Не целуй меня - Лана Ирис

— Артур, я… ты… тебя… тоже…

— Что?

— Ничего, — выдыхаю. Это бесконтрольные эмоции. Надо остыть.

— Давай танцевать, — просит с усмешкой.

— Что? — не понимаю. Все еще глубоко и шумно дышу. — Сейчас?

— Сейчас, — кивает.

Пододвигает меня к себе. Одной своей рукой мою ладонь захватывает. Вторую на талию мне кладет. И начинает кружить. Ведет меня.

Ведет.

Голова все еще кружится. И он кружит. И мысли мои кружит. Засасывает в воронку пленительную. Воронку счастья. Прикрываю глаза.

— Мне жарко. Не могу дышать. Пойдем на воздух?

— Надо одеться.

— Давай так.

— Там снег. Заболеешь, Малышка.

— На минутку…

Мы все еще говорим шепотом. Это что-то волшебное. Я выпала из реальности. Меня здесь нет.

— Пойдем. Но на минутку, — соглашается он.

Мы медленно движемся. Прохлада освежает. Но не дает желанной свободы. Свободы мыслей…

Снег все еще кружит. Узорчатые снежинки падают ему на волосы. И на брови. Путаются. Тают. Опадают ледяными прозрачными бусинками.

И мы… Кружимся. Кружимся. Кружимся.

— Не спи, Малышка. Открой глаза, — доносится издалека.

— А я не сплю…

— Тогда где ты?

— Летаю… с тобой.

— А я с тобой. — целует умопомрачительно.

— Не отпускай меня, — прошу.

— Никогда не отпущу.

— Обещаешь?

— Обещаю. — твердо. — Пойдем, а то заболеем.

Заходим в помещение. Здесь слишком жарко. Я вглядываюсь за окно.

Длинные капли воды стекают по запотевшим стеклам. А меня знобит.

— Поехали. Отвезу тебя.

— Сыграй мне.

— Что? — удивленно.

— Сыграй мне. Пожалуйста, — киваю на фортепиано.

В комнате и другие инструменты есть. Но я догадалась. По его самым красивым в мире длинным пальцам. Изящным. Ровным.

— Сыграй. — еще раз. Пока он мнется неуверенно. Желваки ходуном.

— Я больше не играю.

— Для меня, — подхожу к нему. — Забудь обо всем и сыграй.

Встаю на носочки и целую сама. Нежно. И страстно. Спокойно и волнительно. Полностью погружаясь. Но контролируя. Выплываю медленно.

Но могла бы утонуть…

* * *

Изящные пальцы скользят по фортепиано. Я стою во мраке комнаты. Огонь создает переливчатые светотени. Артур слишком прекрасен в этой своей игре. В боли и в красоте.

Мне хорошо рядом с ним. Тепло.

— Я не хочу уходить, — заявляю, расстилая огромное мягкое одеяло, найденное в коробке. Он изумленно смотрит на меня, сидя за фортепиано.

Ложусь на спину.

Вдыхаю.

Артур подходит и ложится рядом.

Выдыхаю.

Обнимает меня. Глаза закрываю. Медленно, размеренно дышу.

Чувствую чувственные поцелуи на своем лице.

От моего Артура пахнет сладостями…

Вкусно.

Просыпаюсь от солнечных лучей, застилающих помещение. Слишком ярких. Слишком щедрых. Слепящих.

Артур уже проснулся. Накинул пальто и деловито шерудит углями в камине. Покашливает хрипло.

— Ты заболел… — произношу с сожалением.

— Нет. Все хорошо, — с улыбкой. — Засоня. Отвезу тебя домой. Еще есть время собраться и не опоздать на учебу.

Сонно моргаю, глядя на него. В машине вспоминаю все мороком, будто мне это снилось. Артур иногда покашливает. Но когда я на него смотрю, нежно мне улыбается.

Уже дома Сабина не ругает меня. Кривит губы лукаво, мол, знаю, знаю все.

Собираюсь впопыхах, поглядывая в окно. Не приехал он еще?

Но он не приезжает.

От него приходит сообщение:

«Задержусь. Не волнуйся, я приду на учебу. Чуть позже. Вызвал тебе такси.»

* * *

В такси я прошу водителя заехать в аптеку. Покупаю основные лекарства.

Первые два урока он не приходит. Я не пишу ему. Он сказал, что будет.

Значит, так и будет.

Я все решила. Сегодня нас ждет важный разговор. Я расставлю точки над И. Чего бы мне это не стоило.

Все зашло слишком далеко. Пора распутываться. Всем.

Только почему такое скребящее предчувствие темноты внутри?

— Убожество… Как дела? — пока я задумчиво шагаю в толпе учеников, держа пакетик с лекарствами, меня в плечо пихает Танька Кистяева. Я отшатываюсь от нее, а она странно хихикает. — Ой, прости. Я не хотела.

Оборачиваюсь, с подозрением глядя, как она подходит к Светке и остальным девчонкам «их круга». Они смотрят на меня злорадно, и улыбаются противно. И меня передергивает. Как будто все как раньше.

Они меня уже не трогают. К хорошему быстро привыкаешь.

Но сегодня…

— Привет, — спотыкаюсь. Слава придерживает меня за локоть.

— Привет.

— Поговорим?

— Да.

Как он узнал, что я его ищу?

Заходим в свободный кабинет по математике. Вместо урока пустое окно, потому что учитель заболел, и Слава мне об этом сообщает.

— Маринка… — с улыбкой.

— Слав… — начинаю, держа пакетик с лекарствами. Руки слегка дрожат. Я должна ему сказать. Нельзя трусить. Я все решила.

— Это мне? — притягивает ладонь. Берет лекарства. — Ты знала! Идеальная девушка. Я еще сильнее разболелся. Ночью легкие выплевываю. Но пропускать не могу. Потом не вытяну. Держусь на уроках с трудом.

— Я должна сказать. Мы…

— Спасибо, — подходит ко мне внезапно, захватывает мое лицо ледяными ладонями. Наклоняется. И целует меня.

Я всегда об этом мечтала. Только мне…

Не вкусно.

Губы холодные… твердые…

Ладони чужие…

Я этого хотела?

Глаза не закрываю. Боковым зрением все замечаю.

Как в кошмарном сне…

Дверь открывается и входит Кистяева с гаденькой улыбочкой на лице. В сторону отходит, приглашающим жестом руки пропуская… Артура.

Он шагает широко, не глядя на нее.

Поцелуй прекращается.

Я делаю шаг от Славы.

Артур на месте замирает. На нас смотрит.

Энергетика от него мощная. Черная.

Убивающая.

Глава 31

— Ты так смотришь на меня… — шепчу, побелевшими губами. Глаза отвожу в сторону, потому что взгляд Артура становится еще более разрушительным. Темным и мрачным.

А мне становится холодно. Дико холодно.

Мы стоим в холле. Артур прислонившись к подоконнику в деланно-расслабленной позе. А я неуверенно топчусь рядом.

Побежала за ним, когда он молча вышел из класса, ничего не сказав нам со Славой. Просто вышел. А я бросилась следом. Перед глазами плыло, но я бежала, не обращая внимания на оклик Славы и на счастливую улыбочку Кистяевой, которой она озарила меня.

Плевать на всех, главное — сказать ему.

Это важно.

— Что ты хотела? — бровь удивленно взлетает.

— Объясниться, — восстанавливаем зрительный контакт.

Краснею.

— Зачем?

— Зачем?..

…

— Ты ведь ненавидишь меня.

— Что? — веки широко распахиваю. — С чего ты взял? Я… я…

Застываю. Молчу.

Долгая тишина. Очень долгая.

Смотрим друг на друга.

Сердце в висках гулом стучит.

Бум, бум, бум!

— Мне пора, — усмехается, сжимая челюсти. — Не хочу терять свое время на тебя.

Он не хочет терять время… на меня…

— Артур! — кричу ему в спину. Он оборачивается. — Я тебе кое-что принесла, — роюсь в сумке. Да где же? Где? Руки дрожат. Сумка падет и все содержимое сваливается на пол.

Происходящее словно в тумане.

Падаю на колени,