Игра в недоступность - Моника Мерфи

Я киваю. Печально.

Погодите-ка секунду.

Она что, сказала «сексуальное и развратное»?

Я ей покажу сексуальное и развратное.

В мгновение ока я оказываюсь прямо перед ней, кладу руки ей на талию и наступаю на нее, пока Джоанна не врезается попой прямо в стену.

– Говоришь, никаких обязательств?

Она откидывает голову, смотрит на меня из-под потяжелевших век.

– Ну конечно, ты только это услышал.

– Конечно. Просто не хотел пугать тебя и говорить, что со мной все будет сексуально. – Я целую ее, хозяйничаю языком у нее во рту, потом слегка отстраняюсь. – И пошло.

Глаза Джоанны пылают. Именно это она и хотела услышать. Этого хочу я. Этого хочет она.

И я намерен сделать наши желания реальностью. Плевать на клятву воздержания и на всю эту фигню. Возможность сойтись с Джоанной точно стоит тысячи баксов.

Черт, она стоит больше. Гораздо больше.

Я кладу руки на ее идеальную задницу, тяну на себя, намекая, чтобы она приподняла бедра, и Джоанна беспрекословно подается мне навстречу, обвивает ногами мои бедра. Я сжимаю ей задницу, привлекаю ее к себе, наши губы сливаются в поцелуе. Когда язычок Джоанны начинает хозяйничать у меня во рту, в моем в горле рождается тихий стон.

Проклятие, до чего она вкусная. Такая сладкая. Я легонько касаюсь ее горла, прижимаю пальцы к тому месту, где чувствуется стремительный пульс, а когда до меня доходит, что ее сердце так бьется из-за меня, в крови разливается пламя.

Это из-за меня ее так лихорадит.

Джоанна целует меня, и ее отчаяние не уступает моему. Поцелуй выходит голодным, всепоглощающим, наши языки сплетаются. Я слышу стон и понимаю, что стонал я сам.

Разорвав поцелуй, я беру Джоанну за волосы, заставляя откинуть голову, осыпаю шею поцелуями. Она сдавленно стонет, а когда я прикусываю ей ушко и поспешно зализываю место укуса, глаза ее закрываются.

– Нокс. – Мое имя срывается с ее губ, как отчаянная мольба. Она зарывается пальцами мне в шевелюру, тянет почти до боли. Впрочем, меня это не останавливает, я продолжаю целовать ее шею – покусываю и вылизываю, и с каждой секундой желание завладеть Джоанной только растет. Я всем телом прижимаю ее к стене, так что руки мои оказываются свободны, и я решаю воспользоваться внезапным преимуществом – забираюсь под край кроп-топа, скольжу пальцами по ее плоскому животу.

Не знаю, сколько все это продолжается. Я прижимаю ее к стене, мои руки блуждают по ее телу, наши губы не отрываются друг от друга. Никогда прежде я не целовался так сосредоточенно, так вдумчиво. Всегда считал, что поцелуи – лишь подводка к тому, что гораздо приятнее. Своего рода закуска перед тем, как начнут сменять друг друга основные блюда.

Как оказалось, совершенно непередаваемое ощущение – просто так целовать красивую женщину, прижимая ее к стене, когда на дворе стоит обычный вторник.

23

Джоанна

Из коридора мы переместились к Ноксу в спальню. Он наступал на меня, а я пятилась. Пальцы его скользили по моей щеке, он то и дело целовал меня. Я могла провести так несколько часов. Дней. Недель.

Несколько месяцев.

Он прекрасно целуется. Наклоняет голову под разным углом, а его язык постоянно двигается, причем всегда с разной скоростью. Быстро. Медленно. Дразнит. Изучает.

Не знаю даже, что из этого нравится мне больше всего.

Поцелуй мы разрываем, только оказавшись посреди спальни. Нокс рассматривает меня, и глаза его блестят.

– Давай переберемся на кровать.

У него такой глубокий и брутальный голос, который будто эхом отдается в моей душе, и я вся дрожу. Я кладу руку Ноксу на грудь, проверяя пульс. Быстрый. Почти лихорадочный.

Мой взгляд скользит ниже, к его эрекции. Я уже успела почувствовать ее, когда Нокс бедрами прижимал меня к стене, и на мгновение меня охватывает страх. Я взволнованно кусаю губы.

Должно быть, его «инструмент» угрожающих размеров. Врать не буду, это пугает. Сексом я занималась только с Брайаном, а у него член был средний. Я смотрела достаточно порно, чтобы понять, какой пенис можно считать большим, какой маленьким, а какой обычным, скажем так, среднестатистическим.

Достоинство Нокса и близко средним не назовешь. Член у него длинный и толстый, и без должной подготовки на таком, наверное, можно травму заработать.

Судя по тому, как он целовал меня последние двадцать минут, думаю, он знает, как подготовить девушку, и это несколько успокаивает.

– Джо-Джо, тебе как, нормально? – Он отводит волосы от моего лица, и я слегка откидываю голову. Наши взгляды встречаются. Я несколько раз непонимающе моргаю, а Нокс хмурится. – Если захочешь остановиться, скажи мне. Я напирать не буду.

Я в ответ только головой качаю. Я ни за что не захочу останавливаться.

Он хмурится еще больше.

– Тогда в чем дело?

И тут я выпаливаю первое, что приходит мне в голову.

– Ты разве не дал клятву соблюдать целибат?

– Черт. – Прежде он касался моих волос, но теперь его руки бессильно опускаются, и я тут же ощущаю тоску по его прикосновению. – Ага. Но когда я с тобой, то полностью об этом забываю.

Признание по-своему очаровательное, но…

– Нам, наверное, не стоит этим заниматься.

– Отношения с тобой моим тренировкам не помешают.

– А как учеба?

– Господи, Джо-Джо. Меньше всего мне сейчас хочется говорить об учебе. – Он привлекает меня к себе, почти грубо впивается в мои губы поцелуем. Поцелуй тоже довольно агрессивный. Собственнический. Он будто пытается сделать так, чтобы я забыла обо всех наших обязательствах, и мы могли сосредоточиться исключительно друг на друге.

И у него получается. Я забываю о домашней работе и о клятвах воздержания, о том, что подумают люди, узнав, что мы с ним вместе у него в комнате. Нокс буквально поглощает меня, засовывает язык мне в рот, сжимает мои бедра. Я не сопротивляюсь. Он такой вкусный и такой собственник, что я просто тону. Никто меня так не целовал.

Даже Брайан.

В поцелуе есть что-то необузданное, сексуальное и даже, возможно, немного пошлое. Язык у Нокса неугомонный. Я стону, обвиваю руками его шею, встаю на цыпочки, чтобы стать еще ближе. Его эрекция потирается о мой живот, член твердый и настойчивый, а потом Нокс хватает меня, разворачивает и бросает на кровать. Я только ахнуть успеваю.

Я приземляюсь на матрас, он слегка пружинит подо мной, и поспешно сажусь на краешек кровати. На моих глазах Нокс срывает с себя худи, и я вижу, что футболки на нем нет. А