Хранитель - Эмми Чендлер

планирует сбежать с двумя женщинами, которые через несколько дней должны будут отдаться новым мужчинам. А после Даррена возможность того, что за нами следили в лесу, кажется одновременно реальной и пугающей.

Но следили ли за нами на этот раз, я не могу сказать.

Взяв палатку в руки, мы переключили внимание на спальные мешки и скоропортящиеся продукты. Но через четыре дня после начала наших приготовлений у нас начались проблемы с запасами.

Интуиция Мачи приводит нас к западной части поселения, и она уверенно и с энтузиазмом продвигается по лесу — вплоть до того момента, пока над головой не пролетит шаттл, ничего не уронив.

Это небольшой патрульный шаттл, а не грузовой шаттл.

— Мне так жаль, — плачет она, когда мы возвращаемся через лес, насторожив глаза и прислушиваясь к явным признакам драки толпы из-за новых припасов. Ее глаза наполняются слезами, а шаги становятся неуверенными.

— Эй. Все в порядке. — Я притягиваю ее к себе и обнимаю за плечи. — Только благодаря тебе мы нашли столько дропов. — Двое из четырех человек были первыми, кого заметили, когда ящик приземлился. — Но никто не может каждый раз находить золото, милая.

Она кивает. Но пока мы идем, по ее лицу продолжают течь тихие слезы. Она знает, что другого шанса у нас не будет. До того, как нам придется уходить, запасы больше не сократятся.

— Черт, — стонет Тайсон, и я поднимаю взгляд, чтобы увидеть, как между двумя деревьями впереди мелькает серая тюремная форма.

— В лесу кто-то есть. И не один, — поправляю я, когда мимо мелькает еще одна рубашка.

Они несут тяжелые сумки со свежими припасами, направляясь через опушку леса обратно в поселение.

— Люди уже нашли тайник. Большая часть того, что нам нужно, исчезла.

Мейси снова всхлипывает, и Тайсон поворачивается к ней, прижимая палец к губам.

— Соберись с силами, — говорит он ей твердым шепотом. — Не позволяй им услышать, как ты плачешь. — Мейси поджимает губы и подавляет рыдание, когда мы направляемся в ту сторону, откуда, кажется, пришли все остальные.

Ящик стоит в открытом поле к юго-востоку от нашего поселения. Обычно мы ждем в лесу, вне поля зрения, пока Тайсон закидывает в наши сумки все, что может унести, но на этот раз это бесполезно. Люди стараются срезать путь через лес, чтобы вернуться в поселение, так что нам небезопасно оставаться в лесу одним. И толпа вокруг ящика уже поредела.

Несколько человек, завидев нас, поспешно отходят от ящика, надеясь унести все, что у них есть, до того, как Тайсон заберет это у них.

Раньше я чувствовала себя виноватой из-за этого. Из-за того, что брала продукты у других людей, которые в них нуждались. Потом я заметила, что он берет только у сытых мужчин, которые бросали угрозы или похотливые взгляды в мою сторону. И за последние несколько недель я решила, что вполне могу воровать у мужчин, которым не нужно то, что у них есть, или которые взяли бы у нас с Мейси еще больше, если бы могли.

Тайсон проталкивается вперед небольшой толпы, и мы следуем за ним по узкому проходу, который он нам проложил, терпя тычки локтями, а затем и пожатие рук, когда мужчины понимают, кто мы такие. Тай отталкивает мужчин от передней части ящика и тащит нас с Мейси вперед, затем встает позади нас, как живой щит, пока мы, наклонившись, достаем из ящика по пояс, то немногое, что еще осталось.

Под спутанными кусками ткани, которые могли быть одеждой или постельным бельем, мы с Мейси находим коробок водонепроницаемых спичек, бутылочку мультивитаминов, упаковку зубной нити со вкусом мяты и полоску спиртовых салфеток в отдельных запечатанных пакетах.

Тайсон протягивается между нами, чтобы взять нераскрытую упаковку батареек размером с фонарик и короткую металлическую полоску, которая либо поможет высечь искру для разжигания огня, либо заточит его нож. А может, и то, и другое. Но вся еда закончилась. Мы уходим, когда начинаются неизбежные ссоры из-за того, что осталось, или из-за того, что кто-то взял, что хотел кто-то другой, и Мейси дуется, когда мы возвращаемся через лес, чтобы проверить наши ловушки.

Пока мы не добираемся до неглубокой канавы-ловушки.

Она взвизгивает от возбуждения и бежит вперед. Мы с Тайсоном бросаемся за ней и обнаруживаем, что она смотрит в глубокий конец канавы, где стоит самая настоящая индейка, уставившись на стену грязи перед собой.

— Одра! Это цыпленок! Или, может быть, это гусь!

— Это индейка, — говорю я ей, с трудом сдерживая волнение, и поворачиваюсь к Тайсону. — Это то, что ты хотел поймать?

Он кивает со спокойной улыбкой и садится на корточки в конце канавы, глядя на бедняжку.

— Теория заключается в том, что индейка идет по кукурузному следу к узкому концу канавы, где у нее нет места, чтобы развернуться или расправить крылья.

— Почему бы ей просто не вернуться обратно? — спрашивает Мейси, присаживаясь на корточки рядом с ним, хотя и держится на расстоянии от пронзительно кричащей птицы.

Тайсон пожимает плечами.

— На Земле — или на Родоне — нет ничего глупее индейки.

— Я не знаю. Я бы с удовольствием попробовала ловушку в человеческий рост, чтобы избавить от страданий некоторых тупых хищников из поселения А. Я гарантирую, что у нас найдутся желающие.

Я просто шучу, но Мейси встает и хмурится.

— На какую приманку можно поймать человека-хищника?

Мы с Тайсоном обмениваемся взглядами.

— Ой. — Мейси выглядит пристыженой.

— Ладно, потерпи немного. Я не делал этого с тех пор, как мне было пятнадцать лет, — говорит Тайсон, протягивая руку за птицей. Я смеюсь, и он бросает на меня взгляд. — В солнечных батареях земного стандарта.

Мы с Мейси с восхищением и отвращением наблюдаем, как он обхватывает индейку за туловище, закрепляя крылышки на месте, затем переворачивает ее и держит за обе ноги на расстоянии вытянутой руки.

— Мне нужно, чтобы вы, дамы, сделали петлю из веревки Мейси и повесили ее вон на ту ветку, — говорит он, кивая на одну из веток над головой.

Птица на удивление спокойна, пока Мейси разбирается со своей веревкой, а я помогаю ей крепко привязать ее к ветке. Бедняжка не протестует, когда ее подвешивают за ноги, и даже когда Тайсон перерезает ей горло своим ножом прямо у гибкого красного ковыля.

Но затем, истекая кровью на земле, птица начинает яростно махать крыльями, разбрызгивая кровь по подлеску и толстому ковру из опавших листьев.

Мейси визжит, и мы обе отскакиваем назад, чтобы избежать