужин-секс» дала сбой. Даже неизбежный финал этих встреч уже не приносит прежнего удовлетворения. Вспоминаю маму, какой замечательной бабушкой она могла бы стать, и отца, который спит и видит, как передаст компанию в руки достойных преемников.

Да и я не молодею. Кажется, я перевстречался уже со всеми свободными девушками в этом городе, но ни одна не смогла удержать мой интерес дольше четвертого свидания.

Что я теряю?

— Достаточно серьезно, чтобы пойти на эту встречу в четверг и прощупать эту Алину Рождественскую. И ее мотивы заодно, — отвечаю я.

Дмитрий фыркает от смеха, а Руслан ободряюще хлопает меня по спине.

Делаю ещё глоток пива и думаю, почему не заказал что-нибудь покрепче.

— Хочу, чтобы Егор пошел со мной, — говорю я.

— Наверное, это правильно, — кивает Руслан. — Контракты — его конек.

Я позвал бы Егора, потому что он, как и я, отлично разбирается в людях. А еще мне, возможно, понадобится моральная поддержка.

Вскидываю бровь.

— Хочешь сказать, контракты — не мой конек?

— Ты блистаешь в зале суда, Кирилл. Тебе нужна сцена, огни рампы, там ты в своей стихии. А контракты — это закулисная работа для таких дотошных парней, как Егор и я, — отвечает Руслан, и Дмитрий согласно кивает.

— Кстати, о братьях. Кто-нибудь говорил с Валентином на этой неделе?

В груди неприятно колет.

Кашляю.

— Я говорил пару дней назад. А что?

— Да так, просто. Последний раз, когда мы болтали, он собирался во Флоренцию, но это было больше недели назад. На мой звонок сегодня утром не ответил. Думаешь, с ним все в порядке?

Киваю.

Валентин мог пропадать со связи на дни, а то и недели, если ему так вздумается.

— Да, сказал, что все нормально. Только во Флоренцию передумал, сейчас в Берлине.

Руслан присвистывает.

— Этот пацан где угодно выкрутится. Везунчик.

— Да, — бормочу, хотя мы все знаем, что нашему младшему брату крайне не повезло.

Глава 5

Алина

— Ну всё, Кир, до завтра.

Попрощавшись с коллегой, плетусь к метро. Ноги гудят так, что хочется взвыть. Мысль о такси мелькает спасительным огоньком, но я тут же гашу его — слишком дорого.

Тимур и так сделал для меня невозможное, пустив в свою шикарную квартиру почти задаром. И хотя я могла бы позволить себе эту маленькую роскошь, упрямо бреду дальше.

Знакомый силуэт машины впереди заставляет меня внутренне застонать. Первый порыв — развернуться и бежать.

Бежать без оглядки.

Но поздно.

Он уже заметил меня и идёт навстречу.

— Что тебе нужно, Яр? — устало спрашиваю я.

Он тут же напускает на себя обиженный вид.

— Хотел извиниться за своё поведение, сестрёнка. Я был на нервах и… — Он картинно проводит рукой по волосам. — Я очень волнуюсь. О маме. О Яне.

Так и хочется выпалить: «Тогда прекрати просаживать деньги и влезать в сомнительные аферы, Ярослав!» Но язык не поворачивается. Годы, когда я была просто младшей сестрой, которая должна молчать, дают о себе знать. Ярослав — эгоист и трус. И он никогда не изменится.

— Садись, подвезу, — предлагает он, и его улыбка напоминает оскал кобры.

— Спасибо, я на метро, — отрезаю.

Очарование слетает с его лица, как позолота.

— Кончай ломаться, Алина, и садись в эту чёртову машину, — рычит он.

Закатив глаза, сдаюсь.

Спорить бесполезно — он всё равно получит своё. Так было всегда, с самого детства.

Скидываю куртку и плюхаюсь на пассажирское сиденье его пафосного BMW. Что ж, по крайней мере, здесь удобно.

Мы молчим несколько минут, прежде чем он наконец озвучивает истинную причину своего явления народу.

— Ты подумала над моим предложением? — спрашивает он, и от этого слова по коже бегут мурашки. В его устах оно звучит как приговор.

— Это ты о предложении продать меня Кириллу Князеву в комплекте с маткой? — язвлю я.

Он тяжело вздыхает и смотрит на меня с таким фальшивым сочувствием, что хочется рассмеяться ему в лицо.

— Лин, послушай, я знаю, это прозвучало так себе, но это же не навсегда. Год, максимум два, и вы разведётесь, — убеждает он.

— И чем это поможет нашему бизнесу, Яр? Кирилл Князев — блестящий юрист, как и его брат. У него целая армия юристов. Ты правда думаешь, он не подсунет мне железный брачный контракт?

Он фыркает:

— Конечно, подсунет. Но мы включим туда пункт о несоблюдении моральных норм. Чтобы защитить твою репутацию… и честь семьи.

Хмурюсь.

— Это ещё что за хрень?

— Пункт о морали. Грубо говоря, если он сделает что-то, что бросит тень на твоё доброе имя,