Убийство проклятого принца - Клэр Сейджер

Я должна была умереть, купаясь в крови и испробовав победу на вкус, злобно улыбаясь, когда его стражники ворвутся и убьют меня. Хоть я и не боец, но я бы сделала все, что могла, – у меня были мои воздушные полотна и скорость. Этого было достаточно, чтобы уничтожить хотя бы одного. Я бы сделала это, зная, что на том свете снова увижу свою сестру, зная, что смогу рассказать ей, как заставила принца заплатить.

Но это?

Я попыталась вырваться из пут, но большая рука легла мне на плечо, впившись когтями в ключицу.

– Я же сказал тебе. – Голос принца был низким предупреждающим урчанием, от которого у меня по рукам побежали мурашки.

Я проиграла.

– Что ты собираешься со мной делать?

– Терпение. Скоро узнаешь, какова цена твоего покушения. Должен сказать, я удивлен. Рано или поздно это должно было случиться, но я никогда не думал, что они отправят человека.

Прежде чем я успела понять, что он имеет в виду, дверь снова открылась, и мой мир перевернулся.

– Эрик?

Он не мог быть заодно с принцем. Должно быть, они привели не того человека. Наверное, неправильно поняли его указание или же он пришел просить снисхождения. Я оглянулась через плечо на Сефера.

Он наклонился ближе, схватил за волосы и повернул мою голову так, чтобы прошептать на ухо:

– Твоя неуверенность восхитительна. Продолжай в том же духе, маленькое коварное создание.

Выпрямившись, он указал на меня и улыбнулся Эрику.

– Ты был прав. Она действительно на меня напала.

Мое сердце билось все медленнее и медленнее, каждый удар оглушал. Мне послышалось? Эрик не мог.

– С железным кинжалом. – Принц держал лезвие двумя пальцами, как будто это было что-то мерзкое с подошвы его ботинка.

– Эрик? – Я даже не моргала, но, сколько бы ни пялилась, он отказывался и смотреть в мою сторону.

Этот парень был всегда рядом: с того самого дня, как мы с Циннией присоединились к «Позолоченным солнцем», вместе оплакивали смерть моей сестры, не разлучались во время моего обучения и до сегодняшнего дня.

Предательство.

Это слово застряло у меня в горле, словно копье в груди. Оно смешалось со страхом, пронзая меня. Я не испытывала такую боль с того дня, как нашла безжизненное тело своей сестры.

Принц жестом пригласил Эрика подойти.

– Я позволю вам двоим обменяться последними словами.

С дьявольской ухмылкой Сефер подкрался к моему полотну, которое теперь висело мятой тряпкой, и задумчиво нахмурился, проведя пальцами по всей его длине. Когти, которые были спрятаны, удлинились и медленно прошлись по ткани.

Не сводя глаз с принца, Эрик придвинулся ближе и остановился передо мной, глядя куда-то поверх моей головы, явно не горя желанием объясняться.

– Почему? – мне удалось выдавить лишь одно слово.

– Прости, – прошептал Эрик, и звук рвущегося полотна заглушил его слова. Он покачал головой, сжав губы так, что они стали почти такими же бледными, как и его лицо. – Я должен был думать о труппе. Не мог позволить твоей мести уничтожить всех нас.

– Этого не случилось бы. Она была моя, только моя.

– Нет. – Его ноздри раздулись, когда это слово эхом разнеслось по комнате, и Эрик пристально посмотрел на меня. – Это никогда не касалось только тебя. Ты могла погубить всех нас, но тебя это не волновало. – Он фыркнул, покачав головой. – Твоей сестры больше нет. Это ужасно и трагично, но ты все еще здесь. Я все еще здесь. Но все, что я когда-либо получал, – это жалкие подачки и мгновения твоей жизни. Не думаю, что ты даже присутствовала в большинстве из них.

Зависть. Он завидовал моей сестре и моим планам – жажде мести. Вот почему предал меня. Я открыла рот, чтобы сказать ему, какой он глупец, но тут принц зевнул.

Зевнул.

Я стиснула зубы, когда что-то горячее прокатилось по мне, как огонь, поглощающий пролитый ликер.

– Да, да. – Принц отвернулся от изодранного полотна и подошел ближе. – Все это очень увлекательно, но нам нужно ее наказать. – Он пренебрежительно махнул Эрику и кивнул своим стражникам. – Заплатите этому человеку.

– Заплатить? – Я не собиралась ничего говорить, но слово сорвалось с моих губ на одном дыхании.

– Он оказал мне услугу. Никто не посмеет сказать, что принц Монстров скуп. – И снова эта жестокая и ослепительная улыбка.

Были ли слова Эрика правдой? Предал ли он меня ради труппы? Или это было только из-за денег?

Один из стражников открыл дверь, выжидающе взглянув на моего друга. Бывшего друга. Эрик посмотрел на меня. По крайней мере, у него хватило такта изобразить раскаяние.

– Что с ней будет?

– Ее поймали с поличным при попытке убить меня. Есть свидетели. – Сефер кивнул своим стражникам. – Они видели, как она сидела на мне верхом с клинком в руке, и ты рассказал о ее плане.

Эрик шагнул к фейри, но стражники схватили его за руки.

– Что это значит?

– По нашим законам, это означает, что я, принц этого королевства, могу вынести решение в упрощенном порядке и признать ее виновной. – Он вздернул подбородок. – Принесите мой меч.

5

Мурашки пробежали по моему телу, когда стражник ушел, унося мой кинжал – единственное оружие, которое могло убить принца.

Я потянула за веревки на своих запястьях, но узлы были затянуты на совесть.

Когти впились мне в плечо.

– Ну-ну, птичка. Не думала же ты, что можешь прийти в мой дом с железным клинком, пытаясь убить меня, а затем избежать наказания. – Он цокнул языком, кружа передо мной.

Принц смотрел на меня сверху вниз. Свет, который во время выступления был направлен на меня, освещал его идеальную гладкую кожу, подчеркивая, что он не человек. Он мог быть статуей бога – жестокого, с насмешливой ухмылкой на губах, и довольно высокомерного, судя по тому взгляду, которым он меня одарил.

Я стиснула зубы и уставилась на Сефера в ответ, бесполезно сжав кулаки.

– Ты мерзавец.

Но от этих слов улыбка принца стала еще шире.

– Нет, маленькая кровожадная бестия, правильно говорить хозяин.

Стражник вновь появился рядом с Сефером, склонив голову и держа в руках большой меч, рукоять которого была украшена изумрудами.

– Хорошо.

Свирепый оскал обнажил его клыки, когда принц взял клинок в руки. Небрежным движением запястья он крутанул его, словно заново знакомясь с весом и балансом. Меч просвистел в воздухе – смертельная версия моего собственного танца на полотне.

Когда свет упал на его край, осознание пришло самой собой: со связанными руками я стояла на