Мое так называемое лето - Лада Шведова

спросил перед тем, как загрузить ее своей нескончаемой болтовней. – По другую сторону от меня присел тот самый «уродец». Или близнец Тимура – а они и правда оказались близнецами, надо же. А я думала, мне это привиделось.

– Рома, – представился он. – И Тимур говорит правду: не родственники мы.

– Да, это сразу видно.

Близнецы рассмеялись. Смех у них отличался: Тимур хохотал открыто, запрокинув голову назад, а его брат Рома смеялся тихо и интеллигентно, чуть опустив голову вниз и словно немного смущаясь. Оба варианта выглядели… ничего так. Потому что близнецы были слишком хороши собой и не могли не знать об этом. У обоих на щеках – обезоруживающие ямочки, темные волосы по-южному растрепанно падали на прямые лбы. Прибавить к этому южный загар и спортивные фигуры, и получится совсем уже не господин «волосатая грудь».

– Так как тебя зовут, Сибирь?

– Слава.

– Приятно познакомиться, Слава. Но Сибирь мне нравится больше, – порадовал Тимур. – Придется смириться.

– Он никого не зовет по имени, – пояснил его брат.

– Но я не из…

– Сибирская девчонка, я сразу так и сказал! – Тимур не хотел проигрывать спор.

В ближайшее время мне от парней не избавиться – они явно жаждали пообщаться, и я была идеальной для этого целью. Одна, ровесница. Без мужа и троих детей вокруг, как многие отдыхающие. В парнях кипела энергия, даже в более спокойном Романе. Да и предлог держаться рядом у них был железобетонный: охрана от «волосатой груди». Я не сомневалась, что они его используют. Особенно Тимур.

Впрочем, возвращения «волосатой груди» мне не хотелось тоже, так что…

– Что значит «завтра на Красной»? – спросила я.

– Значит, что завтра будет мой день!

– Мы работаем спасателями в аквапарке, – объяснил Рома. – И Красная – это горка. Она еще зовется Камикадзе, но это название для подыхаек… то есть для прекрасных туристов.

– И на этой Красной много кого приходится спасать?

– Нет, это всего-то самое классное место, – хмыкнул Тимур. – Стоишь наверху, козырек создает комфортную тень, и легкий ветерок обдувает со всех сторон. Даже когда на улице за сорок, на Красной хорошо.

– А на Свистке – не очень?

– Свисток – кошмар наяву. Стоишь у бассейна на жаре и разгоняешь подыхаек по сторонам, чтобы не расслаблялись. А то они любят плюхнуться с горки и плавать. Не думают, что на них сверху вот-вот пара ног свалится, и повезет, если на этих ногах не двести килограмм лишнего веса. Плюс еще пятьдесят необходимого.

Парни засмеялись, и я вместе с ними.

Еще полчаса назад мне не хотелось ни с кем общаться и внимание близнецов скорее напрягало. Думаю, я и не заговорила бы с ними, если бы не «волосатая грудь». И вот мне уже не хотелось, чтобы они уходили, потому что… про аквапарк было интересно. Когда-то мама работала спасателем, правда, на берегу моря. Глупо, но само слово «спасатель» показалось мне приветом от нее, словно она одобрила мою поездку к морю, словно это она меня сюда привела.

Любопытно, как живут местные. Хотя с их точки зрения я некто под названием «подыхайка». Интересно, мама тоже звала приезжих так? Или двадцать лет назад в ходу были другие слова?

Глава 4

– Во-первых, это аквапарковское выражение, только для своих. Ну и ты-то точно не подыхайка! – вскоре заверил меня Тимур. Он прилег на камни и вытянул загорелые мускулистые ноги. – Подыхайки – это… не знаю, как объяснить. Особый вид отдыхающих. Из тех, кто будет изо всех сил сгорать на солнце в обед, хотя там уже три слоя кожи сошло и из трещин на плечах сочится кровь; до последних минут закрытия кататься с горки; нырять в море во время шторма с трехметровыми волнами и все такое прочее. В общем, отдыхать так, что вот-вот можно подохнуть.

– Купаться в еще холодном море через полчаса после поезда?

Тимур хитро на меня покосился:

– Вообще, звучит тревожно, но ты же из Сибири, так что тебе прощается.

– Я не…

– Давно приехала?

Слово за слово, и я рассказала парням часть своей истории: приехала только что, море увидела впервые. Планов вообще никаких нет, в том числе и на отъезд. Жилья тоже нет, но с этим проблем возникнуть не должно – по дороге на море я видела три десятка табличек с надписями: «Сдается жилье».

В ответ я узнала, что Рома и Тимур учатся в Москве, оба закончили второй курс университета, сессию сдали досрочно и приехали домой на летние каникулы. Работа в аквапарке была их традицией лет с четырнадцати, и даже учеба в другом городе этого не поменяла. Лето для них – это море, а не душная Москва.

– А в аквапарке всегда весело, – делился Тимур. – За лето знаешь сколько всего случается? Да ладно за лето, там за один месяц наглядишься так, что потом год можно рассказывать!

– Ты в принципе можешь год не затыкаться, – заметил его брат.

– Во-вторых, все свои, пусть даже они и приемные зануды и всегда чего-то себе под нос бухтят. К этому вполне можно привыкнуть, – скорчив забавную мину, продолжил Тимур. У него была такая живая, выразительная мимика, что на него хотелось смотреть и смотреть. Черт! Обаяние этого парня по своей мощи вполне могло соперничать с силой самого солнца. Я чувствовала, как постепенно попадаюсь.

– В-третьих, у нас по два бесплатных посещения аквапарка за месяц, – продолжил он. – В-четвертых, график свободный, а такого больше вообще нигде нет. Скоро еще и вечерка начнется, можно только на нее и ходить.

– Вечерка? – не поняла я.

– Вечерняя смена, – пояснил Рома. – Катание с семи вечера до одиннадцати.

– Вечерка – это кайф, – влез его брат. – Прохладно, людей мало. Если вырвать себе Детскую горку, то на ней можно сидеть и наслаждаться бездельем. Хотя днем Детские горки – это адский ад, хуже Свистка. Намного хуже!

– И вы что, каждый раз деретесь за горки?

– Ага. Утром у нас брифинг, делим рабочие места. Потом, если остаешься на вечерку, еще один брифинг и еще одно разделение. Назначением занимается Рус – наш старший.

– И много спасателей в аквапарке?

– Дай подумать… по одному на каждую горку, двое на Свистке, четверо в детской зоне, еще по двое на каждом бассейне. Двое на серфинге. Где-то восемнадцать человек в смене. В среднем. Бывает больше или меньше. – Тимур хитро взглянул на меня: – Много вопросов про аквапарк, Сибирь. Тебе правда так интересно или ты готовишь диверсию с похищением Красной горки?

– Второе.

– Я знал! Ты и выглядишь как злодейка.

– Только никому не рассказывайте – надеюсь на вас. Кстати, что там по камерам наружного наблюдения? Их можно отключить ненадолго? Я уже придумала, как обойти охрану, но камеры…

Глаза Тимура светились неподдельным весельем. Я прямо-таки видела, как в его голове крутятся шестеренки – как продолжить этот шпионский разговор, как возвести абсурд в абсолют. Полагаю, он умел