Поздравляю, Синичкина! Ты попала - Вероника Ольховская

всё на своём пути: остатки моих сомнений, страх перед будущим, боль прошлых лет. Я горела в нём и не хотела спасаться. Наоборот, прижималась всё ближе, целовала отчаяннее, забывала, как дышать.

Руки Максима скользили по моей спине, сжимали бёдра, зарывались в волосы. Несмотря на то что он явно старался сдерживаться, я чувствовала, как мы вместе медленно сходим с ума.

— Оля… — нехотя оторвавшись от моих губ, выдохнул Максим.

Но вместо ответа я лишь закинула ногу на его колени. В это мгновение между нами словно пробежал электрический разряд. Искорки пронеслись по телу, собираясь внизу живота в тугой узел.

— Сумасшедшая, — ухмыльнулся Максим прямо мне в губы. — Где твои приличия?..

— Вылетели на прошлом повороте, — усмехнулась я, проводя пальцами по его напряжённому прессу. — Вместе с моим терпением, кстати. Хочешь проверить, что ещё я потеряла?..

— Безумно хочу.

Хрипло выдохнув это, Максим собственнически сжал мои бёдра и притянул к себе так, что я прочувствовала, как велико его возбуждение.

Припав губами к покрытой мурашками шее, он медленно двинулся ниже — к ключицам. Я вцепилась в его крепкие плечи, боясь потерять равновесие в этом водовороте чувств. Стоило только платью сбиться, бессовестно обнажая бёдра, как шаловливые руки Максима, нежно поглаживая, скользнула выше.

Я закусила губу, чтобы в голос не застонать… Как бы сильно меня ни накрывало, всё-таки хотелось сохранить остатки приличия. Но… Когда Максим прикусил мочку моего уха и прошептал: «Какая же ты сексуальная...», — я забыла, где мы и кто рядом.

Его горячие пальцы добрались до края чулок, и я, теряя последние остатки разума, выгнулась им навстречу.

Я хотела Максима. Безумно! Здесь и сейчас... Несмотря на ворчавшего за рулём таксиста, на проплывающий город за окном, на то, что мы знакомы всего несколько часов.

Наверное, я действительно сошла с ума. Но…

— Приехали, — прокуренный бас вернул нас в реальность.

Максим оторвался от меня, тяжело дыша. В его глазах горело то же безумие, что и в моих. Он расплатился, даже не взглянув на купюры, выскочил из такси следом за мной, и мы влетели в подъезд, целуясь уже в парадной.

Теперь ничто не могло нас остановить…

В лифте мы едва дождались, когда закроются двери. Я прижала Максима к стенке, сама набрасываясь на его губы. Он засмеялся тихо, хрипло, и, усилив напор, прижал меня к зеркалу.

— Нетерпеливая… — хрипло прошептал Максим.

— Сам такой, — довольно ухмыльнулась я.

Когда лифт остановился и двери открылись, мы вывалились наружу, продолжая целоваться. Мне почему-то казалось, что я называла таксисту свой адрес… Но, бросив взгляд на номер квартиры, я поняла, что никогда здесь не была.

— Добро пожаловать в мою берлогу, — пока я пыталась собраться с мыслями, Максим уже расправился с замком. — Чувствуй себя как дома…

Стоило только нам перелететь через порог, как пальто полетело на пол. Я даже не заметила, чьё первое… Кажется, мы избавлялись от них одновременно, как назло, путаясь в рукавах.

Максим прижал меня к стене прямо в прихожей. Его руки уже не церемонились: скользнули вверх по талии, сжимая грудь через тонкую ткань платья. Моё тело тут же предательски отозвалось на такую наглость: по спине пробежала приятная дрожь, а соски затвердели.

— Я хочу тебя, — выдохнул мне в губы Максим.

— Я тоже, — простонала в ответ я.

Когда мы, не глядя, разулись, Максим подхватил меня под ягодицы, и я обвила его ногами. В кромешной темноте добраться до спальни было тем ещё приключением. По пути я врезалась плечом в дверной косяк, но даже не почувствовала боли.

Всё внутри горело, предвкушая то, что должно было случиться.

Максим опустил меня на кровать, нависая сверху. Я смотрела на его силуэт, подсвеченный тусклым светом из окна, и слышала лишь бешеный стук своего сердца. Медленно расстегнув молнию платья, он оголил сначала одно плечо, потом другое.

Ткань скользнула вниз, открывая грудь, и я замерла под томным взглядом.

— Какая же ты красивая, — восхищённо прошептал Максим.

Он наклонился и нежно коснулся губами ключицы. Я выгнулась навстречу, чувствуя, как между ног всё пылает от желания. Его язык коснулся груди — сначала одной, потом другой, обводя соски, дразня, заставляя меня стонать и вцепляться пальцами в плед.

— Пожалуйста… — выдохнула я, сама не зная, о чём прошу.

Но Максим, кажется, понял.

Его жадные губы накрыли сосок, втягивая, посасывая, а рука тем временем скользнула по животу вниз, под резинку трусиков. Пальцы коснулись клитора, и я задохнулась от удовольствия.

— Ты сводишь меня с ума...

Максим двигался медленно, дразняще, одновременно лаская языком грудь. Я таяла, теряла себя, падала в эту пучину наслаждения. Когда же второй палец, растягивая, присоединился к первому, я уже не могла сдерживаться — подалась бёдрами навстречу, ловя ритм.

— Я хочу чувствовать тебя внутри, — выдохнула я, глядя ему в глаза.

Максим замер на секунду, а потом самодовольно ухмыльнулся.

— Не торопись, — прошептал он, спускаясь поцелуями по животу. — Я только начал…

Его губы скользили ниже, оставляя влажную дорожку на коже: от груди к бёдрам. Я выгибалась, ловя каждое прикосновение, чувствуя, как растёт напряжение. Когда же Максим оказался между моих ног, я задержала дыхание в предвкушении.

— Смотри на меня, — тихо приказал он, и я послушно встретилась с ним взглядом.

Не отрывая от меня глаз, Максим медленно провёл языком по клитору. Я глубоко вдохнула, запуская пальцы в мягкие волосы. Он придержал меня за бёдра, продолжая ласкать, дразнить, сводить с ума. Шаловливый язык двигался ритмично: то ускоряясь, то замедляясь, медленно доводя меня до пика наслаждения.

— Максим... — наконец, выдохнула я.

Он только усмехнулся, не останавливаясь, и снова ввёл пальцы.

— Пожалуйста, — хрипло простонала я. — Пожалуйста, я хочу...

— Давай, — прошептал Максим, усиливая давление языком.

И меня накрыло.

Оргазм взорвался внизу живота, разливаясь жаром по всему телу. Я стонала громко, не стесняясь, выгибаясь дугой и цепляясь за плед. Максим даже не думал останавливаться, продлевая моё блаженство.

Это было поистине потрясающе. Я уже позабыла, что могу испытывать нечто подобное… В мыслях царила абсолютная тишина, а по телу разливалась приятная истома.

Максим поднялся, нависая надо мной, и я потянулась к нему, расстёгивая пуговицы рубашки. Торопливо, нетерпеливо, срывая их одну за другой. Мне хотелось чувствовать запах его кожи, касаться её губами, пробовать на вкус.

— Ты даже не представляешь, как долго я ждал этого момента, — выдохнул Максим, помогая стянуть рубашку.

Я провела руками по его широкой, мускулистой груди. Спустилась ниже, к ремню, расстегнула пряжку, потянула молнию. Максим замер, позволяя мне делать всё, что хочется.

Моя рука скользнула под ткань боксёров,