Порочное искушение - Мелинда Терранова

Он наслаждался каждой минутой своей пытки и притворялся, что его нежные прикосновения компенсируют боль. Я почувствовала, как его хватка на моих запястьях ослабла, когда он перенёс свою стальную хватку с обоих моих запястий на свою руку, а другой провёл вниз по моему телу. Он просунул свою грязную руку мне под брюки, пока не добрался до промежности и грубо засунул в меня три пальца. Я взвыла от боли, когда его ногти царапнули мои внутренности. Его нежелательное вторжение заставило меня извиваться, и он издал животный стон, грубо вводя в меня пальцы. Другая часть моей души раскололась, когда до меня дошла реальность, что я снова здесь. Кусочки себя, которые мне удалось собрать с тех пор, как он в последний раз делал это, снова медленно отрывались от меня.

— Тебе это нравится, не так ли, Блу. Тебе нравится, когда я причиняю тебе боль. Тебе нравится, когда из твоей пизды течёт кровь, моя грязная девчонка. — Он провел носом по моей челюсти и вдохнул мой запах.

Тошнота скрутилась в животе, кислая желчь поднялась к горлу и угрожала вырваться наружу, когда его губы переместились и нависли над моим ртом. Он покрывал медленными нежными поцелуями мои сжатые губы, как будто наслаждался каждой секундой своей пытки. Я не могла отвернуться от него достаточно далеко, чтобы остановить его язык, когда он облизывал мой рот и пробовал меня на вкус.

— Отдайся мне, детка. — Он просунул свой язык мне в рот, и я подавилась, когда его твёрдая выпуклость сильнее вдавилась в меня.

Я судорожно сглотнула, и в этот момент мной овладела паника, и я поняла, что мне нужно делать. Я загнала свой разум в состояние небытия и сделала из себя оболочку, чтобы использовать её так, как они меня приучили. Я знала, что единственный способ отвлечь его, если он подумает, что снова сломал меня. Я снова прижалась к нему бёдрами и встречала его толчок за толчком, острая колющая боль в ребрах вызвала волны тошноты во мне. Мне пришлось стиснуть зубы, чтобы сдержать крик боли, который я так сильно хотела издать.

— Вот так, грязная девчонка, ты знаешь, как мне это нравится. Скоро мой член будет глубоко в твоей грязной пизде. — Прошептал он мне в губы и прикусил их, пока я не почувствовала, как тёплая струйка крови стекает по моей щеке. Его пальцы выскользнули из меня, и его рука легла на мою ягодицу. Я знала, что в этот момент он был в моей власти. Он зашёл слишком далеко, и скоро его потребности возобладают.

Я открыла глаза и уставилась на него. Он выглядел точно так же, как и в нашу последнюю встречу, только теперь у него был свежий синяк под глазом. Его тёмные волосы были идеально уложены, а острая челюсть расслабилась, когда его возбуждение усилилось. Я подняла ноги, обхватила ими его талию и крепко прижала его к себе.

Он застонал и слизнул кровь, стекавшую по моей щеке.

— Какие грёбаные вещи ты со мной делаешь.

Его рука ослабла и отпустила мои запястья, оставив обожжённую кожу там, где его руки крепко держали меня. Я знала, что он думал, что победил, что наконец-то снова сломил меня, и я не стала бы сопротивляться. Он делал это достаточно часто, чтобы знать, что я могу вынести, и что я никогда не смогу бороться достаточно долго, чтобы удержать его на расстоянии. Прохладный воздух никак не успокаивал боль, и я попыталась сосредоточиться на его движениях. Я пошевелила затёкшими руками и обвила их вокруг его шеи, когда он обеими руками обхватил мою задницу. Его ногти впились в мою плоть и, без сомнения, оставили следы в форме полумесяца. Его взгляд смягчился, когда он увидел, как я отвечаю на его прикосновения.

— Твоя киска — моя одержимость, Блу. Не отказывай мне в этом так долго, чёрт возьми, снова. — Он уткнулся лицом в мою шею и втянул мою кожу в рот.

Я скользнула рукой вниз по его спине и потянулась за своим ножом, который, к счастью, прикрепила к лодыжке, прежде чем направиться к Хоуку. Я продолжала поглаживать его шею другой рукой, чтобы он не заметил моих движений, зная, что это сработает, поскольку он приучил меня к небольшим прикосновениям, чтобы заставить его чувствовать себя желанным. Он пошевелился, и я замерла, когда паника поднялась во мне, мысль о том, что я не смогу положить этому конец, тяжёлым грузом легла на моё сердце. Он стянул мои спортивные штаны с моей задницы и застонал, когда его рука вклинилась, между нами, чтобы обхватить его выпуклость. Я почувствовала, как кончик прижался ко мне, и шипение сорвалось с его губ, когда он привёл себя в порядок.

— Ты, блядь, никогда больше не получишь меня, больной ублюдок, — прохрипела я сквозь стиснутые зубы и с силой опустил нож ему в бок. Лезвие прошло сквозь его ребра, и я была удивлена, что мне удалось правильно его выровнять. Я выдернула его обратно и снова погрузила внутрь.

Рёв агонии вырвался из его рта, и он завис надо мной на мгновение, достаточное для того, чтобы я успела вытащить лезвие из его плоти и, взмахнув рукой, проткнуть ему горло. Искажённый и сдавленный крик наполнил холодный воздух, когда его покрасневшие глаза сфокусировались на моём лице. Кровь начала пульсировать из его горла, где мой нож всё ещё был прочно вонзён в его плоть. Я смотрела, как он меняет цвет, как кровь брызжет у него изо рта и заливает меня. Он начал ослабевать, и я едва могла удерживать его на ногах, но с удовлетворением наблюдала, как жизнь истекает из него кровью.

— Иди к чёрту. — Я попыталась оттолкнуть его мёртвый вес в сторону, когда оглушительный удар разорвал неподвижный воздух.

Моё сердце упало. Чёрт. Другие тоже были здесь? Они пришли искать меня, чтобы забрать обратно? Ни за что на свете меня не отправили бы обратно в Блэк-Гроув-Ривер, сначала им пришлось бы убить меня. Моё сердце колотилось в груди, его звук вибрировал в ушах, когда мне удалось вывернуться из-под обмякшего тела ублюдка и перекатиться на бок. Тошнотворная боль пронзила меня, и я свернулась в клубок, чтобы переждать волну агонии. Я знала, что должна убираться к чёртовой матери, где бы я ни была, и я знала, что должна быть быстрой. Я огляделась, и тусклый свет, струившийся из занавешенных тряпками окон, показал, что я нахожусь на каком-то заброшенном складе. Охуенно.

Дверь,