Найду тебя зимой - Лариса Акулова

Очень жаль его разочаровывать, но придётся.

— Если ты не забыл, у нас с тобой в планах в скором времени обзавестись ещё одним малышом. Чтобы спокойно уйти в декрет мне надо сделать себе имя среди журналистов. Да, я и сейчас у многих на слуху, но надо сделать так, чтобы никто о нём никогда не забыл. «Чёрный дельфин» — отличный способ прославиться, пусть и в определённых кругах. Ты же не станешь лишать меня такой малости? Обещаю, что буду предельно осторожна. Хотя, — мне становится не смешно, — никто меня не напугает сильнее, чем Иванов.

Этого человека мы стараемся никогда не вспоминать, всегда поставив на его имя табу в нашем доме. Слишком много зла он нам причинил.

В Оренбургскую область еду на поезде, справедливо рассудив, что машину лучше в этот раз не брать. Мало ли, когда усталость меня свалит, не хочу оставить дочку сиротой. Прямо на вокзале заказываю такси до Соль-Илецка, стараюсь не обращать внимания на то, как водитель реагирует на то, куда я еду.

Когда вижу нужное мне здание, окруженное высокой стеной с колючей проволокой, впервые мне становится жутко. А уж когда из встречающих я замечаю лишь крепких высоких мощных мужчин, полностью одетых в форму и с собаками, облаченными в строгие ошейники, так вообще становится не до смеха. «Может, Федя был прав?», — внезапно приходит мне в голову, что не стоит отказываться от его советов. Раз мы теперь семья, надо прислушиваться.

— Нинель Уварова, — не спрашивает, а утверждает один из громил.

— Да, это я, — пытаюсь себя поставить так же уверенно. Отлично понимаю, что если сейчас дам слабину, то сразу же потеряю уважение. Мужики одобрительно хмыкают. Отлично, дело пошло. — Ну, не будем стоять на пороге, ведите меня в дом.

И, свистнув собакам, первая направляюсь к тюремным воротам.

Глава 67

Нина

Условия в «Дельфине» соответствуют контингенту. Когда я оказываюсь внутри, первым делом меня провожают к начальнику. Он восседает в достаточно большом кабинете на втором этаже главного здания, причём сидит так фривольно, что я задаюсь вопросом: а точно ли здесь царит дисциплина? Но, если учесть тот факт, что долгие годы уже никто не пытался сбежать из этой тюрьмы, значит, со своей работой он все-таки справляется.

Ещё до того, как он начинает говорить, я отмечаю, что внешностью мужчина обладает примечательной: роста богатырского, метра под два с лишним, и при этом раскачанный, но не как бодибилдер, а настоящий атлет, который знает, как пользоваться своими мышцами; однако, при этом очень красив, как будто сошел с обложки модного журнала. Таких мужчин редко где встретишь в столице, не то что во главе одной из самых опасных тюрем в мире. Что мне точно не нравится, так это хитрый взгляд его глаз. Как будто мужчина задумал какое-то де-рь-мо. А уж когда он ко мне обращается, заговорив, я в этом становлюсь уверена на все сто процентов.

— А я вас, если честно, давно здесь ждал, — говорит нечто странное, чем немало меня удивляет. — И не надо так хлопать глазками, мне известно, что вы не трепетная дама из средневековых романов.

Боюсь представить, о чем речь пойдёт дальше. Кажется, Фёдор был прав, когда отчаянно не хотел меня сюда отпускать.

— Я же вас заметил еще несколько лет назад, ещё когда вы только начинали работать в своей сфере. Ну а когда вы решили писать о преступниках, сразу понял, это она — судьба! Очень уж я долго искал себе пару, которая не стала бы бояться моей работы.

Черт подери. Вот это я попала. «Может, мне кажется? Но не может того быть, чтобы я так глупо попала в ловушку!», — поражено думаю я, отводя взгляд от лица этого уб-лю-дка. И ведь как он уверенно говорит о том, что я должна быть его, как будто вещь какую-то приобретает в магазине, а не делает предложение женщине. Он что, совершенно не боится того, что я по своей логике могу его также ночью прирезать? Или он считает, что плененная женщина это тоже самое, что и его заключённые за решеткой?

Интересно, на что надеется этот мужчина, раз так уверенно заявляет мне о своем желании? Возможно, считает, что любая женщина или девушка, увидев его, сразу с себя портки скинет и в постельку к нему прыгнет. В таком случае его ждёт облом. Я уже выбрала себе любимого человека и пересматривать собственное решение не собираюсь. Спасибо, мне хватило в жизни Иванова, чтобы осознать важность настоящей любви и преданности.

— Нет, — отказываюсь так просто, что самой не верится.

— Как это нет?

Что, не ожидал, что тебе всему такому распрекрасному, откажут? Но вслух я это не произношу, не желая лишний раз злить ненормального. А то кто этого психа знает, вдруг ещё чего придумает каверзного. Мы как никак в тюрьме, ещё запрет меня за решеткой, а потом ищи-свищи.

— Ну вот так. У меня есть жених и, что немаловажно, еще и взрослая дочь. Даже если бы не было мужчины, неужели думаешь, что я вот так просто подвергну свою Майюшу опасности общения с начальником тюрьмы? Уж извини, но предубеждения сильны, — сама не замечаю, как уверенно начинаю ему тыкать. Уважения больше не испытываю. — Да и ты не похож на того, кто будет терпеть подростка в своем доме, не так ли?

Мужчина заметно сникает. Неужели все так просто? Нужно было сразу ему о ребенке сказать⁈ «Спасибо, малышка Майя, что ты у нас с Федей есть!», — мысленно благодарю Господа за спасение. Но начальник выглядит таким грустным, что мне становится его жаль.

— У меня подруга есть. Красивая, одинокая, работящая, — решаю подсластить горькую пилюлю разочарования. Да и Ольга все ныла о том, как она несчастна и одинока, мы даже поссорились из-за этого. — Хочешь, познакомлю вас? Думаю, подойдете друг другу отлично.

— А можешь?

— Фи-г-ня вопрос. Только вот ее ты не похищай, окей? Она этого не оценит, мигом я-й-ца оторвет.

Только после этого душещипательного разговора я могу продолжить свою работу. Теперь-то меня наконец допускают к заключенным, к самым из них безопасных, проведших в колонии больше двадцати лет и не имеющих нареканий по поведению. У одного даже позволяют взять интервью. Он вначале молчит, а затем все-таки раскрывает рот, когда ему сулят на один (всего один!) прием пищи нормальную еду. Получаю так много потрясающе-ужасного материала, что понимаю — все мои неудобства и страхи при