Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

Маркус переводит полный печали взгляд на фотографию Джулии.

— Но одно я могу пообещать тебе точно: как только Питер Роуз и Хелен Маршалл умрут, то на этом все закончится. Клянусь, Джулия, после этого я больше не стану никому мстить. Не буду никому причинять вреда. Мне нужно только убрать с дороги этих двоих, чтобы почувствовать себя хоть немного лучше. И я не остановлюсь до тех пор, пока это не случится. Даже если у меня опять ничего не получится, я снова буду пробовать. И так будет до тех пор, пока я не добьюсь своего. Пусть пройдет хоть год, хоть два, но я уничтожу эту сладкую парочку. Уничтожу, дорогая. И меня никто не остановит. Я настроен очень решительно и не стану отступать.

Маркус ехидно усмехается.

— Пусть мальчик еще немного помучается и дойдет до полного безумия, от которого его не спасут даже дружки. Чтобы он умолял с ним покончить, валясь у меня в ногах весь сломленный, униженный и опустошенный. Питер уже и до этого страдал от целой кучи психологических проблем, а я подбавлю масла в огонь и додавлю этого бедолагу. Чтобы не было сил и желания огрызаться мне в ответ.

Когда где-то вдалеке раздаются раскаты грома, Маркус немного отодвигает зонт и на пару секунд поднимает взгляд в заволоченное плотными облаками небо.

— Не сердись на меня, любовь моя. А если ты и злишься, то я надеюсь, что однажды ты все-таки сможешь меня понять и простить. В свою очередь я никогда тебя не забуду и буду постоянно приезжать к тебе на могилу. Буду покупать твои любимые хризантемы, выбирая самые красивые и свежие. Это фактически символ нашей любви. Что началась с одного лишь цветочка, который я закрепил в твоих волосах. В твоих мягких белокурых локонах, за которыми ты с самых ранних лет так тщательно ухаживала. Которые я так любил гладить и перебирать. Тебе это тоже очень нравилось. Ты всегда засыпала у меня на коленях, когда я гладил тебя по головке.

Маркус тяжело, с дрожью выдыхает, проводя тыльной стороной руки по фотографии на могиле.

— Джулия, моя прекрасная Джулия… Мой самый дорогой и любимый человечек на этом свете. Я тебя очень сильно люблю. Всегда буду любить. Ты лучшее, что со мной когда-либо происходило. И я навсегда сохраню в памяти все моменты, что мы вместе пережили. Хоть они и заставляют меня рыдать, в них есть также немало тепла и радости.

Несмотря на продолжающуюся непогоду, Маркус по-прежнему не собирается никуда уходить и проводит время на кладбище в полном одиночестве. За все это время здесь не появилось ни одного человека. Даже часто пролетающие здесь птицы попрятались в своих укрытиях, чтобы не намочить свои перышки. Пока убитого горем мужчину не пугают даже оглушительные раскаты грома и дождь, из-за которого теперь повсюду появляются разного размера лужи, а всю улицу окутывает густой туман, являющийся причиной, почему практически невозможно что-то разглядеть вдалеке.

21.7

После проливного дождя, что продолжался до конца дня, в воздухе теперь ощущается высокая влажность, приносящая собой определенный дискомфорт. Он чувствуется даже глубокой ночью, когда все постельное белье кажется мокрым. А все еще находящейся в плену Хелен удается стать свидетельницей того, как в небе сверкают яркие молнии, после которых следует гром. Из-за этого девушка держится как можно дальше от окошка, в котором она даже издалека видит ослепляющие вспышки молний, забившись в самый дальний угол комнаты и дрожащими руками прижав колени к груди.

Когда погода немного налаживается, то бледная, измученная Хелен не успевает понять, как в какой-то момент закрывает глаза и проваливается в сон. Из-за ощутимого в воздухе холода девушке приходиться накрыться одеялом, хотя даже оно ей не помогает, поскольку оказывается едва ли не таким же тонким, как и простыня. Правда из-за мучающих ее болей в животе Маршалл все же не удается слишком глубоко заснуть, и она время от времени просыпается, сворачиваясь в клубок и все больше ощущая себя маленькой беззащитной девочкой, которой так не хватает рядом кого-то сильного.

Тем не менее в какой-то момент Хелен становится чуточку легче, и ее сон становится чуть более глубоким, но все еще беспокойным. Правда девушка окончательно просыпается с негромким криком, когда в небе сначала сверкает яркая молния, а потом раздается еще более громкий гром. От страха она невольно вжимает голову в плечи, с головой накрывается тонким одеялом и крепко сжимает подушку обеими руками, пытаясь что-то разглядеть в темноте, в которой ей приходиться находиться уже который день. Маршалл понятия не имеет, сколько сейчас времени, но мысленно предполагает, что на дворе воцарилась глубокая ночь, когда все спят и видят десятый сон.

Немного полежав на кровати, Хелен сначала медленно принимает сидячее положение и пустым взглядом окидывает всю комнату. А затем она вылезает из-под одеяла, садится на край, встает и на подкашивающихся от слабости ногах делает пару кругов. После чего девушка добирается до столика и с помощью спички зажигает пару свечек, чтобы хоть немного осветить эту темную комнатушку. Маленькие яркие, слегка покачивающиеся огоньки на некоторое время завладевают ее вниманием, так или иначе отвлекая от мыслей о боли в животе и нижней части тела. А как только в небе сверкает еще одна яркая вспышка, то она осторожно подходит к окну и несколько встревоженным взглядом наблюдает за тем, что происходит на улице, задаваясь вопросом, сколько еще будет длиться эта стихия, и в очередной раз пожелав поскорее выбраться из того места, что все больше сводит ее с ума.

Хелен не успевает понять, как погружается глубоко в свои мрачные раздумья. Не сразу слышит, что где-то раздается негромкий, местами узнаваемый голос. А когда кто-то называет ее имя во второй раз, то девушка с широко распахнутыми глазами резко оборачивается и осматривается вокруг, не видя здесь никого. Тогда шепот снова раздается где-то совсем рядом, но она снова не может понять, откуда идет этот звук. В голове быстро возникает вопрос: «Неужели я начинаю сходить с ума, раз уже начала слышать голоса?». Если поначалу Маршалл пребывает в недоумении, то после нескольких попыток голоса достучаться до нее она начинает испытывать жуткий страх и понимает, как по телу волной пробегают