Красивый. Грешный. Безжалостный - Виктория Кузьмина

мне только огромная футболка. Не моя. Его. Я чувствовала его запах на ткани, резкий, мужской, обволакивающий. Сейчас мне казалось, что от неё пахнет чем-то острым. Словно пряностью. Оставалось только надеяться, что он не сам меня раздевал… Перевела взгляд на Каина, но тот молчал, и я решила не заострять на этом внимание. Сейчас были вопросы важнее.

— Что это значит? Доминантная омега и повышенный омега-гормон? — спросила я, обхватив колени руками и чувствуя, как внутри нарастает тревога.

Каин откинулся на спинку кровати, закинув руки за голову, и его взгляд снова скользнул по мне. Медленно. Оценивающе. Так, что захотелось закрыться одеялом с головой.

— В редких случаях в теле омеги и альфы содержится повышенное количество гормонов, которые делают их доминантными. Властвующими над другими, — смотря мне в глаза, проговорил Каин, и выглядел при этом настолько мрачно, что у меня складывалось ощущение, что он на грани. — Проще говоря, если для альфы это сила, то для омеги это привлекательность. Твоя суть будет завлекать больше альф на свою сторону. Твой запах будет сводить их с ума.

От этих слов меня передёрнуло. Я испугалась. Нет не так, я была в ужасе от того, что услышала. У меня всю жизнь складывалось впечатление, что я вообще никогда не дойду до пробуждения. Я поздняя омега, и моих гормонов просто не хватало для того, чтобы пробудиться вообще. Но сейчас их оказалось слишком много, и я не представляла, что мне делать с этим. Это должна быть ошибка.

— Ты уверен в этом? — прошептала, глядя на него.

— Да. Доктора так сказали, — подтвердил он коротко.

— Можно это как-то исправить? — голос сорвался на жалкий писк, и когда Каин отрицательно покачал головой, мой мир, по ощущениям, просто на куски начал рушиться.

— Нет.

Одно слово. Короткое. Безжалостное. И оно разрушило последнюю надежду.

Я сидела на кровати, обхватив колени руками, и чувствовала, как внутри всё сжимается паникой. Доминантная омега. Повышенный гормон. Это означало, что я буду привлекать внимание. Нежелательное внимание. Альф. Которые захотят меня использовать.

— Почему это произошло? — спросила я тихо, пытаясь понять.

— Потому что твоя омега хотела тебя защитить. От агрессивно настроенного альфы. От этой мрази. Пыталась смягчить своими феромонами. Спасти тебя.

От его слов по спине прошёл холодок. До сих пор мне не верилось, что преподаватель хотел взять меня силой и более того был уверен, что я сама была не против. Что завлекала его. Страшно подумать, что такое могло происходить в стенах института.

Значит, моё тело пыталось меня защитить. Пробудилось, чтобы спасти от него.

— И что теперь? — спросила я, глядя на него и чувствуя, как по телу снова пробегают мурашки от его взгляда.

Каин смотрел на меня так странно. Так, что становилось не по себе. Его глаза скользили по моему лицу, шее, ниже, и в них плескалось что-то тёмное. Всё же он немного изменился, смотрел на мою шею странным взглядом, и я опустила голову вниз и поняла, в чём причина. Ворот у этой футболки был очень широким и оголял плечо.

— Пока твоё пробуждение не завершится, ты будешь приходить на учёбу только под присмотром, — отрезал он, и в голосе прозвучала сталь. — Потому что если другой альфа почует твой запах, он может сорваться.

— Я не могу ходить с тобой везде, — возразила я, чувствуя, как нарастает паника. — У меня учёба. Подработка. Я не могу просто бросить всё.

— Фиоре, не думай слишком много. Мои люди будут ходить с тобой, — отрезал он.

Он встал с кровати и подошёл к окну, глядя в темноту за стеклом. Его силуэт вырисовывался в полумраке, мощный, угрожающий, и от одного вида мурашки побежали по коже.

— Отдыхай, — бросил он через плечо. — Завтра поедем в университет. Вместе.

И вышел из комнаты, закрыв дверь.

Глава 32. Торт

Прошло несколько недель с того момента, как я очнулась в квартире Каина, и всё это время, как он и обещал, на учёбу меня сопровождали его люди.

Они были незаметными. Словно тени, растворяющиеся в толпе студентов, и я даже не всегда могла их разглядеть, хотя знала, что они где-то рядом, потому что Каин никогда не оставлял меня без присмотра.

А ещё, что было странно, в нашу группу перевелось несколько новых альф. Они выглядели достаточно молодыми. Лет по двадцать, не больше, но по ним, как мне казалось, чувствовалась разрушительная энергетика.

Жёсткая, давящая, из-за чего хотелось держаться от них подальше, хотя они и вели себя вполне прилично, не пытаясь со мной заговорить.

Когда я вернулась на обучение, про меня не было совершенно никаких слухов. Словно ничего не произошло. Вообще. И это меня радовало, потому что я не хотела привлекать к себе лишнего внимания. Но вот про преподавателя…

Сглотнув и опуская взгляд в пол, я вспомнила, как по институту поползли слухи о том, что его тело нашли на мосту. Подвешенным за ноги. С неприлично вырезанной фразой на животе. И с отсутствием некоторых частей тела.

Это было ужасно, и когда я услышала эти разговоры в коридоре, меня затрясло так, что пришлось прислониться спиной к стене и закрыть глаза, пытаясь отогнать картинки из памяти.

Говорили, что он больше был похож на месиво, а не на человека. Начали всплывать факты о том, как он принуждал омег к близости, шантажировал их, покупал фотографии с камер в раздевалке. Это было просто ужасно, и я была уверена, что лучше бы его отправили в тюрьму в нижнем городе. Он заслужил это. Но Каин распорядился иначе. И мне было страшно от того, что он на такое способен. Все же о нем ходили слухи и хуже…

Кисе вернулась на обучение чуть раньше меня и была сильно расстроена тем, что мы теперь живём в разных местах. Она не понимала, почему я не могу вернуться в общежитие, и мне пришлось врать ей, что снимаю квартиру с какой-то дальней родственницей, которая приехала из другого города и нуждается в компании.

Кисе, кажется, поверила, хотя смотрела на меня подозрительно, словно чувствовала, что я что-то скрываю. Также мне пришлось соврать ей, что я болела этих несколько дней и она, вздохнув, обняла меня и сказала, что скучала. И я на самом деле по ней очень скучала.

И она, как истинная любительница слухов,