Запретный берег - Виола Волконская

— Итак, — начала я. — Раз уж я теперь твоя «подопечная» на несколько дней, куда ещё можно сходить в Сочи? Кроме гор и водопадов.

Миша задумался, крутя ножку бокала.

— Зависит от того, что ты любишь. Если культуру — то дендрарий или художественный музей. Если экстрим — парк аттракционов. Если романтику… — он запнулся, посмотрев на меня, то набережная ночью. Или ботанический сад в вечернее время. Там красиво подсвечивают растения.

— Мне нравится идея с ботаническим садом, — сказала я. — И с набережной тоже.

— Тогда составим маршрут, — кивнул он. — Но учти: никаких больше пьяных танцев с тортами. И никаких попыток доказать свою взрослость через риск. Я знаю, что тебе не пять лет. Но ты ещё слишком молода, поэтому полна амбиций.

— Обещаю только одно, — улыбнулась я, глядя ему прямо в глаза. — Будет интересно.

Миша усмехнулся, но в его взгляде я снова увидела тот самый огонёк.

— Посмотрим Александрина, посмотрим.

— Мне нравится здесь, — решила признаться я. — Чистый воздух. Тишина. Не ожидала, что твое логово будет таким уютным. Дома из дерева всегда мне нравились. Есть в них нечто волшебное.

— А ты ожидала квадратную коробку из бетона и стекла? — усмехнулся Миша.

— Почти, — призналась я, вставая из-за стола и вдыхая полной грудью. Воздух здесь был другим — чистым, напоённым запахом хвои, влажной земли и каких-то трав. — Я думала, ты живёшь в каком-нибудь хай-тек пентхаусе.

— Это для тех, кто не умеет ценить настоящее, — он подошел ближе, забирая у меня из рук тарелки. — Оставь, потом уберём. Пошли на экскурсию. Заодно жирок завяжется.

Он повёл меня по участку. Территория была большой, ухоженной, но с явными следами мужской работы. Были кустарники и розы. Мужской минимализм.

— Вот тут мангальная зона, её ещё нужно усовершенствовать, — показал он на площадку, выложенную камнем. — Уже почти закончил. Осталось только крышу надстроить и стол поставить. А вон там, — он кивнул на конструкцию из бруса в дальнем углу двора, — будет беседка. Пока в процессе. Времени не хватает, но тише едешь дальше будешь. Верно?

— Сам все делаешь? — удивилась я. — Ты что, и плотник тоже?

— Приходится, — пожал плечами Миша. — Руки из правильного места растут. К тому же, мне нравится работать с деревом. Это успокаивает.

Мы обошли дом и вышли на задний двор. И тут я увидела маленький старый домик, явно построенный давно. Бревна потемнели от времени, но ещё держались крепко. Крыша была покрыта мхом, а окна тянулся плющ.

— А это что? — спросила я, подходя ближе.

— Это дедушкин дом, — тихо произнес Миша, и в его голосе прозвучала нотка грусти. — Он здесь жил с бабушкой. Я пока не решаюсь его трогать. Внутри всё сохранилось: старая мебель, книги, посуда. Всё дышит временем, старой эпохой.

Он подошел к двери, осторожно толкнул её. Она открылась со скрипом, и мы зашли внутрь.

Воздух внутри был тяжёлым, пахло старой бумагой, пылью и чем-то ещё. Свет от фонарей, пробивал я как солнечный луч через грязные окна, освещая интерьер, застывший во времени.

В углу стояла массивная кровать с кованым изголовьем, покрытая выцветшим одеялом. Рядом тумбочка с резными ножками, на которой лежали старые часы с кукушкой. Вдоль стены книжный шкаф, забитый пожелтевшими томами. На столе керосиновая лампа, чернильница, стопка писем, перевязанных лентой.

— Господи, — прошептала я, оглядываясь. — Это как музей.

— Или как машина времени, — усмехнулся Миша, проводя рукой по столешнице. — Дедушка был коллекционером. Всё собирал, ничего не выбрасывал. Вот и получилось такое… хранилище истории.

— Почему ты не приведёшь этот дом в порядок? Это же такое сокровище.

— Приведу, п пообещал Миша. — Но не сейчас. Сначала нужно закончить беседку, потом мангальную зону. А этот дом… он требует особого подхода. Я не хочу потерять его душу, пытаясь сделать современным.

Мы вышли наружу, и Миша аккуратно закрыл дверь.

— Ладно, хватит экскурсий, — сказал он. — Уже поздно, день был насыщенным.

Убрав со стола, мы вернулись в сруб, и я поняла, почему Миша выбрал именно такой дом. Внутри было невероятно уютно. Стены из светлого дерева, камин в гостиной, мягкая мебель с пледами.

Я поднялась на второй этаж. Переоделась в шёлковую пижаму, белого цвета. В ней не жарко и если хозяин дома меня в ней увидит, не будет стыдно. Я расчёсывала свои длинные волосы, когда в дверь постучали.

— Входи, — громко сказала я.

— Если что-то нужно, я в соседней комнате, — позаботился Миша.

— А я думала, ты пришёл рассказать маленькой девочке сказочку на ночь и поцеловать в лобик.

Миша поменялся в лице и двинулся ближе ко мне. У меня перехватило дыхание. Он остановился совсем близко. Его рука скользнула по моему плечу, поднимая лямку на место. Мужские пальцы еле прикоснулись ко мне. Я замерла.

— Сказка про то, — начал он хитро улыбаясь. — Как кот насрал в коляску и поставил в уголок, чтоб никто не уволок.

— Это что за сказка такая? — засмеялась я.

— Мой дед любил её рассказывать, когда выпивал лишнего.

— Ты так близко подошёл, что я аж испугалась что...

— Чего ты испугалась?

— Что ты правда поцелуешь меня в лобик.

— Бойся, если поцелую не в лобик.

— Это угроза?

— Спокойной ночи, крошка.

— Спокойной ночи, Мишка.

Он улыбнулся мне, скользнул своими яркими глазами по моей фигуре и молча покинул комнату. Когда дверь за ним закрылась, я поняла, что почти не дышала.

Глава 2

Утро в доме Миши началось не с будильника, а с запаха кофе и жареного бекона. Солнце уже пробивалось сквозь шторы, заливая комнату мягким золотистым светом. Я потянулась, чувствуя приятную мышечную боль после вчерашнего похода, и улыбнулась. Никакого стыда, никакой тошноты. Только предвкушение нового дня.

Спустившись вниз, я застала Мишу на кухне. Он был в серых спортивных штанах и черной майке, которая обтягивала рельефные мышцы спины. Волосы были слегка взъерошены.

— Доброе утро, соня, — он обернулся, держа в руке лопатку. — Кофе уже готов. Садись, пока не остыло.

— Ты всегда так рано встаешь? — спросила я, устраиваясь за столом.

— Привычка. К тому же, у нас сегодня плотный график, — он поставил передо мной тарелку с идеально прожаренным беконом и яичницей. — Ешь. Тебе нужны силы. Сегодня мы будем покорять культурную столицу юга.

Завтрак прошел в уютной тишине, прерываемой лишь моими восторженными восклицаниями по поводу его кулинарных талантов.

— Если ты будешь кормить меня так каждый день, я растолстею и перестану быть «крошкой». И у меня будет большая корма, — заметила я, доедая последний кусочек.

Миша усмехнулся:

— Тогда станешь «пышечкой». Тоже