Заводите моторы - Ребекка Чейз

— Хочешь сказать, что даже тогда, я помог тебе преодолеть твои страхи?

Ее смех был искренним.

— Если ты так считаешь.

Флафферс притих. Мои костяшки почернели, а пульс был менее учащенным. Это никак не связано с ногами Сенны, ее смехом или общей исключительностью. Совсем.

Я прочистил горло.

— Значит, ты не захотела поехать к мистеру, Думает-Что-Он-Бог-И-Называет-Тебя-Тигрицей, Ветеринару?

Она сморщила нос.

— Только посмотрите, как ты все время придумываешь ему новые имена. А люди еще говорят, что у тебя нет фантазии.

Я улыбнулся и постарался не быть отвлеченным ее ногами. Еще на ней была футболка команды, которая облегала ее сиськи. Аварии должно было быть достаточно, чтобы немного утихомирить мое либидо.

Мой взгляд метнулся обратно на дорогу.

— Это не ответ на мой вопрос, Колтс. Что заставило тебя передумать?

— Работа, — ответила она. Она посмотрела в окно. Пока что отложу эту дискуссию. — Я горжусь тобой, Коннор, особенно когда ты знал, что я сымитировала травму. Ты не должен отвозить нас.

Хоть я и подозревал, что эти ее слова частично были вызваны желанием избежать разговора про ветеринара, я выпятил грудь.

— Спасибо. Мне всегда хотелось сесть за руль этого монстра. Если для этого нужно было попасть в аварию и чуть не умереть, то ладно.

Ее голос притих.

— Я оцепенела и была в ужасе, когда ты разбился. Я побежала через гараж, как одержимая. Я не хотела снова потерять тебя, — запиналась она.

Я ненадолго сжал ее руку, которую она сжала на коленях.

— Ты меня не потеряешь, Сена. Я никуда не ухожу.

— Но твое увольнение…

— Я постараюсь остаться. Не знаю смогу ли, но попытаюсь, — мне не следовало давать обещаний, которые не смогу сдержать. Я всего-то съездил до аптеки в деревне. — Но мне, может, понадобиться твоя помощь.

— Я всегда рядом.

Даже когда страхи сжимали мое горло, а в голове выли волки, призывая меня передумать, в груди росло какое-то сильное чувство. Это была надежда на что-то большее, что я не мог определить, потому что в отношении моей начальницы были безопасны только платонические мысли.

Я припарковался, и она вылезла из машины. Ее шорты почти обнажили краешек ее задницы.

Вот тебе и платонические чувства.

*****

К концу дня мы с Сенной сидели на диване, укутавшись в плед, а фильм освещал ее лицо.

Она уснула час назад. Она настояла на том, чтобы остаться и убедиться, что Флафферс в порядке. Ее губы были приоткрыты, и они манили меня. Я вспомнил вкус клюквы, который преследовал меня во снах после нашей ночи в баре. Я добавил бальзам для губ со вкусом манго в список нужных покупок, чтобы рядом был ее запах, когда меня накрывала паника.

Я либо был психопатом, либо безумно влюбленным.

Сегодня мы снова стали хорошими друзьями, и это все, чем мы могли быть. Мы не обсуждали случившееся той ночью в баре, и, как мне кажется, это было лишь вопросом времени. Как я и сказал ей в машине, я никуда не уйду, даже если постоянно находиться рядом с ней будет для меня пыткой.

Сенна заерзала во сне, и меня накрыло ее аромат апельсинов.

— Я хочу поцеловать ее в лоб и обнять, — прошептал я Флафферсу, который царапал мою коленку, напоминая, что он единственный, кому могло быть посвящено мое внимание.

Я посмотрел на Сенну. Для Флафферса это стало последней каплей. Он бросил на меня убийственный взгляд, спрыгнул с моих коленей и на своей зажившей лапке поковылял к спальне. Туда-то мне и стоило пойти, но не хотелось будить Сенну. Если бы я до конца жизни мог бы наблюдать за тем, как она спит, то она была бы практически полноценной. Не хватало лишь одной части.

Она застонала во сне, и мой член стал тверже камня. Вот, в чем было дело. Я хотел поцеловать ее, доставить ей удовольствия, которого она никогда раньше не знала. Хотел стереть в порошок мистера Придурка-Ветеринара и всех остальных парней, которым посчастливилось прикоснуться к ней. Ни один из них не заслуживал ее.

Как и я.

Я безнадежный пилот, дающий обещания, которые вряд ли смогу сдержать. Заняться с ней чем-нибудь навсегда уничтожит мою дружбу с Ники. И все же, когда она прижалась ко мне во сне, мои руки обняли ее. Ее грудь прижималась к моей, а мои губы касались ее лба. Я пропустил ее волосы через пальцы и нашептывал ей обещания. В конце концов, моя голова откинулась назад, и я закрыл глаза, молясь увидеть во сне жизнь, в которой я мог быть с Сенной.

Глава 33

СЕННА

Сражение между Айртоном Сенной и Аленом Простом на экране продолжалось. За последние три дня мы с Коннором посмотрели бесчисленное количество гонок с великими пилотами, такими как Михаэль Шумахер, Грэм Хилл и Люьис Хэмилтон.

Коннор сжал мою руку.

— Раньше мы с мамой смотрели эти гонки по субботам, пока она суетилась и готовила ужин.

Я хотела провести костяшками по его свежевыбритой челюсти.

— В них ты обнаружил любовь к вождению?

Его глаза заблестели, когда он встретился со мной взглядом.

— В них я обнаружил любовь к адреналину.

В животе все перевернулось. Он понятия не имел, насколько сексуально выглядел, когда говорил такие вещи. Мой взгляд скользнул по его предплечьям, которые содрогнулись, поскольку соперники заставляли друг друга ездить все более опасно. Я уловила краешек его татуировки Сильверстоуна и с трудом подавила желание провести по ней пальцами. За последние три дня мы работали над операцией «Вернуть Коннора за руль». Но я лишь стала хотеть его еще больше.

— Я помню тебя в тринадцать лет. Ты был бесстрашным на трассе.

Мы сидели ближе, чем следовало, если я не хотела испытывать странные чувства, словно была опьяненной Коннором. Его бедро прижималось к моему. При каждом движении его тело прижималось к моему. Это была та еще пытка для моих сосков, которые впивались в кружевной лифчик. Он понятия не имел, что делал со мной.

И вот в таком состоянии прошло три дня, потому что мы не отходили друг от друга ни на шаг, пока играли в компьютерные игры или развлекали Флафферса.

Мои ноги раскрылись шире, словно тело контролировалось гормонами.

— Полагаю, твои аварии прервали чувство адреналина, — запиналась я.

— Я могу найти адреналин в других вещах, — он посмотрел на меня краем глаза.

В голове вспыхнули образы, как я лежала под Коннором. Если наш поцелуй, который все еще пробирался в мои сны, имел