Liebe. История одной любви - Лиза Вайн

— Э-э-эм, я почему здесь-то? Тётка моя дальняя живет здесь, вот я и перевелся сюда! Кстати, в твой университет, тоже на МО и даже твой курс… Мы теперь будем вместе учиться, — отстранившись, заявил он мне, глядя мне прямо в глаза.

Я была ошарашена, но виду не показала. В моей памяти стали всплывать его отдельные фразы и то, как он меня там постоянно провожал, в кино даже попытался слегка приобнять меня за талию. Или в автобусе во время нашей студенческой поездки в Париж, когда он всё время сидел рядом со мной. Тогда я без задних мыслей положила свои ступни ему на его колени, а он слегка и незаметно притрагивался к ним, думая, что я спала и не замечала его движений. Тогда в Бонне он мне ни на что не намекал, мы просто очень часто проводили вместе время. Нам было весело и легко вдвоём. После Германии мы ещё какое-то время переписывались по Скайпу, но ближе к сессиям и экзаменам у меня совсем не было времени ему постоянно отвечать. Я кратко поздравила его с днём рождения в январе, а он прислал мне на восьмое марта букет роз через заказ по интернету. Тогда я не придавала всему большого значения, думала, что он хотел быть просто джентльменом со мной. На расстоянии ведь всё чувствуется по-другому…

Всё оказалось совсем не так: он конкретно подготовился за год и перевелся ко мне в универ, на мой же курс. Могло ли это быть совпадением наших интересов? Или же у него ко мне какие-то серьезные намерения? Может он захочет потом посвататься к моему отцу? Наш папа был всегда категорически против всяких "гуляний" до брака.

— Ами-и-ир, а что ты делаешь сегодня вечером? Не занята? Давай сходим сегодня в кино? Я тебя как именинницу приглашаю, — перебил Баха ход моих беспокойных мыслей своим, как всегда спонтанным, предложением.

— А это идея, — согласилась я — Думаю наш строгий папа не будет против, ведь он уже наслышан о тебе после нашей совместной поездки, тем более Ты — его земляк.

Баха сразу засиял и улыбнулся во весь рот, обнажив при этом свои два правых кривых зуба сверху. Все его зубы были белоснежно белыми, но этот небольшой дефект немного портил его открытую улыбку. Если раньше я себе никак не представляла наш с ним поцелуй, то в тот момент просто внутренне содрогнулась при одном взгляде на его эти два зуба.

«Это же мой кент-брателло, друган, но никак не парень моей мечты! Мне нужно ему это сказать, чтобы раз и навсегда расставить все точки над i.»

— Бах, мне нужно с тобой поговорить, давно хотела тебе кое в чём признаться, наедине… — решила я воплотить свои мысли в жизнь.

Баха застыл, его глаза вдруг резко потеплели и наполнились такой нежностью, что моё сердце невольно сжалось, особенно после услышанного в ответ:

— Я бы тоже хотел тебе кое в чём признаться, давно уже… — его голос вздрогнул — Ну, тогда я заеду за тобой в семь… До вечера! — встал он поспешно и зашагал к выходу, не оборачиваясь в нашу сторону.

Моя Дишка, обычно в такие моменты меня всегда подкалывающая, произнесла вдруг с глубоким пафосом:

— Мда-а-а, ма-а-ать, я тебе не завидую… — допив свой фраппе, многозначительно добавила — Может он всё-таки дождется тебя?!

— Ди, ну о чём ты? Мне сейчас совсем не до любви и отношений, у меня на первом месте стоит учеба, потом подработка…

— Ой ну всё, понеслась! Ладно, допивай уже тоже и пошли уже домой…

В семь вечера как мы и договаривались, Баха заехал за мной на такси. Зайти к нам домой он постеснялся, хотя папы и не было дома. Отец пробыв с нами полдня, всё-таки отправился на работу в свой любимый автосервис, проверить, всё ли правильно делают его новые ученики. Автосервис был его детищем. И хотя у него уже были опытные автомеханики на постоянной основе, новичков в свои ученики он охотно набирал и добросовестно обучал всему, что сам знает. Случайно или нет, но часто ему попадались пацаны из неблагополучных семей, не закончившие школы или даже живущие на улице. Отец не различал между беспризорниками и мальчиками "домашними", он давал всем равные шансы в этой профессии. Хотя многие его ученики и были со статьями за мелкое хулиганство, отца нашего они уважали и любили. Почти всегда с трепетом называли его как он их научил Тахир-ака (Дядя, старший брат — узб).

Баха приехал с букетом ярко розовых красивых роз. Да и сам он тоже стильно оделся и надушился каким-то модным парфюмом. Таким я увидела его впервые. «Бедный парень!» и «Зря подготовился!», подумала я, выйдя ему навстречу.

Наш совместный киносеанс проходил очень медленно. Весь фильм я была напряжена, так как Баха постоянно то склонялся надо мной, шепча мне в ухо всякие шуточки насчёт героев, то пытался, как бы невзначай, задеть мою руку на локте кресла.

Когда фильм наконец-то закончился, мы вышли на улицу и двинулись в сторону городского парка неподалёку. Шагая по аллее, мы сначала бурно обсудили сам фильм до мелочей, затем вспомнили и посмеялись над нашими приключениями в Париже. Когда уже показалось, что не осталось других тем, я набралась храбрости и выпалила разом:

— Баха, я знаю, что ты ко мне чувствуешь… Пожалуйста выслушай меня и не перебивай! Я не могу ответить тебе сейчас взаимностью, ты для меня как брат, лучший друг, но не более. Я вообще сейчас не хочу ни в кого влюбляться, потому что уезжаю на пятилетнюю учебу в Берлин… Поэтому не хочу тебя никак обнадеживать, но и дружбы нашей обрывать резко не хочу! Ты мне очень дорог, но как друг… Не больше!

Мы остановились посреди дорожки в парке. Всё это время я смотрела ему прямо в глаза, высказывая дальше всё то, что так тщательно подготовила дома.

— Замолчи, не говори мне больше ничего, я всё понял! — едва дотронулся он первой фалангой своего указательного пальца до моих губ.

— Я так тебе противен, что ты даже представить себе не можешь меня в качестве своего парня?