Ты попалась, пышка! - Ольга Ивановна Коротаева

Глеб приподнял бровь, покручивая в пальцах тяжёлую ручку. Его взгляд всё ещё был цепким, но теперь в нём читалось не столько подозрение, сколько профессиональное любопытство.

— Ты считаешь, что Павел не потянет на роль организатора? — уточнил он.

— Пашка-то? — я не сдержала ироничного фырканья. — Глеб, Паша — это человек, который трижды вызывал сантехника, потому что не мог догадаться почистить фильтр в стиральной машине. Его «интеллектуальный максимум» — это выбрать фильтр для фото, который сделает его скулы острее. Чтобы стать мошенником такого уровня, нужно иметь хотя бы базовое представление о логике и планировании. А у Павла вместо планирования — режим ожидания, когда я приготовлю ужин.

Вскочив в азарте, я подалась вперёд, чувствуя, как внутри просыпается мой внутренний аналитик, закалённый годами сведения дебета с кредитом.

— Если в этой схеме и есть «мозг», то он определённо принадлежит его новой пассии. Эта «лань», Анжела, или как её там… Она ведь не просто так крутилась вокруг моего бывшего. Я ещё удивилась, как девица с модельной внешностью запала на такого додика! Такие ходят по магазинам за чужой счёт, а Паша даже на свиданиях делил счёт за кофе.

Громов замер, внимательно слушая и мысленно сопоставляя факты.

— Продолжай, — коротко бросил он.

— Она знала о моей жизни всё, — я опёрлась о стол и немного наклонилась к Глебу. — Моё расписание работы, когда я ухожу, когда возвращаюсь. Наверняка не раз видела мой гардероб. Помнишь то изумрудное пальто на видео? Оно висело на виду в прихожей. Найти такое же и замаскироваться под меня труда не составило.

— На видео женщина выглядит… внушительно, — Глеб деликатно подбирал слова, поглядывая на меня снизу вверх. — Анжела, судя по твоим описаниям, весит в два раза меньше.

— В том-то и фокус! — я победно вскинула палец. — Намотай на себя пару слоёв синтепонового одеяла или пару старых пуховиков, сверху надень моё оверсайз-пальто, повяжи объёмный шарф — и вуаля! Ты уже не «хрупкая лань», а «монументальная Яся». Изменить походку, добавить объёма в нужных местах — и на зернистом видео с камер наблюдения подмену не заметит даже родная мать, не то что сонный охранник.

Я начала мерить шагами тесную допросную, чувствуя, как детали пазла встают на свои места.

— Она всё рассчитала. Подговорила Павла на эту «первоапрельскую шутку» с видео и ориентировкой. Сказала ему что-то вроде: «Ой, Пашутик, давай проучим твою Ясю, пусть народ посмеётся». А сама в это время, в моём обличье, обчищала счета, зная, что в случае чего — все пальцы укажут на меня. А если совсем прижмёт, и полиция начнёт копать глубже, просто свалит всё на Пашку. Мол, это он её подговорил, он украл данные из банка, он режиссёр. А она просто влюблённая дурочка, которая выполняла просьбы своего «краша».

Громов молчал. Он смотрел на меня так, будто видел впервые — и дело было явно не в школьных воспоминаниях.

— Рабочая версия, Соколова, — поднимаясь, наконец произнёс он. — Циничная, продуманная и очень похожая на правду. У Анжелы действительно есть доступ к базам данных рекламного агентства, а её финансовое положение… скажем так, оставляет желать лучшего.

— Вот видишь! — я остановилась прямо перед ним. — Я бухгалтер, Глеб. И привыкла искать, куда уходят деньги и кому это выгодно. Паше выгодно только, чтобы у него всегда были чистые носки и полный холодильник. А красотке Анжеле нужны тугрики на шопинг в Милане.

Глеб медленно сократил дистанцию. В комнате стало тесно не от мебели, а от того электричества, которое снова начало вибрировать между нами. Он положил ладонь на стену, нависая надо мной, и я невольно залюбовалась игрой теней на его лице.

— Значит, ты утверждаешь, что стала жертвой излишнего доверия? — его голос стал низким, с вкрадчивой хрипотцой, от которой у меня по спине пробежал табун мурашек.

— Именно, — выдохнула я, стараясь не смотреть на его губы, которые были слишком близко. — Я слишком хороша, чтобы меня копировали безнаказанно.

— С этим трудно спорить, — ухмыльнулся майор. — Копию от оригинала я теперь отличу с закрытыми глазами. У оригинала… острый ум и совершенно невыносимый характер.

Он резко выпрямился, возвращая себе официальный вид, хотя в глазах всё ещё плясали чертенята.

— Собирайся, «оригинал». Едем проверять твою теорию. Если Анжела действительно спрятала «реквизит» в виде одеял и похожего пальто, нам нужно найти его раньше, чем она решит избавиться от улик.

— А как же мой адвокат и федеральные каналы? — ехидно поинтересовалась я, подхватывая сумку.

— Обойдёмся без прессы, — Глеб открыл дверь и жестом пригласил меня выйти. — Но если твоя версия подтвердится, обещаю… я лично прослежу, чтобы Павел вернул тебе все твои борщи. В денежном эквиваленте.

— Лучше верни мне веру в человечество, Громов, — проворчала я, проходя мимо него. — И купи мне уже, наконец, нормальной еды. Допрос допросом, а режим питания «оранжевой бестии» нарушать опасно для жизни окружающих.

Глеб коротко рассмеялся — на этот раз искренне и открыто. Кажется, следствие обещало быть интересным и жарким.

Глава 5. Эффект внезапного пробуждения

Глава 5. Эффект внезапного пробуждения

Когда мы вышли из отделения, Глеб не стал указывать мне на заднее сиденье. Напротив, он галантно распахнул перед собой переднюю дверцу своего внедорожника. Я замерла, подозрительно косясь на кожаный салон.

— Это что, смена караула или повышение в звании? — поинтересовалась я, стараясь грациозно взгромоздиться в кресло, не зацепившись при этом подолом.

— Это соображения безопасности, — невозмутимо ответил Глеб, обходя машину. — Если решишь сбежать, выпрыгнув на ходу, будет удобнее тебя ловить.

Я заметила, как у входа в здание замерли двое его коллег. Один — молодой лейтенант с круглыми глазами, другой — седой капитан, который при виде нас даже перестал жевать пирожок. Они провожали нас такими взглядами, будто впервые видели Громова с женщиной (с такой, как я, — так точно впервые).

— Громов, беда, — зашептала я, когда он сел за руль. — Твоя репутация сурового викинга только что дала течь. Посмотри на их лица! Завтра всё управление будет уверено, что «оранжевая бестия» — твоя новая пассия. Тебя же засмеют! Скажут, майор перешёл на крупный калибр.

Глеб завёл мотор,