Твой выбор, детка - Александра Ветрова

Мы ехали молча. Он вёл машину одной рукой, второй сжимая руль так, что побелели костяшки. Я смотрела в окно на огни ночной Москвы и думала о том, что мы едем не к моему дому.

— Откуда ты знаешь мой адрес? — спросила я, когда он свернул в мой двор.

— У меня есть твоё личное дело, — ответил он сухо. — Служебная информация.

— Это незаконно.

— Всё, что касается тебя — незаконно, — сказал он, останавливаясь. — Выходи. И запомни: завтра в девять утра. Не опаздывай. И больше не ври мне, Лиза. Я всё равно узнаю. Вопрос времени.

Я вышла. Не обернулась.

Но когда поднялась в квартиру и подошла к окну, его машина всё ещё стояла внизу. Фары были выключены. Только тёмный силуэт за рулём.

Он смотрел на мои окна. Смотрел сорок минут, пока я не закрыла шторы.

И только тогда «Мерседес» уехал.

Глава 5. Тени прошлого

На следующее утро я пришла на работу за час до начала. Перерыла интернет. Александра Романова — тридцать один год, состояние — около двух миллионов долларов, не женат, наследников нет. Статья в журнале «Карьера»: «Молодой владелец «Кортекса» о кризисах и восстановлении: «Иногда, чтобы подняться, нужно сначала упасть на самое дно».

На дно. Интересное выражение.

Я пролистала дальше. Его интервью, перепечатки из деловых газет, светская хроника. Ни одного фото с женщиной. Ни одного даже намёка на роман. Только работа и бизнес.

— Он стал монахом, — тихо сказала я себе.

— Не монахом, — раздался голос от двери. Я вздрогнула так сильно, что чуть не уронила кружку. В дверях стояла Марина с двумя чашками кофе. — Бросил курить, начал заниматься спортом и перестал с кем-либо встречаться после того, как его бросила девушка. Это было, кажется, года три назад. До сих пор не оправился.

— Откуда ты знаешь?

— Он мой друг, — спокойно сказала Марина, ставя одну из чашек на мой стол. — Единственный, кому он доверяет. И он рассказал мне больше, чем хотел. Например, что единственное, о чём он жалеет в жизни — это то, что не успел сказать «останься».

Я взяла кофе, чтобы занять руки.

— Почему ты мне это говоришь?

— Потому что я вижу, как он на тебя смотрит. — Марина села на край моего стола, поправив рыжие волосы. — И как ты смотришь на него. У меня нет цели быть свахой, Лиза. Мне просто надоело смотреть, как мой друг медленно убивает себя работой. Ты была у него в голове все эти годы. Если ты вернулась разрушить его — разрушай окончательно. Если нет — дай ему правду. Какую бы ни была.

— Ты не понимаешь, — сказала я.

— Не понимаю, — согласилась Марина. — Но Саша знает, что ты что-то скрываешь. Он умный. Он догадается сам, рано или поздно. И тогда будет хуже.

Она ушла, оставив меня одну с кофе и мыслями, которые разрывали голову на части.

Я закрыла страницу с его интервью и набрала в поисковике другое.

«Лучшие детские сады Строгино».

Потом — «логопед для детей 5 лет».

Потом — «платье для девочки на выпускной».

Всё, что я могла сделать сейчас — это защищать тылы. Уберечь Миру от тени, которая падала от возвращения Саши в мою жизнь.

В обед я позвонила матери.

— Как она? — спросила тихо, чтобы никто не слышал.

— Спит. Рисовала слона. Говорит, что слон похож на папу, потому что у папы тоже большие уши. — Мать вздохнула. — Лиза, когда ты ей скажешь?

— Когда он станет ей отцом. Не раньше.

— А если он не захочет?

— Захочет, — сказала я. — Саша не умеет делать что-то наполовину. Если он узнает о ней, он заберёт её. Себе. Полностью. И я останусь ни с чем.

Так я себя оправдывала. Но глубоко внутри жил другой страх — более трусливый.

Если Саша узнает о Мире, он поймёт, почему я ушла. Не потому, что не любила. А потому, что боялась.

Боялась, что он не сможет любить ребёнка так, как я. Боялась, что он будет смотреть на дочь и видеть в ней ошибку. Боялась, что она станет для него обязательством — а не чудом.

И хуже всего: боялась, что он окажется замечательным отцом. И тогда моё решение уйти без него окажется не героическим, а просто жестоким.

Глава 6. Корпоратив

Через две недели после моего прихода Саша объявил корпоратив. Юбилей компании — семь лет. Место: загородный клуб, дресс-код: smart casual, алкоголь: за счёт фирмы.

— Выступление с отчётом для всех, потом фуршет, потом дискотека, — объявил он на планёрке. — Присутствие обязательно. Пункт 14.3 вашего трудового договора.

Марина переглянулась со мной. Пункт про корпоративные мероприятия. Значит, он воспринимает всё всерьёз.

Я достала из шкафа единственное подходящее платье — тёмно-синее, длиной чуть выше колена, с длинным рукавом. Скромное, но облегающее. Я купила его на распродаже два года назад, не представляя, куда надену. Теперь представила.

Вечером перед корпоративом Мира спросила:

— Мам, можно я пойду с тобой?

— Нет, котёнок. Это работа. Там дяди и тёти говорят про деньги. Скучно.

— А папа там будет? — спросила она без всякой интонации, как спрашивают «а молоко в холодильнике есть?».

У меня пересохло в горле.

— Какой папа, Мира?

— Который с большими ушами. Как слон.

Я не знала, что ответить. Сказала: «Спи, малыш». И сидела над её кроватью до полуночи, гладя тёмные волосы, которые вились так же, как у него.

Корпоратив начался в семь. Клуб оказался шикарным — с камином, кожаными диванами и баром, где подавали коктейли с названиями типа «Генеральный директор» (виски с колой и вишнёвым сиропом).

Саша выступал с речью. Стоял у камина в тёмно-синем пиджаке и светлых брюках — так небрежно, будто надел первое, что попалось под руку. Но я знала, что он не умеет быть небрежным. Каждая его деталь — продуманная случайность.

— Семь лет, — говорил он в микрофон. — Многие из вас были со мной с первого дня. Многие пришли позже. Кто-то — совсем недавно. — Он посмотрел прямо на меня, и весь зал перевёл взгляд. — Я не люблю громких слов, но скажу одно: этот год стал для меня особенным. Потому что я понял: иногда прошлое возвращается, чтобы дать тебе второй шанс.

Я вцепилась в бокал с белым вином.

Он улыбнулся — той улыбкой, от которой у меня подгибались колени. Поднял