Пышка по вызову - испытание для Спасателя - Анна Черри

Я вздрогнула от её звонкого и нарочито-радостного голоса и натянула лёгкое покрывало повыше на огругленький, мягкий животик. Мне почему-то всё время было холодно.

Словно изнутри проморозило.

— А заодно и в магазин завернем. Стратегические запасы еды нужно пополнить, ты глянь — холодильник-то наш совсем оскудел, скоро эхо внутри поселится, — продолжала сестра. — Да и тебе не помешает размяться, а то ты уже с этим диваном практически единым целым стала.

Я перевела взгляд на темный экран телевизора, в котором отражалась моя собственная бледная тень, и вдруг до меня дошел смысл её слов.

А ведь и правда. Сколько можно-то?

Превратилась в живое изваяние скорби, в собственную бледную копию. Я же только себе хуже делаю, загоняя себя в эту темную яму.

Нельзя так. Нельзя растворяться в боли, позволять ей пожирать себя изнутри.

Я чувствовала это на границе сознания. Знакомое, липкое оцепенение. Ужасное анабиозное состояние, когда мир теряет краски, а тело становится чужим и неподъемным.

Один раз я уже проваливалась в эту бездну, и возвращение оттуда было долгим и мучительным.

Нет, не хочу.

Нужно выкарабкиваться, разбивать эту душащую скорлупу, пока она не затвердела окончательно. Похандрила два дня, поплакала в подушку — и хватит с меня.

— Да, ты права. Давай немного проветримся. Мне надо взбодриться, а то совсем расклеилась. Хватит уже из-за этих мужиков страдать, — решительно поднялась с дивана я, откинув покрывало в сторону.

— Вот и умничка! — обрадовалась Настя. — Они и ноготочка твоего не стоят! Не смогли оценить, какая прелесть им досталась? Тогда пусть сидят теперь и локти кусают!

Заявила сестра, уперев руки в бока. Выглядела она ну очень грозной и готовой своими руками им показать, насколько они неправы.

Мне стало смешно, и я не желала сдерживать порыв, расхохотавшись в голос. Настя обрадовалась, что в этот раз моя хандра пройдёт намного быстрее и менее болезненно. Потащила меня одеваться и приводить себя в порядок. Поскольку мертвец и то краше сейчас выглядел, чем я.

Через час, смыв с себя остатки двухдневной апатии и облачившись в легкий сарафан, я уже шла рядом с сестрой по тенистому парку к водоём. Мы решили пойти покормить уточек. Это занятие всегда меня умиротворяло.

Погода сегодня была удивительно милосердна: припекающее солнце играло золотыми нитями в листве, но в парке, под сенью высоких деревьев с раскидистыми кронами, царила приятная прохлада. Легкий, почти невесомый ветерок касался разгоряченной кожи, смягчая жару и принося с собой запах скошенной травы и нагретой листвы.

У водоёма и вправду дышалось чуточку свежее. Но главное — здесь, рассекая темную гладь воды, словно маленькие изящные флотилии, неспешно проплывали до умиления хорошенькие уточки.

Я отломила краюху хлеба, старательно раскрошила его на маленькие кусочки и кинула к ближайшей парочке, оставляя на воде расходящиеся круги. Уточки радостно и тонко пискнули, и, по-королевски грациозно подплыв, отведали мои угощения.

Они так забавно окунали клювики в воду, смешно перебирая лапками, что я не сумела сдержать невольной, тёплой улыбки.

— Вот это отличная терапия, — сказала я сестре, что стояла рядом и тоже следила за пернатыми.

— Не поспоришь, — усмехнулась она в ответ и подошла к самому краю водоёма.

Присела на корточки и протянула руку в надежде, что кто-нибудь из самых смелых крылатых решит её то ли ущипнуть за палец, то ли дастся погладиться.

Одна из птиц с интересом посмотрела на мою сестру и даже начала плыть в её сторону, но на полпути передумала и развернулась обратно к камышам.

Мне тоже захотелось попробовать приманить какую-нибудь уточку, и я пошла к сестре, но… Неудачно поскользнулась на почему-то мокрой траве и поехала одной ногой в сторону пруда, другая, видимо, решила отправиться домой.

Я только и успела взвизгнуть перед тем, как позорно распластаться на траве.

Но чьи-то сильные, стальные руки подхватили меня в сантиметре от земли, рывком возвращая в вертикальное положение, и крепко прижали к твёрдому, невероятно горячему телу.

Сердце испуганно совершило дикий кульбит где-то в горле и бешено заколотилось о ребра.

Я замерла, боясь даже вздохнуть, всё ещё не веря, что мне удалось избежать падения.

Сильные руки сжали мою талию крепче, интимнее, и вдруг носа коснулся до боли знакомый аромат…

Древесно-пряный, с благородными нотками кедра, с оттенком жимолости и терпкой свежестью бергамота. Запах, который когда-то сводил меня с ума.

Кожа моментально покрылась мурашками, тело пронзило волной обжигающего жара, который тут же сменило ледяным, пробирающим до костей холодом узнавания. Я окаменела, превратилась в соляной столп, не в силах даже сделать вдох.

А над головой раздался тот самый бархатистый, чуть вкрадчивый голос с едва заметной хрипотцой, который я так надеялась никогда больше не услышать:

— Нужно быть осторожнее, Оля.

Сердце пропустило удар, а затем понеслось вскачь. По венам, согревая оцепеневшее тело, потекла раскалённая лава — то самое, некогда забытое, опасное чувство, которое у меня возникало всегда, стоило только оказаться с этим мужчиной рядом.

Магия, проклятие, химия — не знаю, но оно захлестнуло меня с головой, парализуя волю.

— Спасибо, — едва слышно проблеяла я, подняв голову и встретившись с прожигающим насквозь взглядом.

Меня словно молнией пронзило.

Кончики пальцев закололо, и захотелось до боли в суставах провести по его груди, коснуться кожи на шее, а после провести пальцами по его щеке.

Эта мысль и отрезвила меня.

Меня обдало ледяным холодом, и я резко отпрянула назад, вырываясь из тёплых и когда-то самых желанных объятий.

— Спасибо, что спас меня от падения, — попыталась улыбнуться я. Но, боюсь, что вышло не очень.

— Так я же спасатель. Работа обязывает, — лучезарно улыбнулся Рома, и меня вновь пронзило насквозь. Тысячами мелких иголочек.

Вот такая открытая, яркая улыбка всегда сводила меня с ума.

Вот и сейчас… Сейчас я тоже не сумела остаться равнодушной.

Но нужно было брать себя в руки. Иначе растекусь здесь мороженкой.

Внезапно я вспомнила его последние слова, брошенные мне.

Такие странные и непонятные слова.

— Знаешь, а очень хорошо, что мы встретились, — решительно заявила я, понимая, что не смогу оставить всё вот так. Мне было жизненно важно узнать, почему он такое сказал. — Я как раз хотела с тобой поговорить про…

— Милый! Так вот ты где! — перебил меня радостный, звонкий голос, и я осеклась. В неверии и полнейшем шоке смотрела на девицу, прильнувшую к Роме и целующую его в щёку.

Нет… Это никак не может быть… Она!

Глава 6

Этот вызов обещал быть весёлым.

Олег, мой бессменный напарник и