Измена. Добейтесь меня заново - Tommy Glub

— Хорошо, — отвечаю тихо и быстро ретируюсь в спальню.

Знаю, телефона Раевского тут и в помине нет, зато здесь мои вещи. Хватаю из шкафа первые попавшиеся под руку необходимости: пижаму, бельё, джинсы, носки и пару футболок. Без разбора пихаю их в рюкзак. Адам — мой шанс сбежать отсюда. Вполне возможно, что единственный. Чёрт знает, отпустит ли меня муж. Мало ли, что в голову ему взбредёт, если уже до рукоприкладства дошло… Я даже не знала, что Сева на это способен…

Не забудь Адам свой телефон, неизвестно, как всё обернулось бы!

Выныриваю из спальни и замечаю, что муж ретируется на кухню, сбрасывая пиджак. Раевский, улыбаясь, показывает мне мобильник, который держит в руках. Он что, его уже сам нашёл?

Гляжу на него с укоризной, но сама на цыпочках двигаюсь к выходу. Хватаю с вешалки джинсовку, накидываю её на руку и живо обуваю кроссовки. Находиться в обществе мужа точно не хочется. Завтра вернусь сюда, чтобы подготовить документы. Попрошу маму ещё несколько дней провести с детьми, пока сама подам на развод. План намечается хороший, но… Как же мне не хочется всем этим заниматься…

Но прощать мужа я точно не собираюсь. Не на ту нарвался.

— Идём, — тихо говорю Адаму, не забыв взять собственный телефон и банковскую карту.

Мужчина кивает и хватает меня за руку. Негромко хлопаем дверью, когда слышим крики Севы:

— А ну, стоять! Ах ты, сука!

Успеваем добежать до лифта и нажать кнопку вызова. Раевский, видимо, помнит, что я боюсь лестниц. Однажды так сильно упала, споткнувшись о ступеньку, что повторять не хочу. Тем более, сейчас я на таких нервах, что сердце бьётся совсем уж бешено, а руки трясутся. Точно упаду на лестнице. Адам разворачивает меня к себе и дотрагивается до места удара. Оглаживает щёку большим пальцем и твёрдо спрашивает:

— Больно?

Видимо, от шока мне показалось, что муж ударил меня несильно, но сейчас я чувствую, что лицо уже припухло. Лишь бы только синяк не появился!

— Он тебя ударил? — возникает новый вопрос.

Понимаю, что если отвечу согласием, Раевский с Севой точно церемониться не будет, но тут и так всё понятно, да и Адам не глупый. Всё видит своими глазами. Молча киваю и бросаю взгляд на лифт. Он только на шестом этаже, так что ждать придётся ещё несколько минут, а муж уже выходит из квартиры.

— Ты никуда не уйдёшь! — громко оповещает он.

Быстро преодолевая расстояние до нас, Всеволод пристально вглядывается в моё лицо, но Раевский, ловко развернувшись, прикрывает меня собой. За его широкой спиной мне ничего не видно. Разве что стены и двери.

— Она пойдёт со мной, — заявляет Адам.

Я слышу его уверенный тон и даже сомневаться не смею в словах мужчины. Неужели я до сих пор доверяю бывшему настолько, что могу позволить ему вмешиваться в мою жизнь? Видимо, да, доверяю. Учитывая, что на данный момент только в нём и вижу свой единственный выход.

— Тебя не спрашивали, — рявкает Сева, вплотную приблизившись к Раевскому. — Виолетта, быстро зайди в квартиру, — добавляет тут же.

— Сев, я уже всё сказала. Я подам на развод, а дальше пусть разбирается суд, — выношу свой вердикт и слышу звоночек приехавшего лифта.

— Я тебя не отпущу, — вдруг говорит муж. — Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю. Я не смогу без тебя, — признаётся неожиданно и пытается заглянуть за спину Адама.

В какой-то момент его слова трогают до глубины души. Я даже немного выхожу из-за спины бывшего. Только услужливая память спешит напомнить о том, что пару часов назад я видела, как он вбивается в красотку Марину.

Хватит. Этим отношениям пришёл конец. Навсегда.

Сева предпринимает ещё несколько попыток обойти Раевского, но тот остаётся непреклонным. Тогда муж решает действовать кардинальными методами.

— Отойди, сказал! — кричит и, замахнувшись, ударяет бывшего кулаком. Без предупреждения.

Не замечаю, куда ему прилетает, только сразу сжимаюсь от испуга. Мужчина, пошатнувшись, прижимается к стене плечом, пока Всеволод уже хватает меня за волосы и стремительно тащит в квартиру. Верещу, отмахиваясь от мужа руками и ногами, но он не обращает внимания на мои жалкие попытки освободиться.

Когда оказываемся у двери, ударяю ногой сильнее и попадаю по колену мужа, тот сгибается от боли, однако, выпрямляясь, отвечает ещё большей агрессией. Снова даёт мне пощёчину, уже куда более увесистую, нежели прежде, и отпускает волосы. Всхлипываю и не знаю, что делать. Ситуация окончательно выбивает почву из-под ног. Хочется плакать от отчаяния и безысходности.

— Какая ж всё-таки стерва! — бросает Сева. — Так и знал, что давным-давно от тебя уходить надо было! Только не надейся ни на что хорошее. Подашь на развод, я заберу детей. Поняла?! — вскрикивает резко.

Дёргаюсь уже от страха и, не скрывая эмоций, реву. В этот момент мужа настигает Раевский. Несколькими ударами отправляет Всеволода чуть ли не в нокаут, и даже, когда противник сползает вниз, не прекращает бить. Раньше Адам был именно таким. Не способным сдержать свои эмоции, поэтому я удивилась, что он стал более сдержанным. А сейчас… Кажется, ему просто башню снесло. Как несколько лет назад.

— Ты! — рычит он, разделяя слова. — Больше никогда! Её и пальцем не тронешь!

— Раевский! — вскрикиваю в надежде остановить бывшего, когда муж всё-таки начинает отвечать на его удары и поднимается. — Хватит, прошу! — жалобно молю. — Давай просто уйдём!

Адам лишь на секунду отвлекается и тогда ему прилетают ответные удары. Нда-а-а… Сева в долгу не останется. Я только безуспешно пытаюсь их остановить, но ничего не выходит. Изрядно подпортив друг другу физиономии, оба, кажется, остаются довольными.

— Идём, — подзывает меня к себе Раевский, не став отвечать на последнюю череду побоев. Он просто оставляет без ответа все последние удары. Я в этот момент сжимаюсь около стены, понимая что особо ничего не смогу сделать.

А когда слышу его зов, сразу подбегаю и оттягиваю Адама к лифту, лишь бы поскорее уйти. Слава богу, что он не успел уехать далеко, а потому быстро вернулся обратно. Когда одариваю мужа прощальным взглядом, мы с Раевским заходим в кабину.

Глава 3

— Знаешь, — говорю, когда выходим из подъезда, — и представить не могла, что выйду из этого дома с тобой. Под руку.

— Хорошо, что я решил вернуться, — усмехается Адам, стирая рукавом кровь с лица. Белая ткань пропитывается тёмной кровью, но его лицо совсем меня не