Ты мне очень нравишься. Но... - Вера Ковальчук

Как только удалось решить проблему на южном побережье, принц поспешил к центральному энергоузлу. Следовало торопиться, если он хотел закончить работу к тому моменту, когда принц Высокогорья привезёт к ним свою таинственную супругу.

Кое-какая информация о ней уже была собрана — иномирянка, предстательница таинственной новой силы, пришедшей на Равнину, которую именовали Серебрящимся Древом, супруга четверых мужей (ох уж эти соседи…), из которых один — раб (ну совсем с ума сошли). Репутация дамы — на высоте, ни в чём дурном не замечена. Недавно родила девочку от первого мужа (достойно!). И действительно способна обратиться к таинственной высшей магии, о которой все молчат как заколдованные.

Ла-адно… Лишь бы только помогла.

Умотавшись над очередным сбоящим узлом, принц уснул даже не в своём шатре (потому что не дождался, когда его поставят), а в окружении солдат, головой на седле, устроенном поверх хилой кочки, завернувшись в плотную попону.

Уже под утро его кто-то разбудил.

— Ваше высочество… Надо уходить.

— Что такое? — шепнул принц, пока не понимая, что происходит. Но голос придержал — мало ли что.

Вокруг царила та тишина, которая посещает мир в предутреннее время. Свет только-только брезжил, сумрак ночи неохотно развеивался, из глубин леса наползал густой туман, делая черты бивуака неразличимыми. Лес хранил обличие, пристойное только для волшебной чащобы, полное тайн и опасностей, хотя был самым обычным и даже основательно вытоптанным. При свете дня на него и смотреть-то было грустно.

Тело охватывало оцепенение раннего утра, когда проще плюнуть даже на возможность спасения, чем просто так взять и проснуться. А ещё пробирало до костей ознобом, словно бы не утро наступает, а настоящая высокогорная зима, заволакивающая мир непроглядной обжигающе белой метелью. Эту иллюзию поддерживали и обрывки густого тумана, спросонья казавшиеся чересчур уж плотными.

Но себя нужно было взять в руки. Проморгавшись, Эйтал уставился на ординарца, который его разбудил. Младший ординарец, приданный его отряду братом, Райнером. Пока плохо ему знакомый, но достойный доверия.

Юноша мотнул головой и знаком показал, что следует идти за ним. Нет, не идти, красться, и ещё рукой показал, мол, пригнись. Принц в недоумении подчинился. Только и подхватил, что плащ и оружие, не заботясь об остальном. И только за грудой хвороста, заготовленного с вечера для костров, его спутник задержал шаг, оглядываясь.

— В чём дело?

— Услышал беседу троих офицеров, — шёпотом ответил юноша. — Очень подозрительный. Надеялся, что вы сможете услышать хотя бы охвостье беседы. Но нет, они уже ушли…

— О чём шла речь?

— Об атаке на вас. Прямо сейчас. У них готовы арбалетчики, которые прошьют болтами всю ту территорию, на которой вы отдыхаете… Нет, вам нельзя возвращаться туда, вы себя выдадите и подставитесь!

— Там мои люди!

— В них вряд ли будут целить. И то, что вы не окажетесь на месте, скорее спасёт им жизнь, поскольку делать второй залп не будет иметь смысла. Идёмте же!

— Куда? — Эйтал скрипнул зубами, поспешно накидывая на себя перевязь с мечом. Разгибаться он всё ещё опасался.

— Ближе к энергоузлу, я полагаю. Вы же сможете успешно работать оттуда?

— Верно говоришь…

Идея ординарца сразу показалась идеальной. Ведь и в самом деле, какова бы ни была ситуация, именно у магического средоточия принц может защититься лучше всего, а ещё снабдить магов своего отряда приличными объёмами энергии, чтоб обороняться. Вот только надо точно знать, кому давать магию, а кому нет.

— Что за офицеры? — процедил он сквозь зубы. — Узнал по голосам?

— Только одного, ваше высочество, — выдохнул парень. — Осторожнее… Здесь поблизости дозор.

Жестом Эйтал постарался придать и своим шагам, и движениям спутника чуть большую тишину, чем оба были способны добиться чисто физически, и уточнил, кого именно ординарец всё-таки узнал. Услышав ответ, помрачнел. Сон окончательно оставил его, да и какой тут отдых! Названный человек был довольно близким к нему штабистом. А ещё — сыном троюродного родича. И говорило это… Ни о чём хорошем это не говорит.

Ни о чём больше они не успели переговорить — в той стороне лагеря, откуда они пришли, началась возня, потом что-то гулко ухнуло, и снова. Эйтал усилием воли запустил, образно говоря, обе руки в энергетический узел и пробудил магию на службу себе. Делал он всё машинально, даже не задумываясь. Мысли крутились вокруг одного — понимания, что в нынешних обстоятельствах совершенно непонятно, кому доверять, а кому не стоит. Если одно покушение ещё, кряхтя, можно было бы натянуть на представление о каких-то частных конфликтах, то два подряд — уже очевидно злоумышление против императорской семьи, а значит, и императорской власти.

А во все времена обычно такое затевают либо родственники, либо самые приближённые. И заговорщиком может оказаться кто угодно. В осознании этого принц ощутил себя совершенно беспомощным, потерянным, как ребёнок, который упустил из поля зрения родителя и не знает, что ему делать, куда идти, как быть. Растерянность не подобала ему, но как поступить сейчас, если каждый в отряде может оказаться предателем? Даже тот порученец, который разбудил его. Да, это крайне маловероятно, однако история знает и подобные примеры.

Он увидел, как к нему сквозь полную неразбериху продирается Радай, его друг и лучший офицер. Он окружил себя верными бойцами, и те сумели выстроить худо-бедно приемлемую фигуру «пробойный угол». Неполный отряд, сразу заметно. Видимо, арбалетчики сумели проредить.

Эйталу самому стало мерзко, что первое движение передать другу и товарищу часть магической энергии узла он сразу же остановил панической мыслью: мало ли, вдруг и этот окажется врагом. Ну нельзя же видеть в каждом недоброжелателя. Так и с ума сойти можно. Однако передавать офицеру доступ ко всей магии, имеющейся здесь, не стал. Лишь прикрыл его собственной защитой.

— Вам нужно уходить, принц, — задыхаясь, выдавил Радай. — Скорее! А что если врагу подойдёт подмога?

— Кто тут против кого?

— Риамские и листерские против остальных.

— К ним подошла подмога?

— Сложно сказать, — ответил другой офицер, подволакивая поближе к Эйталу большой ростовой щит. Похоже, он намерен был прикрывать его и так, окованным деревом. — Туман, мой принц.

— Я посмотрю. Куда сейчас уходить? Мы не знаем ни сколько их, ни кто они, ни где лошади.

— Я приведу вам коня, — сказал один из оруженосцев, совсем мальчишка. Губы у него дрожали то ли от страха, то ли от холода, однако ноги пока держали, уже хорошо.

— Куда его высочество один-то поскачет, — скривился боец постарше. — Принцы у нас, что ли, лишние? Если и отступать, так отрядом, болван ты малолетний.

— Пусть тащит коней, — рыкнул друг Эйтала. — Польза будет. Давай, пацан, только