Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму - Анна Шаенская

Магистр сильно помогал мне и дело было не только в простых визитах и словах утешения. Он вместе с Лорен Тайлер — магистром Ментальных искусств, помогал мне освоить совершенно новое плетение.

Уникальное, непохожее ни на что и позволяющее управлять не другим магом, а… собственным телом!

Пока выходило плохо. Ходить самостоятельно никак не получалось, зато я могла уже сидеть и двигать головой!

Огромным достижением было то, что рукам вернулась подвижность! По-прежнему оставались проблемы с пальцами, мне сложно давались плетения, требующие быстрой жестикуляции и пасов. Но сейчас и эти результаты казались невероятными.

У меня появилась надежда!

Призвав Дар, я вновь создала ментальные нити, медитируя и пытаясь почувствовать своё тело, чтобы после управлять им словно марионеткой.

Поначалу этот метод казался диким, а сама идея невозможной. Лорен слишком сумбурно всё описала. Она вихрем ворвалась в лазарет сразу после того, как ей пришла в голову эта мысль.

Плетение было сырым, но я зацепилась за эту возможность. Не могла больше просто лежать. Кроме собственного бессилия меня убивало состояние Хель и немая вина в её глазах.

Темный Бог мог сыграть Симфонию воскрешения лишь раз в жизни, но Хель только шагнула за грань, и для неё потребовалось совсем мало Божественной магии. Её тело было слишком крохотным. Поэтому Дамир разделил плетение, использовав лишь часть.

Но даже это ударило по нему весьма сильно, хотя у него ещё осталась магия и шанс вернуть ещё одну душу. А вот на то, чтобы полностью вылечить меня, Силы уже не хватило. Хель узнала об этом, случайно подслушав наш разговор.

Когда я снова смогу ходить, она перестанет винить себя, хотя и сейчас никаких оснований для этого не было.

Если бы не связь с Хель, меня бы просто искали вечность и не факт, что вообще обнаружили. В ущелье была слишком высокая концентрация нестабильной магии, и ни одно поисковое плетение бы не сработало.

Разве что истинная связь могла помочь, но к тому моменту я могла бы умереть, а Симфония Дамира имела строгие ограничения.

Впрочем, сколько бы не думала о случившемся, до сих пор не понимала, за счёт чего я протянула в ущелье так долго?

Артефакт отца, бесспорно, смягчил падение. Дамир принял на себя часть урона, но яд должен был убить меня! Я точно помнила, что Лейк отнял у меня Силу, и не просто забрал ману, он как-то выпил саму Искру!

Видимо, таким образом он и усиливал свой Дар всё это время. Убивая других магов и забирая их способности.

Это многое объясняло, но только не то, как моя магия оказалась в артефакте отца и почему моя Искра сохранилась?

Последнее, возможно, стало результатом воскрешения. Моя магия действительно изменилась и частично слилась со способностями Дамира. Тёмным Богом я, к счастью, не стала, но теперь в моей мане навечно поселилась Тьма.

Я стала гораздо сильнее, резервы увеличились. Отец предполагал, что последнее связано с тем, что я преодолела границу между жизнью и смертью. Вернувшихся сложно назвать обычными, ведь то же самое касалось и Хель.

Её Искра впитала магию Дамира, и сейчас связь между мной и морфалой стала ещё крепче.

Лорен даже предложила использовать птицу, как второй источник магии и переместить в неё часть Силы пока я не научусь сполна использовать эти способности. Это бы позволило стабилизировать Дар. Мне было довольно сложно контролировать его из-за слабого тела. Но я не хотела давить на Хель и ждала, чтобы она немного пришла в себя.

Нельзя допустить, чтобы она соглашалась на всё только из чувства вины. Ничего хорошего из этого не получится.

А вот сама идея Лорен была очень хороша. Особенно, на первых этапах. Хель может разделить не только Искру. Я научу её контролировать это плетение. Она будет помогать мне ходить, страхуя и поддерживая вместо Дамира.

Так я смогу больше тренироваться и восстановлюсь гораздо быстрее.

ГЛАВА 22.1

Сделав глубокий вдох, я влила магию в плетение, активируя нити и осторожно усаживаясь на постели. В последнее время получалось плавно, без резкого рывка. Но я всё ещё ощущала тело, как нечто инородное. Хотя по задумке Лорен, со временем я смогу управлять им не задумываясь. Это станет так же естественно, как раньше было ходить, танцевать и колдовать.

Нужно привыкнуть. Принять этот способ, как единственно правильный. Возможно, в будущем что-то изменится. Дамир не оставлял попыток исцелить меня. Но просто сидеть и ждать я не могла.

Беспомощность угнетала. Путь с помощью нитей, но я буду двигаться! Ещё немного… и я принялась колдовать, выписывая пасы руками.

Пока отрабатывала сложные, но безопасные движения. Вставать с постели в одиночку не рисковала. Удерживать на нитях всё тело пока не удавалось. Я путалась и падала, не успев сделать нескольких шагов. Да и целители в один голос просили не торопиться.

Мои кости срослись за неделю благодаря магии Дамира, но откат после быстрого восстановления был очень сильным. Поэтому я терпеливо выполняла все указания, чтобы не сделать хуже.

Закончив с пассами, призвала с тумбочки пустую чашку, книгу и блокнот с пером. Благодаря магии ко мне постепенно возвращалась чувствительность. Я осязала всё вокруг с помощью специальных плетений. Поэтому тренировки с закрытыми глазами были особенно важны.

Понемногу училась поднимать лёгкие предметы, сжимать и удерживать чашку, листать страницы. Самым сложным было держать перо и заново учиться писать. Но если справлюсь, смогу перейти к сложным рунам и плетениям.

Из коридора послышался голос сестры и… Джонатана Лейка.

Младший брат Вальтера навещал меня. Поначалу я не хотела никого видеть. Но мальчишка терпеливо ждал, пока я приму его.

Он сказал, что готов доказать непричастность к случившемуся и вернуть своей семье утраченную честь. Даже предлагал быть моим слугой. Хотел помогать мне, сколько это будет нужно, но я отказалась.

Не потому, что не доверяла ему. Я чувствовала его искренность и мне было жаль Джонатана, он действительно был ни в чём не виноват и не должен расплачиваться за преступления брата. Только помочь он мне всё равно не мог, а мстить лично ему за грехи Вальтера я не собиралась.

Его и так жесточайше травили. Аристократы, раньше поддерживавшие Лейка, словно сошли с ума и набрасывались друг на друга подобно диким вурдалакам.

Ко мне постоянно прорывались гости из высшего света. Охрана выставляла всех за дверь, но Джонатана я впускала. В его душе был свет — пронзительный