Не Твоя Ставка, Мажор! - Мира Лаверн

в центре в форме с капитанской повязкой. Рядом — остальные игроки.

Денис пришёл одним из первых.

На нём был идеально сидящий тёмно-синий костюм и маленький значок фонда на лацкане. Он разговаривал с Софьей Соколовой, а рядом стояла Полина.

Увидев меня, Денис улыбнулся.

Не подошёл.

Только коснулся внутреннего кармана пиджака, напоминая о документе, который собирался опубликовать.

Тимура я не видела.

Возможно, он ещё не пришёл.

Возможно, передумал.

Я заставила себя не искать.

— Всё готово, — сказала Женя, появляясь рядом.

На ней был чёрный брючный костюм, в ухе — маленький наушник.

— Максим в аппаратной?

— Да. Ирина Валерьевна рядом. Лиза запустит сайт по сигналу.

— Кирилл?

— Третий ряд.

— Внешняя трансляция?

— Четыре телефона. Даже если отключат официальный поток, продолжим.

— Денис может проверить.

— Он думает, что вся техника у него.

— Почему?

— Сергей Белов работает в официальной группе. Ему дали камеру.

— Его не отстранили?

— Он утверждает, что не имеет отношения к краже голосовых. Проверка телефона ничего не нашла — он успел удалить.

— Удобно.

— Поэтому мы не используем официальный канал как единственный.

Женя поправила мой рукав.

— Ты готова?

— Нет.

— Отлично. Значит, понимаешь, что происходит.

Она ушла к аппаратной.

В зале погас основной свет.

Начался бал.

Первые сорок минут прошли как чужой сон.

Ректор говорил о достижениях университета. На экране показывали фотографии спортивных побед, научных конференций и волонтёрских программ.

Среди достижений была хоккейная команда.

На кадре Тимур стоял с капитанской повязкой.

Сейчас её носил Егор.

Я сидела во втором ряду рядом с Мариной Павловной. С другой стороны находилась Лиза. Она держала телефон на коленях и каждые несколько минут проверяла сайт.

— Ты его видишь? — спросила она.

— Кого?

— Тимура.

— Нет.

— Он у бокового входа.

Я не повернула голову сразу.

Потом всё-таки посмотрела.

Тимур стоял возле колонны.

В чёрном костюме, без значка фонда и командной эмблемы. Он пришёл один. Отец находился в первом ряду рядом с ректором, но между ними не было даже визуального контакта.

Тимур заметил мой взгляд.

Не улыбнулся.

Только чуть кивнул.

Так же, как в коридорах последние дни.

Я кивнула в ответ.

Денис видел.

Он сидел на другой стороне зала и наблюдал за нами.

Телефон в сумке завибрировал.

Не импровизируй, — написал он.

Я не ответила.

На сцене награждали лучшие студенческие проекты.

Мой «Цифровой след» в список не вошёл.

Ведущий назвал проект Максима о культуре безопасного общения. Он поднялся за дипломом, выглядел несчастным и после короткой речи сказал:

— Концепцию создала Алиса Морозова. Без неё этого проекта не существовало бы.

В зале раздались аплодисменты.

Лебедев в первом ряду сжал губы.

Максим вернулся в аппаратную.

Это не было частью плана.

Просто маленький поступок человека, который однажды согласился занять моё место и теперь пытался хотя бы назвать имя.

В двадцать тридцать ведущий объявил музыкальный номер.

Через десять минут — специальное обращение.

Денис встал и подошёл ко мне.

— Готова? — спросил он.

— Да.

— Текст помнишь?

— Почти дословно.

— Не добавляй ничего про архив.

— Ты получишь своё выступление.

Он наклонился ближе.

— После последней фразы передаёшь микрофон мне.

— Я знаю.

— И не смотри на Тимура раньше времени. Иначе все поймут.

— Что именно?

— Что ты врёшь.

Я посмотрела ему в глаза.

— Тогда зачем заставляешь говорить?

— Потому что аудитории нужна версия, которую она сможет принять.

— А правда?

— Правда появляется позже. Когда победитель решает, что оставить.

Он протянул руку.

Не для рукопожатия.

Хотел вывести меня на сцену.

Я прошла мимо сама.

Свет ударил в лицо.

Из зала сцена казалась небольшой. Теперь пространство растянулось. За первым рядом я почти не различала лиц, только тёмные силуэты и блики телефонов.

В центре стоял микрофон.

На экране за спиной появилась моя фотография и название проекта:

«ЦИФРОВОЙ СЛЕД: ЛИЧНОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ АВТОРА».

Эту заставку подготовил Лебедев.

Нейтральную.

Без ставки и имён.

Ведущий объявил:

— Алиса Морозова выступит с заявлением по поводу событий последних недель.

Он ушёл.

Я осталась одна.

Денис стоял у правой лестницы. Внутренняя камера снимала его профиль.

Тимур находился у колонны.

Отец — в первом ряду.

Женя — за стеклом аппаратной наверху.

Я положила листы на прозрачную стойку.

Это был текст Дениса.

Настоящий план лежал только в голове.

Я начала так, как он требовал:

— Несколько недель назад после публичного интервью капитан хоккейной команды Тимур Орлов принял ставку на то, что до зимнего бала я признаюсь ему в любви.

В зале стало тихо.

— С этого момента моя жизнь превратилась в историю, которую обсуждали люди, никогда со мной не разговаривавшие. Мои действия, слова и молчание объясняли вместо меня. Любой конфликт называли флиртом. Любую попытку защититься — частью игры. Даже мои настоящие чувства стали материалом тотализатора.

На экране пока оставалась заставка.

Денис чуть кивнул.

Именно так начинался его текст.

— Я действительно сблизилась с Тимуром после того, как он вышел из ставки, — продолжила я. — Я поверила, что его отказ означает конец игры. Но затем он использовал влияние своей семьи, чтобы без моего согласия изменить мою работу, доступ к проекту и место проживания.

Тимур не отвёл взгляд.

Не пытался остановить.

Я должна была перейти к фразе:

Теперь я понимаю, что это было продолжением давления.

Она лежала передо мной.

Я прочитала начало:

— Теперь я понимаю…

Денис чуть подался вперёд.

Я посмотрела на текст.

Потом на людей в зале.

— …что правда редко бывает такой удобной, как подготовленное заявление.

Я подняла листы.

Разорвала пополам.

Бумага была плотной и не поддалась с первого раза. Пришлось рвануть сильнее.

Звук прошёл в микрофон.

По залу прокатился шум.

Лицо Дениса изменилось.

— Текст, который я только что читала, подготовил Денис Орлов, — сказала я. — Он обещал передать мне архив закрытого канала, если сегодня я публично заявлю, что никогда не любила Тимура, обвиню его в организации всей системы и выставлю самого Дениса случайным участником.

На экране за спиной ничего не изменилось.

Сигнальная фраза ещё не прозвучала.

— Это ложь, — громко сказал Денис от лестницы.

Камеры повернулись к нему.

— Я передала текст университетской комиссии и юристу до начала бала, — продолжила я. — Копия зарегистрирована вместе с перепиской.

Денис сделал шаг к сцене.

Сотрудник безопасности остановился рядом, но не прикоснулся.

— Алиса, — произнёс Денис. — Ты сейчас совершаешь ошибку.

— Возможно. Но она будет моей.

Я посмотрела в основную камеру.

— Мы привыкли считать чужую жизнь развлечением.

Экран погас.

На секунду зал остался без изображения.

Потом появилась схема.

В центре — закрытый канал.

От него расходились линии к источникам, платёжным картам, рекламному агентству, компании Софьи Соколовой и боту тотализатора.

Внизу