Добродетель злодейки. Том 1 - Bae Hee Jin

книге может быть так подробно описано будущее? Однако меня кое-что пугает. В общем, господин Кики, пожалуйста, не рассказывайте никому о романе, который вы мне дали. И конечно, не распространяйтесь о сюжете.

– Почему?

– Чем больше слов, тем хуже. Ведь это очень странная книга, и, если люди узнают о ее существовании, у нас будут проблемы. Кроме того, история связана с Его Величеством. – Лераджия взглянула на Кики с беспокойством. – Если дело примет серьезный оборот, это навредит господину Кики. Я думаю, что лучше быть крайне осмотрительным. Осторожность никогда не помешает. Разумеется, вы мудры и уже подумали обо всем задолго до моего визита, но мне очень тревожно на душе. Поэтому я еще раз прошу вас вести себя аккуратно. Надеюсь, вы не обидитесь. – Она вздохнула.

Слова Лераджии могли задеть за живое, но ее своеобразная манера говорить вызвала у Кики восхищение. Эта юная женщина оказалась невероятно проницательной и умела так красиво изъясняться! Кики восторженно посмотрел на нее.

Кстати, если бы Лераджия не велела ему помалкивать насчет книги, Кики бы обязательно проболтался отцу или близкому другу. Но сейчас он мысленно поклялся никому не рассказывать о романе. Наверное, Лераджия права.

– Я так и сделаю. Я, конечно, должен прислушаться к госпоже. Но…

– Да?

– Вы… вы собираетесь выполнить мою просьбу, которую я озвучил в прошлый раз? – вежливо спросил Кики.

Она подумала, а затем ответила:

– То есть вы хотите, чтобы я дала вам еще один шанс?

– Да! Именно.

– Хм… Когда я прочла книгу, то поняла, почему Джинджер так сильно зациклилась на моем кулоне, и мне даже стало легче. Независимо от того, осуществится ли будущее, описанное в романе, или нет, Джинджер поверила в это и попыталась забрать мою подвеску. Но… господин Кики, я боюсь. Меня волнует, смогу ли я всецело доверять вам, как и прежде, когда мы были счастливы, и это заставляет меня колебаться. – Лераджия опустила взгляд и сделала жалкое лицо.

– Простите, я, кажется, сильно ранил госпожу Лераджию. Я не буду торопить вас. Могу ждать, пока ваше сердце не будет готово принять меня.

– Ах, господин, вы так добры!

– В этом мое очарование, – пошутил Кики и засмеялся.

Лераджия на мгновение застыла, а затем ласково взглянула на Кики и медленно встала.

Помявшись, она произнесла нарочито грустным голосом:

– Господин, у меня назначена встреча, поэтому мне пора вас покинуть. Но скоро я вновь навещу вас.

– Буду рад вашему визиту в любое время.

– Благодарю. Что ж, до свидания. – Лераджия слегка поклонилась Кики и вышла из комнаты.

Оказавшись вне стен особняка, Лераджия пожала плечами и выпрямила спину. От жалостливого выражения лица не осталось и следа. Девушка глубоко вздохнула и посмотрела на книгу, которую держала в руках. Взгляд Лераджии был ледяным.

– Ладно, Кики, прощай навсегда.

Отношения, в которых было нарушено доверие, не могут наладиться. Лераджия смахнула со щеки прядь волос и направилась к воротам. На очереди – следующий этап реализации ее плана.

Глава 3. Где обитает ревность (Часть первая)

– Неправильно. Все не то!

– Хм… А как насчет этого? – Он скрестил ноги, неторопливо сложил руки на груди и устремил взгляд вдаль, ни на чем не фокусируясь.

Его полуприкрытые глаза излучали легкую чувственность, а пепельные волосы, которые сияли в лучах солнца, проникающих в окно, выглядели очень стильно…

– Нет. Тоже не то, – раздраженно сказала я и покачала головой, не скрывая разочарования.

Он расцепил скрещенные ноги и проронил:

– Вы слишком придирчивы.

– Не жалуйтесь. Все равно стало намного лучше, чем в первый день. – Я утешала его так, словно была строгой надзирательницей учебного заведения.

Шагнув к нему, я положила руку на его плечо. Я хотела подбодрить Хамеля и почувствовала его сильные мышцы. А вот это совсем неплохо. Он что, занимается спортом? Какая твердая рука. Я передумала хлопать его и нежно погладила по спине. Ощущение от прикосновения к спине тоже было неплохим.

Все же я правильно поступила! Я посмотрела на Хамеля, который о чем-то задумался, и невольно улыбнулась. Почему-то я предположила, что моя улыбка может выглядеть зловещей.

– Хамель, то, что я хочу, – расслабленная чувственность. Вы просто вялый, а так дело не пойдет. Ведь у Лераджии должно возникнуть желание вас потрогать. Ленивость, за которой прячется что-то еще. Вам нужно научиться соблазнять. Это и мой стиль, и Лераджии.

Кстати, когда я размышляла о чем-то подобном, я сразу вспоминала Изану. Он идеально соответствовал моему витиеватому описанию чувственной натуры. Изана обретал форму в моих мыслях. Внезапно возникший образ короля начал мельтешить перед глазами. В голове быстро воцарился хаос. Я видела его очаровательную улыбку и нежную бело-фарфоровую кожу, которая сияла на солнце и была совсем без загара.

Я смотрела в пустоту остекленевшим взглядом. Его Величество Изана. Что он сейчас делает? Прошло три дня с тех пор, как я виделась с ним. Я питала слабую надежду, что он хоть раз позовет меня, но, как и ожидалось, Изана не искал встречи со мной все это время.

То, что он не виделся со мной, человеком, с которым его ничего не связывает, было естественным, с его точки зрения.

Но я не могла не чувствовать себя обделенной. Я – женщина, поэтому, наверное, немного заблуждалась насчет его благосклонности ко мне. Да, он проявлял интерес, гладил меня по голове, отдал мне свой мундир, в общем, совершал все поступки, которые заставляют женщин обманываться… Разумеется, я до сих пор питала надежду.

Однако Изана, конечно, ничего об этом не знает.

– Фух!

Хамель, опустивший голову, услышав мой глубокий вздох, встрепенулся и посмотрел на меня.

– Я настолько жалок, что вы вздыхаете? Неужели я действительно тот мужчина, который не обладает расслабленной чувственностью?..

«Боже! Я опять переключилась на Изану!»

Хамель самовольно истолковал значение моего вздоха.

– Нет! Вовсе нет. Просто у меня тоже есть трудности, поэтому я и вздохнула. А с вами сейчас все в порядке. – И я вновь провела рукой по его по спине.

Вот что со мной делает Изана! Зато, поглаживая Хамеля, я сразу почувствовала себя лучше.

После заключения перемирия мы с Хамелем встречались каждый день. Он выкроил время, чтобы приехать в поместье, и я объясняла ему, как стать мужчиной, который был бы во вкусе Лераджии.

Хамель достаточно красив, но в нем чувствовалась какая-то скованность. Мужская скованность может показаться женщине милой, но мне и Лераджии это не нравилось. Особенно Лераджии, она ненавидела это даже больше меня.