Не ложися на краю - Галина Нифонтова

руками над камнем, будто в воздухе ощупывая каждую брошенную фигурку, вырезанную из кости. Девушка закатила глаза, мысленно спрашивая себя, когда же этот цирк закончится. Настя очень хотела есть и уже слышала недовольное урчание своего желудка. Она понимала, что находится в теле чужой девушки, но рассуждала так, что если её душу поселили в это тело, то отныне — она в нём хозяйка. Анастасии очень хотелось привычного кофе с круассаном. Она не любила много есть по утрам, но этого всегда хватало, чтобы утолить голод и привести мысли в рабочее состояние. Но в данной ситуации девушка боялась даже думать о том, что ей могут предложить в качестве еды в этом мире. Первой и главной целью на данный момент было желание — просто выжить.

— Хм… Не ведаю я, что с тобой, Беляна, — начал пояснять Несмеян, не открывая век. — Боги не хотят мне многого говорить. Вижу лишь, что душа твоя изменилась. А возможно, и вовсе — исчезла.

Настя перестала вертеть головой, осматривая высоких идолов, и замерла, думая о том, что её секрет уже раскрыт. Волхв открыл веки и красноватыми глазами буравил девушку, словно заглядывая в самую душу и читая мысли.

— Кто ты, дева? — спросил тише.

— Я… Бе… Бе…

— Не лги перед богами! — тут же прервал нерешительный ответ. — Если я не всё ведаю, то они… — Несмеян посмотрел вверх на высоких деревянных идолов и вновь вцепился взглядом в Беляну, — всё видят полностью, твою душу, сердце и помыслы.

Волхв спокойно произнёс последние слова, но они подействовали на девушку хуже крика. Анастасия пыталась выкрутиться, вспоминая, что слышала в школьные годы о богах древних славян и думая, как же ей объяснить то, чего она и сама не знала.

«Ну, что ж. Или всё получится, или убьют, как нечистую силу…» — подумала Настя и решительно кивнула.

— Боги забрали душу Беляны и перевели в мир предков… А сейчас… Сейчас в этом теле другая душа. Так распорядились боги… — закончила девушка, прикрываясь местными божествами, и показала рукой на самого высокого идола.

— М-м-м… — задумался он. — Я так и знал… — волхв собрал косточки обратно в мешочек.

«Только бы не костёр… и не топор… и не…» — переживала Настя, ожидая ответа от идолопоклонника.

— Душа Беляны чуть теплилась в этом теле с самого рождения, — продолжил волхв. — Она была слаба. А сейчас… Сейчас я вижу храбрую душу, готовую побороться за то, чтобы остаться в мире Яви.

Анастасия сделала умный вид и понимающе кивнула, пытаясь разобраться, что он несёт.

— Как величать новую душу?

Девушка сначала впала в ступор, но потом ответила:

— Анастасия.

— А-на-ста… — Несмеяну было сложно выговорить незнакомое имя.

— Настя! Можно просто — Настя.

— Настя.

— Угу, — улыбнулась девушка и подумала о том, что у них приняты короткие простые имена, связанные с богами и явлениями природы.

— Настя-Беляна, боги поведали мне, что не стоит тебя остерегаться. Только вот…

— Что?

— Не разберу я видение, в котором наши люди прячутся за твоей спиной, а руки твои испачканы кровью…

Девушка нахмурилась.

— Но не всё нам ведомо, что нас ждёт. Мы во власти богов наших. Поэтому сейчас можешь вернуться к Добрану и Голубе.

— А можно меня не называть Настя-Беляна? — приободрилась девушка. — Лучше что-то одно.

— Беляна…

«Ну конечно, это имя им ближе», — Настя поджала губы и отвернулась.

— Я прошу тебя не рассказывать об этом разговоре другим жителям. Не нужно их пугать. Разум у слабой души может не выдержать и помутиться. Я сам поведаю им о том, что Беляна изменилась, но всё же остаётся одной из нас.

— Спасибо… Хорошо.

Волхв и девушка поднялись, поклонились идолам и пошли к выходу из капища. Настя всё повторяла за Несмеяном, боясь проявить неуважение к божествам и получить увесистым посохом волхва по спине. После того, как они оказались за вторым кругом ограждения, вновь поклонились и вместе с остальными жителями поселения покинули место общения с богами.

— Ну вот, всё обошлось, дитя моё! — матушка приобняла свою дочь. — Сейчас похлопочем с тобой, сделаем лепёшек. Вижу, что изголодалась совсем.

«Что ж… придётся продолжать быть Беляной. Сам волхв так сказал, я тут ни при чём…» — Настя улыбнулась Голубе и Добрану и потёрла ладонью ноющий живот.

Вернувшись в поселение, волхв ушёл в своё жилище, а все остальные разбрелись по своим делам.

— Беляна, идём за мной. Готовить будем.

— А куда мы? Нам разве не домой надо?

— Домой? — женщина, не понимая это слово, взглянула на дочь.

— В избу. Ну в это… — Настя подняла руки над головой и сложила домиком.

«В землянку, блин, похожую на нору…» — мысленно вздохнула девушка.

— А-а-а, в жилище? Нет, ты же знаешь, что мы готовим на улице, а там лишь ночью или во время плохой погоды.

Мать с дочерью подошли к деревянной постройке, находящейся в центре поселения. Она напоминала общую кухню с крышей, но без стен. На столбах висели туши животных, пучки трав, грибы. На земле горело несколько небольших костров, огороженных камнями. Некоторые из них были сделаны в виде низкой печи-каменки. Другие печи — доходили высотой до пояса, а камни между собой обмазаны скрепляющей смесью из песка и глины. Внутри было несколько ярусов для приготовления пищи. А снаружи печка походила на большой вытянутый черепаший панцирь, с отверстием сверху, на которое ставится глиняная посуда с едой.

Голуба стащила с невысокого стола светлое полотно, вышитое красными нитями. Под ним оказался небольшой комочек теста. Женщина разделила тесто на небольшие кусочки и стала руками формировать будущие лепешки.

— Беляна, идём! Помогай. Ты же любишь это дело.

Анастасия увидела, как Голуба подошла к небольшой печи-каменке и положила неровный кружок теста на плоский тонкий камень, под которым горит огонь. Девушка постаралась скрыть своё удивление по поводу такого дикого метода приготовления пищи. В её доме готовкой занимался профессиональный повар и только в перчатках.

— Ничего страшного, если что-то не помнишь. Ты ещё не совсем поправилась. Вот так… Сейчас будет готово.

Через несколько минут женщина, не боясь жара, быстро пальцами приподняла лепёшку за краешек и перевернула на другую сторону. Для того, чтобы еда изнутри не осталась сырой и приготовилась быстрее, Голуба накрыла её сверху глиняной миской.

— Матушка, пить хочется, сил нет…

Анастасия сама удивилась тому, как быстро вживается в роль местной девушки.

— Так возьми кувшин да иди пока коз подои. Я ещё не скоро закончу, мне надобно побольше лепёшек испечь. Скоро Изяслав вернётся с охотниками.

— Кто?

— Братец твой младший, Беляна. Ты чего? — удивилась женщина. — Ой, боги,