Отец моей подруги. Под запретом - Лиза Шимай

Карим

День был отвратительный. Аврора с утра достала со своими истериками. Переадресовал ее вызовы на секретаря.

Ну хоть с дочерью нормально поговорил. Егор смог ее угомонить. Выделил ей денег на первое время. Не думаю, что она угомонится, но хоть бы пару месяцев пожить спокойно.

Пожить с Сашей.

Мне нравится, когда она рядом. Спокойно и хорошо. Была б моя воля, я бы не пускал ее на работу. И похоже, теперь она не будет туда ходить. Позвонил Марат и сказал, что уедет на несколько недель. Похоже, моя дочь его довела.

Ну она это умеет, у нее это от матери.

А еще сказал, что хочет мне показать нечто важное, и мне срочно нужно приехать в офис. А еще — что это не телефонный разговор.

Вначале я хотел позвонить Саше и узнать, что он задумал, но сразу же после разговора получил сообщение от Марата:

«Не звони Саше».

Начал переживать еще сильнее. С этой девчонкой и так случилась куча бед. Надеюсь, что ничего плохого на этот раз.

Хочу ее защитить. Защитить от всех неприятностей. Хочу, чтобы она улыбалась, а еще хочу, чтобы она была в моей постели каждый день и каждую ночь.

Невероятная. Такая нежная и невинная, но в тоже время страстная и порочная девочка.

Когда она сама становится на колени и берет член в свой прелестный ротик, то я теряю над собой контроль. И ей это самой нравится. Она так стонет и извивается, что это заводит еще сильнее.

То, как она мне отдается, ни с чем не сравнить.

Когда мы начали эти отношения, я думал, что это временно, что никаких реальных чувств там нет, но сейчас…

Не знаю, что делать. Мне кажется, она искренняя.

Не такая, как Аврора и другие. Она другая. Она никогда не пользовалась моими деньгами, хотя я дал ей такую возможность. Она даже с моей карты деньги не тратит, хотя я ей говорил, что она может покупать всё, что захочет.

Надеюсь, она в порядке.

В офис я зашел уже на взводе, и когда очутился в приемной, где должна была сидеть моя малышка, я увидел Марата.

— Что случилось?

— Карим, не я тебе должен это говорить, но тут такое дело. Я решил сказать, потому что беспокоюсь о Саше.

— Что с ней?

— Она отпросилась на пару часов, и я разрешил ей уйти, но когда она уходила, то была испуганной и бледной, а еще на ее столе лежало это.

Марат протянул мне бело-синий тест. Тест на беременность.

— Это Сашин?

— Лежал у нее на столе.

Несколько секунд я был в оцепенении, а затем достал телефон и зашел в приложение, чтобы посмотреть, где сейчас находится моя малышка, которая, похоже, беременна и расстроена.

Она точно не такого ожидала от этих отношений.

Глава 52

Я вышла из больницы и направилась в парк, захватив с собой из магазина банку ананасов. Села на лавочке и начала их есть. Прохожие странно на меня смотрели и мне очень хотелось ткнуть их в тест на беременность и сказать, чтобы от меня отстали.

А еще очень хотелось заплакать.

Но я старалась взять себя в руки и успокоиться, понимая, что слезами делу не поможешь. Скорее нужно продумать, как поговорить с Каримом и быть готовой сразу к двум вариантам. В первом он меня бросает, а во втором нет.

Меня пугали оба варианта. Если я остаюсь одна с ребенком на руках, то могу поехать к маме и попробовать остаться жить там. Вариант ужасный и, вероятнее всего, мама будет злорадствовать вместе с тетей Таней, но ради ребенка я потерплю.

Но если Карим согласится…

Я достала еще одно колечко ананаса. Есть на улице прямо из банки, наверное, странно, но совершенно не могу держать себя в руках.

— У тебя очень странный обед — я подняла глаза и увидела Карима.

— Как ты меня нашел?

— У тебя приложение в телефоне, я могу видеть, где ты, — он сел рядом на лавочку и посмотрел на меня, — ананасы? Прямо из банки?

— Не могу остановиться, — я чуть всхлипнула, — так хочется, жуть просто. У тебя такое бывает — хочешь что-то и не можешь себя в руках держать?

— Бывает, Саша, — Карим улыбнулся, — у меня с тобой так. Каждый раз, как тебя вижу, то хочу тебя и не могу держать себя в руках.

— Я тоже тебя всегда хочу, — отставила банку в сторону и вытерла руки о салфетку, — а есть ли между нами что-то ещё, кроме желания?

— А нужно что-то еще?

— Мне нужно. Хочу знать, что ты ко мне чувствуешь.

Карим шумно втянул воздух, а затем облокотился на лавочку.

— Хочу о тебе заботиться. Это можно назвать чувствами?

— Наверное, — я пожала плечами, — я сама не сильна в этом. Я росла в семье, где не особо выражали свои чувства. Не говорили слова любви и поддержки, у нас даже никто не обнимал друг друга просто так.

— Тебе бы хотелось иначе?

— Хотелось, — я честно кивнула, — я бы хотела семью, которая поздравляет друг друга на праздники, причем искренне. Я не о салатах с закусками и не о дорогих подарках. Хочу, чтобы мы хотели проводить время вместе. Смотреть старые фильмы, делиться впечатлениями. Очень хочу, чтобы вечером все собирались на ужин вместе.

— Мне нравится с тобой ужинать.

— Марина говорила, что пока я не появилась, ты и не ел толком вечерами.

— Я ел. Но не дома.

— Тебе нравится быть со мной вечером? — Осторожно спросила я, но на самом деле намекнула на другое.

— Мне нравится возвращаться домой и видеть там тебя, Саша, — мужчина положил руку мне на плечо и обнял.

— Мне нравится быть с тобой, — я облокотилась на Карима.

— Можно считать, что у нас уже семья. Во всяком случае, наши отношения больше всего мне ее напоминают.

— Карим, — продолжила я осторожно, голос дрожал, но я понимала, что сейчас хороший момент сказать, — ты говорил, что больше не хочешь детей.

— Говорил.

— Твое мнение нельзя изменить?

— Саш, я не планировал детей. Я бы даже сказал, что больше никогда их не хотел. Я принял решение, и еще совсем недавно был уверен, что это было окончательное решение.

— Понятно, — я повернула голову в сторону ананасов. Момент, конечно, неподходящий, но жутко хочется их съесть.

— Ешь свои ананасы, — сказал Карим, — я не готов встать на пути между тобой и едой, особенно зная это.