Психо Фейри - Жасмин Мас

— Ты альфа-перевертыш! Так и сражайся как альфа! — рявкнул на нее Кобра, когда она словила очередной удар.

По какой-то причине они называли себя «перевертышами». Там, откуда я родом, нас называли зверями. Куда более подходящее имя. Судя по тому, что мне удалось подслушать, весь их мир был сплошной тюрьмой для зверей. Дикость. Во всей этой ситуации отчетливо разило вмешательством Высшего Суда.

Поскольку моя мать была бетой, в детстве я посещал элитные школы для AБO. А так как носители классовой структуры AБO жили дольше нулевых, нам была доступна информация, скрытая от остальных. Главный секрет заключался в том, что Высший Суд тайно правил всеми существующими мирами. Нам давали ровно столько знаний о них, чтобы мы могли распознать их представителей, если попадем в беду или будем нуждаться в помощи.

Я сглотнул рвущееся с языка замечание, когда Сэди опять подсекли. Кобра стоял над ее тяжело дышащим телом и раздраженно смотрел сверху вниз. Кому-то постороннему, незнакомому с их повадками, показалось бы, что этот огромный, порочно красивый альфа искренне ее ненавидит. Его изумрудные глаза горели пугающей интенсивностью. Я не знал, что именно он к ней испытывает, но это точно была не ненависть.

В каком-то смысле ни один из альф, за которыми мне поручили следить, не вел себя как типичный альфа. Они были такими же огромными и жестокими, но в них не было той изощренной, садистской жилки.

«Нет, не обманывайся, они все чудовища», — напомнил я себе.

Они начинали влиять на меня. Чтобы успокоить мечущиеся мысли, я принялся крутить в руках свои кинжалы. Вместо того чтобы зацикливаться на этих альфах, и особенно на девчонке альфе, от которой пахло клюквой и солнечным светом, — я заставил себя вспомнить, за что именно их ненавижу. Вспомнить, почему я постоянно заливаюсь специальными блокирующими средствами от запаха. Почему моя кожа покрывается липкой тревогой каждый раз, когда кто-то из них издает свой альфа-голос.

Мне нужно сохранять бдительность.

Нельзя допустить, чтобы прошлое повторилось.

В свои пятьдесят лет я был совсем молодым по меркам бессмертных омег, но моя душа успела постареть и стать неподъемно тяжелой. Прошли десятилетия, но детские травмы до сих пор определяли то, кем я являюсь. И пусть королева фейри была безжалостной правительницей, она все равно казалась во много раз лучше лидеров-альф из мира зверей, которые ценили омег превыше всего на свете. К несчастью, омеги мужского пола были самой редкой добычей.

Осознание собственной природы далось мне гораздо тяжелее, потому что все детство я считал себя обычным бетой. Блядь, да я и сейчас выглядел скорее как бета, чем как омега. С ранних лет я был крупнее и сильнее сверстников. Моя жизнь была расписана по минутам: я должен был стать профессиональным солдатом. Моя мать была бетой, а отец погиб еще до моего рождения. Мы никогда о нем не говорили. Бог солнца свидетель, а стоило бы. Она просто забыла упомянуть, что он был омегой.

Если бы она сказала мне раньше, возможно, у меня был бы шанс сбежать.

Мы выросли в городе Серпентес, где неоновые небоскребы вмещали пятьдесят миллионов зверей, и это число постоянно росло. Как и большинство мегаполисов в мире зверей, это было роскошное гнездо разврата и насилия. Им заправляла альфа-мафия. Все подчинялось Дону, и только его железный кулак удерживал подобие порядка среди яростных хищников. Высший Суд мог править всеми мирами, но в мире зверей городами управляли самые сильные и беспощадные. Единственными законами и структурой были те, что мафия сформировала в Серпентесе.

Как следствие, миром правили альфы. Но далеко не все альфы состояли в мафии. Не все они хотели порядка и мира. Несколько тысяч «независимых» альф были высшими хищниками, живущими среди миллионов покорных нулей. А поскольку это были, как правило, баснословно богатые бессмертные существа, контролировать их было практически невозможно.

Беты были силовиками и карателями на службе у альф. Омеги — их высоко ценимыми инкубаторами. Поскольку в Серпентесе располагался главный финансовый сектор мира, здесь жили миллиардеры, ревели моторы люксовых гиперкаров, работали элитные биржи и продавалась лучшая дизайнерская одежда, которую только мог предложить наш мир. При таких безумных деньгах контроль над торговлей наркотиками, оружием и рабами был задачей не из легких.

Разумеется, имея в запасе столетия для накопления капиталов, альфы подмяли под себя все эти сферы. Как в рамках законов мафии, так и в обход них. И вот тогда в дело вступали личные каратели Дона из числа альф и бет. Они удерживали мир посредством жестокого насилия.

Поскольку в детстве мне безумно нравились тренировки, рукопашный бой и холодное оружие, я искренне верил, что работа стража порядка станет для меня идеальным будущим. Но когда в день моего двадцатилетия на священном озере я прошел тест на динамику, моя жизнь полетела к хренам. Вместо боевой подготовки меня попытались отправить в школу омег, чтобы я учился соответствовать своей «роли» в городе.

Нули буквально поклонялись нам, беты завидовали, а альфы мечтали заполучить нас в полную собственность. На миллионы нулей и тысячи бет приходилось всего около трех тысяч альф и едва ли пара десятков омег.

Альфы сбивались в стаи от четырех до семи мужчин, и лишь изредка разбавляемые женщинами. Они вели отчаянную, кровавую борьбу за право обладания омегой. Полная стая, где альфы запечатлели узы с омегой, считалась высшим символом статуса в мире зверей. Стаи, связанные узами с омегой, были местными знаменитостями. В конце концов, только омеги могли производить на свет полноценных альф. И от них всегда рождались дети с квалификацией AБO, никаких нулей. Кроме того, считалось, что узы с омегой способны усмирить дикую природу альф, не позволяя им за столетия окончательно превратиться в диких, обезумевших монстров.

Но на своем личном опыте я узнал правду.

Все это было чушью собачьей.

Альфы всегда оставались кровожадными тварями, а омеги для них были не более чем живыми игрушками для размножения и пропуском к еще большему богатству и славе. Все это устройство было наглухо прогнившим, а редкий омега-самец считался самым дорогим трофеем. Женщины-альфы пускали по мне слюни исключительно из биологических целей, а мужчины-альфы просто хотели получить повод для хвастовства перед конкурентами.

Поначалу быть омегой казалось не так уж плохо. Когда я поближе узнал о специфических потребностях своего организма, тревожность, от которой я страдал всю жизнь, стала более контролируемой. До