Магия вокруг нас, или Второй шанс на жизнь - Раяна Спорт

- Нет, но я уверена, что это начало моей практики в роли учителя, - заявила уверенно, успевая при этом рассмотреть тесные закоулки дома, предназначенных для слуг, пока они не оказались в небольшой комнате с большим столом по середине и кухонным гарнитуром на все три стены: святая святых - кухня!

- Присаживайтесь, - предложил Дамиан, указывая на тяжелый стул. – Думаю, я сумею и без слуг приготовить вам что-нибудь путное.

- Давайте я вам помогу, - сразу же вскочила. Ну не привыкла я сидеть без дела.

Дамиан с любопытством посмотрел на меня, а потом на печь.

- Я могу разжечь ее, - неуверенно предложил он. – И мы можем приготовить яичницу.

- Отличная идея. Но давайте прежде заглянем в холодильный шкаф. Уверена, он у вас есть.

- Эм, зачем? – искреннее не понял мужчина.

- Вероятно, мы смогли бы приготовить что-то более изысканное, чем обычная яичница, - уверенно заявила я Дамиану.

«Холодильник» оказался подполом, как и у большинства людей: там лед в холоде хранился дольше всего. В ящиках был найден сыр и вяленое мясо, в другом углу хранились вина, бутылку которого я тоже решила прихватить на аперитив, так же были вытащены на свет божий запасы овощей и фруктов.

- Можно было бы сделать рагу, - предложила я, разглядывая добытое.

- А что это? – удивился мужчина.

- Смесь тушенных овощей и мяса. Правда это займет некоторое время.

- Потаж? – задумался Герреро.

- Ах вот как это у вас называется, - вспомнила я слова Бониты.

- У вас? – переспросил мужчина.

Я лишь отвернулась и пожала плечами, ибо просто не могла найти правдоподобный ответ.

- Надеюсь, мы успеем…

- Не считая того, что на улице ночь, я думаю, торопиться нам некуда, - улыбнулся Дамиан.

- Тогда с вас печь, а с меня нарезка ингредиентов, - хлопнула в ладоши, радуясь предстоящей работе. Готовить я любила, только вот Лусие не нравилось, что на ее кухне готовит кто-то еще.

За час ужин был готов. Атмосфера была как в романтических фильмах, где двое влюбленных людей, смеясь, помогают друг другу и не стесняются быть самими собой.

Я искренне наслаждалась тем, что Дамиан не сводит с меня глаз, помогает, по крайне мере старается как минимум, и пытается не быть напыщенным болваном, чтоб потом сказать, что я пересолила или наоборот, забыла добавить какой-нибудь ингредиент. И даже сам вид его, в расстёгнутой рубашке, в штанах, что не придерживались подтяжками, а своевольно висели на бедрах, с растрепанными волосами – уже не так напрягал меня и я смогла расслабиться.

На ум непроизвольно приходили схожие моменты с Олегом. Он тоже в первое время был самой галантностью, прежде чем превратиться в брюзгу. Будет ли такое же перевоплощение у Дамиана? Надолго ли эта идиллия между нами? Или едва он поймет, что я всецело принадлежу ему, то начнет приказывать, что да как делать?

Этот путь я проходила не единожды. И сейчас, улыбаясь и растворяясь в моменте, мне немного хотелось плакать: чудилось, что более не повториться столь волшебных моментов, таких как сейчас, когда он прижимался ко мне со спины и страстно вдыхал запах моих волос, приобняв за талию.

- Ты чудесна, - немного опьяневший от вина и химии между нами, произнес Герреро мне на ухо.

От его слов по спине пробежали мурашки.

- Нас ждет ужин. Остывшее рагу не такое вкусное, как горячее, - я попыталась все еще совладать со своим разумом. Получилось неубедительно, потому что Дамиан был голоден совсем по-иному.

Если в гостиной моего дома он был все же нежен и бережлив, то сейчас в него словно вселился зверь. Страсть до того сорвала всю военную выдержку, что аж посуда полетела во все стороны, грохотом разбиваясь об пол. К счастью, рагу не пострадало, заведомо оказавшись на другой столешнице.

Герреро буквально срывал с меня одежду, а нашей постелью на этот раз стал массивный деревянный стол, благо он был сделан на века, ибо под таким давлением иная мебель бы разрушилась в щепки.

Сам процесс был не столь долгим, но этого хватило, чтоб после мы с трудом переводили дух. Осматривая поле боя, мы еще долго смеялись, голышом бегая по кухне, словно дух детства заволок нас обоих в свои игривые сети.

Рагу пришлось оставить на потом, ибо нас для начала ждала мега-уборка, что никогда мне еще не приносила такого удовольствия.

Глава 28

Моя жизнь теперь казалась мне неповторимо правильной и счастливой. Я нашла своего возлюбленного, у меня была «дочь» и была своя школа, в которую я вкладывала свою душу.

Первый учебный день для трех девочек я начала с этикета. Да-да, мне все же пришлось экстерном прочесть несколько книг, одолженных у Лусии.

К этому предмету меня навела наблюдательность. Агата и Бонита ели еду часто руками и набивали рот до того, что с трудом могли после прожевать это, отчего Лусия приходила в дикий ужас. И пусть я была не из этих краев и не знала всех тонкостей культуры, но могла с уверенностью заявить, что дамам не гоже бегать по дому, как будто за ними гонится монгольская орда. Как и тот факт, что надо руки мыть перед едой, так и после, быть опрятной и не смеяться до того громко, что аж сотрясались окна…

Этот минимум программы, что я громко зачитывала. В последующем надеясь еще и применить в деле модельную походку, как это делали в фильмах с помощью книг, положенных на макушку головы, а также манеру говорить медленно и разумно, а не первое, что приходит на ум.

Что было приятного в работе, так это то, что, чувствуя себя учительницей, я сама начала следить за своим поведением. Больше не бегала по полям за Хуаном и его овцами и меньше говорила за столом, вспоминая бурно проведенный день. Я невольно стала более серьезной и сдержанной, как и полагается учителям, чтоб их уважали.

Такая перемена если и была спокойно воспринята двумя сиротками, то лишала всякого настроения Гульджамал. Сейчас она начала меньше есть, больше тихо плакать по углам, думая, что ее никто не видит. Задор в ней поутих, как и смех, что раньше отражался эхом в моем сердце.

Попрощавшись с девочками в амбаре, где Хуаном была перегорожена и обставлена маленькая комната с двумя кроватками и столом,