Сказка для Истинной - Шана Лаут

и местами придётся усилить ваше воспитание и тренировки. Тем более раз уж вы показываете такие неплохие результаты за столь короткое время. Но и дам вам поощрение, есть за что, — братья аж дыхание задержали, — а именно: завтра вы сможете присутствовать на нашем совместном с Анитой обеде. Правила всё те же — ни слова, ни действия против неё или просто к ней. А того мужчину — оборотня — не смейте трогать. Он теперь важная часть семьи. Одно неверное действие в его сторону, и у вас не будет даже призрачного шанса, и я ничем не смогу больше помочь. Понятно?

— Да, генерал, — чётко ответили мужчины одновременно.

— Тогда возвращайтесь в свои покои и отдыхайте, чтобы выглядеть сносно на завтрашней встрече с женой. И без глупостей, — намекнул дед на то, чтобы они не подумали увидеть её раньше срока. А может на то, чтобы она не узнала об их договоре-наказании.

Нет, что Дарис, что Арсал не думали над тем, что супруга пожалеет их или что жалость хотя бы трепыхнётся в ней. Зато понимали, что выглядеть при ней прилично надо. А ещё как-то немного обойти условия генерала о действии, чтобы хоть немного поухаживать за их красавицей за столом.

Но об этом они пока подумают, идя обратно в покои и перед сном, где они снова увидят её и смогут просто побыть рядом. Хотя бы так.

Идя по коридору, Дарис вдруг понял, что всё это время старался уловить аромат Аниты в кабинете деда, а потом и по пути от него. Ведь, судя по всему, увели её в то направление, где были и их комнаты. И это подтвердилось, когда из покоев, находящихся прямо напротив их, братья услышали снова её голос. Даже переглянулись, поняв, что это очередная проверка. И замерли, вслушиваясь в него — ведь им этого-то не запрещали.

Сколько они так простояли, непонятно. Зато их души наполнились удивительным спокойствием. Даже в сон стало клонить. И разговор между собой они, не сговариваясь, отложили на утро. Просто зашли каждый в свои комнаты, и направились в душ, потом в постель, где сон их сморил мгновенно. Оставив только уставшие, но спокойные улыбки на лицах.

Глава 22

Условие

Рондария, империя драконов, столица Орнор, дом Рэдери

Анита

То, что генералу не понравилось присутствие Дорена, было понятно сразу же, как только тот его увидел. Мужчина хмурился, ожидая моего ответа. Я же собиралась с мыслями.

— В селении, где мы остановились, выбрав его как первое место моего путешествия, волей случая я встретила Дорена, — указала я на оборотня, а тот снова поклонился дракону. — Между нами образовалась связь. И, поразмыслив, мы решили с ним, что это связь истинных. Понимая это, он не захотел оставлять меня, зная, что мне нужно вернуться к вам.

— Смело, — усмехнулся маг, а когда генерал посмотрел на него, пожал плечами, предоставляя тому самому решать такой неожиданный для них вопрос.

— Почему вы решили, что это связь истинных? — прищурился дракон. — Очень непросто определить значение появившейся связи, тем более так быстро. Иногда необходимо даже присутствие жрецов и специальные ритуалы, чтобы выявить суть случившегося.

Я посмотрела на оборотня, ведь сама тонкостей не знала, в отличие от него. Именно он был уверен в том, что мы истинные друг другу. Посмотрев на меня в ответ, Дорен мягко улыбнулся и кивнул, решив сам ответить генералу:

— Если позволите, я объясню, — и получил на это одобрительный кивок дракона. — Я родом с севера Рогаса, селение Овел. Как вы, возможно, знаете, у оборотней принято к празднику цветения, что как раз проходит этой ночью, говорится особым образом. Наши чувства обостряются благодаря специальным настойкам. Но я бы почувствовал нашу связь с Анитой и так, ведь мой дед — глава нашего поселения. Мы берсы в принципе чувствительны ко многим вещам.

— Берс, — задумался Ролан, обдумывая услышанное. — Я многое слышал и читал про вас. Вы действительно видите мир немного иначе, почти подобно жрецам, и очень близки с природой, как-то по-особенному. Но тайну получения такой чувствительности никому не раскрываете.

— Верно, — кивнул ему Дорен. — Это передаётся от родителей к детям, когда просыпается наш зверь.

— Что ж, тогда, Валиас, — хлопнул себя по бёдрам маг, обращаясь к другу, — у нас нет выбора. Он сказал правду. Ты сам прекрасно знаешь, как кошаки относятся к своей избранной. Тебе останется только принять его наличие рядом с Анитой. Но посмотри на это иначе, теперь у неё есть очень надёжный защитник. Сейчас это может быть только тебе на руку.

Дорен даже не отреагировал на то, как мужчина его назвал. Зато очень осторожно коснулся моей спины рукой и погладил, как бы успокаивая. Почувствовал, что я нервничала, или это просто так сильно заметно? Так или иначе, я и правда была напряжена, ожидая решения старого дракона.

— Анита, ты должна понимать, чем может обернуться его присутствие здесь и тем более сейчас, — хмуро проговорил генерал. — Мои внуки ещё не стабильны, тёмное вмешательство ушло не до конца, пусть полного восстановления будет не лёгким и не быстрым. Они могут сорваться в любой момент. Я гоняю их так, чтобы вытянуть из них побольше сил, не давая зловредной магии подпитаться за их счёт, пока они не могут защититься самостоятельно. А она едва не дала о себе знать, едва ты исчезла. Твоё присутствие благоприятно для них, а вот наличие другого мужчины, тем более почти что мужа, — дракон указал на наши венки, — может дать повод для срыва. Тебе они не смогут причинить физический вред, а вот ему — очень даже. Ты это понимаешь?

В том, что срывы, подобно предыдущим, у братьев будут и дальше, я почему-то не сомневалась. Видимо, им их пагубное поведение почти вошло привычку. Чтобы по-другому распределять своё время, нужно ещё подобрать варианты, как его вообще занять. А в их состоянии многого не сделаешь. Генерал упомянул, что занял их чем-то тяжёлым, выматывающим, и только это подсказывало, что силы к ним возвращаются быстрее обычного, но вот пострадали они скорее ментально от чужеродной магии.

Чем грозило это нам с Дореном, я примерно понимала — они могут напасть на него, и у оборотня просто нет огнестойкости, как у Эрона или у меня. Он просто превратиться в пепел моментально. И от этой мысли мне было неприятно, и это чувство ворочалось внутри, заставляя хмурится.

— Понимаю, — ответила ему через полминуты размышлений. — И, если нужно, просто не стану показываться им на глаза. Проведу