Развод под прицелом объектива - Ольга Игонина

Приходится включать “женские энергии”, будь они неладны.

— Я домой не поеду, мало ли кого ты там на нашей кровати раскладывал.

— Ульян, не играй с огнем. Я тебе хоть раз врал? — Гошка психует. Он вообще не любит приезжать к моим родителям. А сейчас, когда его ткнула в его же лужу, принципиальность поперла изо всех ушей.

Вот так он в чем-то прав, я ни разу не ловила своего мужа на лжи. До сегодняшнего дня. Просто я слепая, любовь... Но то, что произошло в загородном доме, перекрывает все плюсы за столько лет семейной жизни.

— У тебя тридцать секунд, — делает шаг ко мне.

— Георгий, ну перестань! Иди уже домой! — отец повышает голос, сжимает кулаки.

— Пап, пожалуйста, не надо, — показываю рукой, чтобы он замолчал.

— Твое время закончилось, — Гошка делает шаг ко мне, хватает под коленками. и закидывает меня себе на плечо. Разворачивается к вешалки, одним движение срывает мою шубку вместе с петелькой.

— Поставь ее на место, — отец бросается с кулаками. Мама визжит на весь дом. Вселенная, зачем этот опыт мне?

Гошке все равно.

— Поставь мне ня место, — шиплю, колочу кулаками по огромной спинет.

— Милая, — голос грубый и раздраженной. — Рот закрой, все обсудим дома.

Глава 6

— Поставь меня немедленно, — шиплю ему на ухо. Хочется закричать так, чтобы весь дом услышал, но нет, такого позора я не хочу. — Ты после баб своих руки с хлоркой вымыл, перед тем, как меня трогать?

— Ульяна, — Гошка ставит на меня на землю. — Тебе заняться нечем? В каких смертных грехах ты меня еще обвинишь?

— Я. Все. Видела. Своими. Глазами. Не надо делать из меня дуру!

Хочу накинуться с кулаками, но лучше не будить зверя.

— Нестерова, ты сейчас несешь ахинею. Мы с тобой созванивались, я тебе сказал, что буду на совещании. Вот я и был на совещании. Никаким тантрическим сексом на расстоянии я не занимаюсь. Какого хрена я тут оправдываюсь, — открывает дверь машины, аккуратно подталкивает меня.

— Никуда с тобой не поеду, — выставляю ноги на улицу, чтобы нельзя было закрыть дверь. — Я с тобой только поговорить согласилась.

— Упрямая женщина, прям ослица какая-то. Когда ты научишься мне верить?

Гошка садится на водительское сидение. С заднего сидения достает портфель, вытаскивает ноутбук. Щелкает по кнопкам.

— Вот, — поворачивает ноут ко мне. Тычит пальчам на экран. — Это принимается, как доказательство?

— Что это?

— Запись совещания, дату и время можно посмотреть в левом нижнем углу, вот запись чата, параллельно шла, для тех, кто не смог подключить. Сверяй, — в голосе раздражение. Звучит, как хлесткая пощечина.

Не хочу ничего сверять.

— Держи, — с силой запихивает мне его в руки. — Перед тем как обо мне все сплетни собирать, обвинять непонятно в чем, может, стоило поговорить.

Беру ноутбук, включаю запись. Листаю по таймингу. Дата везде совпадает, время тоже.

— Конечно, у тебя было время смонтировать видео. Я знаю, что у тебя сильные и умные ребята работают, — захлопываю ноут.

Он смотрит на меня, как на дуру.

А вдруг Гошка прав? Сомнения пачками полезли в голову. Вдруг он и правда был на совещании, тогда кто был в нашем доме? Аналитика и критическое мышление никогда не были моей сильной стороной. Не получается свести факты. Никак.

— А ты говоришь, что со мной спали все модели, которые потом приходили к тебе на съемку? — смотрит в окно, голос спокойный, рассуждающий.

— Тебе виднее, все или не все. Гош, я никогда не думала, что ты до такого опустишься, — становится жалко себя, как я живу в этой лжи, сохраняю лицо счастливого семейства.

— А номер с которого смс пришло, дай мне. Сейчас будем играть в частного детектива, посмотрим, какая тварь портит настроение моей жене. И ставит мою репутацию под сомнение в ее глазах.

Показываю скрин с телефона Жанки. Гошка ухмыляется, легкая улыбка на губах.

— Девахе, которая со мною была тоже звони, будем очную ставку устраивать.

— Зачем?

— Затем! — рявкает. — Ты бы мозги сначала включила, всех сверила, ошибки в скриптах поискала, а потом уже вывод сделала.

— Ты время видел? — а я и сама не знаю, который сейчас час. — Я никому звонить не буду.

— Будешь! Ульян, мне твои игры задолбали. Хочешь разобраться в ситуации, делай, что я говорю. Если нет, то маменька с папенькой с распростертыми объятиями тебя примут.

Гошка выходит из машины. Набирает кому-то. Не слышу с кем разговаривает, не единого слова не разобрать.

Открываю дверь.

— Сиди спокойно, — рявкает в мою сторону.

Может, это правда я накосячила? Но Жанка же сама сказала, что в доме был мой муж, и голос я слышала. Неужели я ошиблась? Чем больше я думаю, тем сильнее проваливаюсь в вину, что во всем не разобралась. Почему я не вошла в комнату? Побоялась узнать правду, а теперь, как дура не понимаю кому верить!

Гошка возвращается в машину, на меня не смотрит. Достает из бардачка электронную сигарету. Ой, что сейчас будет! Он курит только в самых- самых страшных и непонятных ситуациях. В последний раз, когда свекр чуть не умер. Хотя, откуда я знаю, последний раз это был или какой-то другой.

Тыкаю кнопку, чтобы включить радио. Радиостанция не найдена, в динамиках шум.

Гошка своим огромным пальцем нажимает на кнопку еще раз. Радио замолкает.

— Ульян, ты чего такая дура? Можно же было говорить, все узнать, — вена на шее пульсирует, челюсть чуть вперед. Злится. — Ты веришь всем, кроме меня. А, может, твоя мамаша на картишках глянула или в хрустальном шаре меня на другой бабе увидела? Уверен, без нее тут не обошлось.

— Гош, ты в своем уме? Ты решил всех вокруг сделать виноватыми, чтобы свою шкуру очистить.

— Я? Ага, вы наломали дров, а я из них костер делаю. Скажи-ка, дорогая, а машина у дома была? Или следы, что я в гараж ее загнал?

Пожимаю плечами, что не знаю. Боюсь сказать, что не было. Это тогда, наверное, вообще на приступ идиотизма будет похоже.

На телефон Гошке приходит сообщение. Он заводит машину.

— Секса в нашем доме было очень много. Ты права, — в глазах огонь — Пора раскрывать карты.

Глава 7

— Куда мы едем? — мне уже хочется в кровать. — Нельзя разбирательства оставить на завтра?

Голова болит после вечернего расстройства и слез.

— Нет, с утра у меня срочные дела, потом работа, а до вечера ты себе уже