Прачка на краю реки - Меган Шейд

быть дела до этого. Мне и нет дела. Но я не могу выбросить из головы кровь, сочившуюся между ее пальцев, и те десятки образов, что всплывали перед глазами, когда я читал дневник. Сотни ножевых ранений. Перерезанное горло. Сожженная кожа.

Желудок делает болезненный кувырок, потому что, вопреки всякой логике, мне почему-то не все равно. Хотя бы отчасти. Mallachd ort, — выругиваюсь я про себя, опуская ладони на стойку.

— У тебя найдется бинт? Или чистая ткань? И немного коры ивы? — добавляю я, не в силах себя остановить.

— Есть, — отвечает он, быстро окинув меня взглядом. — Ты ранен? Могу позвать целителя.

— Нет, — бросаю я, не вдаваясь в подробности. Тео не допытывается, кому предназначены припасы. Похоже, он и так всё понимает.

Он пару раз постукивает пальцем по стойке.

— Сейчас принесу, — говорит он.

Недорезанный деревянный брусок отягощает карман, пока я жду его возвращения, и пальцы так и норовят схватить его. Выплеснуть на дерево всю накопившуюся злость, но Тео возвращается быстрее, чем я успеваю это сделать.

— Держи, — говорит он, выкладывая на стойку аккуратный сверток. — Добавил тысячелистник, чтобы кровь быстрее останавливалась.

— Спасибо, — произношу я, поднимаясь.

— Это благородно с твоей стороны. Помочь ей.

Его слова заставляют меня замереть на месте.

— Она убийца. Я не считаю ее кем-то большим, — бросаю я, но мой дан правды тут же вспыхивает яркой вспышкой.

— Я и не утверждал обратного. — Тео внимательно смотрит на меня. — Но нужно иметь истинную честность, чтобы отличать справедливость от жестокости.

Я бросаю на стойку несколько монет.

— Да. Вот только так и должно быть.

25 БЕА

Я не вижу Бреннена уже несколько часов, и за это время успеваю убедить себя, что он вообще не вернется. Что он направляется к Карателю, чтобы доложить: Прачка надежно заперта, и его долг здесь выполнен. Я снова смогу остаться одна, не тревожась о похищенных данах и разъяренных стражах. Но даже думая о его уходе, что-то глубоко внутри называет меня лгуньей.

Мой дракон рычит, словно соглашаясь.

— Цыц, Лолли, — шикаю я, хотя она права.

Даже когда он злится — а это, по правде говоря, почти всегда, — с ним приятно не быть в одиночестве. Приятно иметь кого-то, кроме собственного дракона, с кем можно поговорить. Того, кто, пусть и с неохотой, отвечает тебе, даже если большую часть времени сердится. Так что, когда я слышу приближающие шаги Бреннена, вспышка облегчения меня вовсе не удивляет.

Я поворачиваюсь на его покашливание и замираю.

Он выглядит как-то не так. Его уставшие глаза налиты кровью, но дело, кажется, вовсе не в усталости. Его челюсти плотно сжаты, так что желваки на лице ходуном ходят.

Но привлекает внимание не только его выражение лица. То, как он смотрит на меня — глаза сканируют мое тело, пальцы нервно сжимаются в кулаки по бокам. Сейчас он кажется каким-то более крупным. Более сильным. Плечи под туникой напряжены, мышцы на руках бугрятся, будто он сдерживает себя от какого-то удара, хотя я не понимаю от какого.

— Ты в порядке? — Вопрос срывается с губ раньше, чем я успеваю себя остановить, и я тут же жалею об этом. Судя по отрешенному, пугающему взгляду в его глазах, знать ответ мне совсем не хочется.

— Я в порядке. — Он отводит взгляд, и в груди что-то болезненно екает. Возникает странное желание подойти к нему. Потребовать, чтобы он объяснил, что стряслось.

Он садится гораздо дальше обычного, словно одна мысль о том, чтобы оказаться на расстоянии вытянутой руки от дракона, вызывает у него отвращение. Эта дистанция ранит, хотя я и не понимаю почему. В боку вдруг вспыхивает резкая, колющая боль.

Неужели он мне не поверил насчет помощи Кенне? Я была уверена, что поверил, пусть даже был слишком упрям и горд, чтобы признаться в этом. Мне казалось, когда он уходил в деревню, между нами возникло некое подобие взаимопонимания. Он злился, как обычно, и я была зла. Конечно, мы только что поругались, но ссора вроде как исчерпала себя. Я думала, он знает: я помогла ей, пусть и не скажу где, и ему больше не нужно бояться, что я причиню кому-то вред.

Но теперь он едва может на меня посмотреть.

Может, дело в чем-то другом? Вдруг он узнал о заклинании? О том, что я пыталась шарить по его вещам в поисках того, что нужно для завершения ритуала?

Нет, и это исключено. Я никогда не произносила вслух названия нужных мне предметов. Ни разу не просила никого из заглядывавших сюда отыскать их, боясь, что если не искуплю вину своими муками, Загробный мир ничего не примет. Что если все будет слишком просто, искупления не получится.

— Что произошло, пока тебя не было? — спрашиваю я, не в силах больше гадать.

Он не смотрит на меня, продолжая ковырять свою деревянную поделку.

— Ничего особенного. — Голос звучит натянуто.

Я обхватываю себя руками за талию, пытаясь унять порхающую внутри дрожь.

— Тебе что-то обо мне рассказали, да?

Его глаза резко встречаются с моими, и я вижу это. Перемену. В них все еще плещется привычная злость, но под ней… жалость.

Я ненавижу ее еще сильнее, чем злость.

— Что они тебе наговорили?

Он качает головой, с яростью срезая ножом лишний кусок дерева.

— Это неважно.

— Очень даже важно, — произношу я твердо. — Если кто-то плетет против меня ложь…

Он поднимает свободную руку, снова мотая головой.

— Все совсем не так.

Я выдыхаю.

— Тогда в чем дело?

Он продолжает резать дерево, и под лезвием начинает проступать изгиб крыла.

— Мне нужно услышать правду, — наконец произносит он. — Ты забрала мой дан намеренно? И случалось ли тебе делать это раньше?

Он поднимает на меня глаза, и глубина его взгляда лишает меня воздуха. Вопрос застает меня врасплох. Я думала, мы уже оставили эту тему позади. Решили ведь, что мне нет никакого дела до его данов, и он может вернуть их, если захочет. Что же изменилось после его поездки в деревню, раз он снова мне не верит?

— Я не могу обсуждать это снова. Нет, Бреннен. Я не забирала твой дан нарочно. Я понятия не имею, как это произошло, и никогда прежде такого не случалось — только когда ты дотронулся до меня.

Я выдерживаю его взгляд, заставляя себя поверить на этот раз.

Он молчит какое-то время, пережевывая мой ответ.

— У тебя есть еще какая-то магия, о которой я не знаю?

Волна удивления проносится по моему телу. Я ждала,