Хранитель - Эмми Чендлер

— Вот так теплее. — Джейми кивает, как будто на самом деле думает об этом. — Но мне нужно кое-что еще, чтобы скрепить сделку. — Его взгляд скользит по мне, и у меня в животе зарождается неприятный холодок.

— Нет. — Тайсон встает передо мной.

— На одну ночь. На всю ночь. Ты можешь забрать ее обратно перед рассветом, как раз вовремя, чтобы незаметно вывести ее отсюда под покровом темноты. Хотя я не могу обещать, что она будет готова к длительной прогулке.

Этот холод пронизывает меня насквозь, пробирает до костей и вызывает мурашки по коже.

— Нет, — рычит Тайсон таким глубоким голосом, что само слово почти неузнаваемо, хотя смысл его ясен.

Взгляд Джейми скользит по мне, и вторжение кажется таким реальным, что мне хочется скрестить руки на груди. Как будто он может видеть сквозь мою одежду. Затем он пожимает плечами и переводит взгляд обратно на Тайсона.

— Тогда другую. Отдай мне Мейси, а сам можешь забирать Одру.

Я жду, что Тайсон возразит, и, когда он молчит, вмешиваюсь.

— Нет! Она же практически ребенок!

Джейми снова пожимает плечами, и мне хочется врезать ему прямо по яйцам.

— Никто не остается невиновным вечно. Особенно здесь.

— Этого не произойдет, — плюю я в него.

— Тогда увидимся завтра на аукционе. Или увидимся на твоих похоронах. — Его смех вызывает тошноту. — Шучу. Мы не собираемся тебя хоронить.

Бл*дь.

— Если я останусь здесь на ночь, ты позволишь нам уйти с Мейси? И ты не совершишь набег на поселение Б?

— Одра, нет, — рычит Тайсон. — Ты не останешься.

Но я не вижу другого выхода. Я не отдам ему Мейси и не могу позволить им штурмовать другое поселение из-за меня.

Джейми кивает.

— Вот и договорились. — Но он не смотрит на меня. Он смотрит на Тайсона. — Одна ночь, и я могу делать с твоей сучкой все, что захочу. Тогда она вся твоя. С осознанием того, что она больше не только твоя.

И это было настоящей наградой — утвердить свое господство над Таем. Отобрать что-то у самого крупного и сильного человека в поселке, не нанеся ни единого удара. Одна ночь со мной не была бы большой наградой для Джейми, учитывая, что он держит гребаного охранника в качестве секс-рабыни, если бы не то, что эта ночь значила для Тайсона. Если бы мы все не знали, что Тайсон не спал бы всю ночь, мучая себя представлениями о том, что со мной происходит. Чему он позволил случиться со мной.

— Это всего на одну ночь. — Я кладу ладонь на его руку и чувствую напряжение — сдерживаемую силу — под своими пальцами. — Это лучше, чем тридцать ночей с кем-то другим. А утром мы свободны. — Во всяком случае, настолько свободны, насколько это возможно на планете-тюрьме.

— Одра, есть вещи, от которых ты не сможешь вернуться, — говорит Тайсон сквозь стиснутые зубы. — Есть вещи, которые ты не можешь забыть или оставить в прошлом.

Но мне придется воспользоваться этим шансом, потому что я не могу смириться ни с одной из альтернатив.

— Это мой выбор, — говорю я ему. — Мне просто нужно, чтобы ты зашел за мной утром. Обещай мне, что будешь здесь до восхода солнца.

Джейми пожимает плечами.

— Черт возьми, Тайсон может остаться и посмотреть.

— Нет, — говорю я. — Он не может.

— Одра. — Тайсон умоляет меня назвать мое собственное имя. Его кулаки сжаты, на шее вздулись жилы.

— Со мной все будет в порядке.

Он поворачивается к Джейми.

— Ты не можешь ее ударить.

Джейми поднимает руку ладонью вверх, как будто собирается принести клятву.

— Только если она будет сопротивляться мне. Даю тебе слово. — Он поворачивается ко мне. — Сотрудничай, и ты уйдешь отсюда без единой царапины.

Но он совершенно определенно не обещал не причинять мне боли. И понимание того, что он может причинить мне боль, не оставив следа, ужаснуло меня до глубины души.

— Одра, ты уверена? — рычит Тайсон. — Мы можем найти другой способ.

— Она уверена, — сказал Джейми. — Убирайся. Или останься и наблюдай.

— Уходи, — шепчу я. — Возвращайся за мной утром.

Он поворачивается к Джейми и говорит сквозь зубы, стиснутые так сильно, что я слышу, как скрипят его челюсти.

— Я вернусь за час до восхода солнца. Если на ней будет отметина, я убью тебя.

— Принято к сведению. — Джейми открывает дверь. Тайсон на секунду прижимает меня к себе. Затем он отпускает меня, и дрожь в его руках говорит мне о том, чего ему это стоит.

Он закрывает за собой дверь, и я на секунду впадаю в панику, задаваясь вопросом, насколько большую ошибку я совершила. Потому что это ошибка. Я знала это еще до того, как согласилась. Но по скользящей шкале нравственности это меньшее зло, чем другие варианты.

— Убирайся, — снова рявкает Джейми, и на секунду мне кажется, что он обращается ко мне, что он передумал, и я испытываю одновременно облегчение и ужас. Затем встает Вивиан. Но вместо того, чтобы выйти в коридор, она направляется через ванную в соседнюю комнату. Я замечаю в открытую дверь добротный диван и понимаю, что у Джейми не просто спальня — у него целый гребаный люкс.

Вивиан закрывает дверь ванной, и я остаюсь наедине с Джейми. С человеком, который руководит аукционом плоти, который однажды угрожал разрезать меня на куски, а затем вышвырнуть вон, чтобы другие прикончили меня.

— Раздевайся, — приказывает он. — Женщины не носят одежду в моей комнате. Никогда.

Отлично.

— Ты клянешься, что отпустишь нас? — Мне нужно услышать, как он это скажет. Мне нужно смотреть ему в глаза, пока он клянется.

— Если мне придется повторить это еще раз, я буду считать, что ты сопротивляешься мне.

Я стягиваю футболку через голову, затем дрожащими руками аккуратно складываю ее и кладу на комод. Затем я снимаю брюки и тоже складываю их. Медленно.

— У нас впереди вся ночь, — напоминает мне Джейми. — Солнце еще даже не село. Так долго откладывать нельзя.

Я снимаю лифчик и, избегая его взгляда, кладу его на аккуратную стопку своей одежды, и чувствую, что он смотрит на меня. Разглядывает. Изучает. Он стонет, когда я стягиваю трусики с бедер.

— Я действительно должен был оставить тебя себе.

— Я не выбирала тебя, — напоминаю я ему.

— Вивиан тоже. Мое положение предполагает привилегии. Сядь на кровать и раздвинь ноги. Я хочу посмотреть на тебя.

Мое лицо вспыхивает.