Артефактор XXL - Майя Грин

Сердце колотилось от волнения. Что сказать, как убедить, что разорвать помолвку выгодно для нас обоих? Я не хотела замуж. Мне это было не нужно, но и подставить папу не могла.

А что если жених откажет? Ему может быть наплевать на меня лично, но выгодно породниться. Сейчас род Абрикосовых не богат, но, например, мамины секреты изготовления артефактов — золотое дно. Договор не даст мне никуда деться до свадьбы, поэтому он и не беспокоился. Время пришло — окольцует и всё.

В одном месте кроны деревьев смыкались, образуя небольшой тоннель. Сквозь листья свет почти не мог пробиться. В каждом парке есть тёмный уголок с хронически неработающими фонарями — им помогают ломаться. Темнота — друг молодёжи и всё такое, но сегодня никто не гулял — понедельник.

Часто хожу этой дорогой, потому что так короче, а с Джеком не страшно. Я бездумно перебирала ногами, погружённая в свои мысли, накручивая себя всё больше, и совершенно не слыша ничего вокруг.

Из раздумий меня вырвал лай Джека, потом толчок, удар о землю и острую боль. Кто же меня так не любит?

* * *

Я открыла глаза. Белый потолок, светло-зелёные стены, кровать не моя. Не дома. А где тогда? Что-то назойливо пищало, и болела голова. Кажется, вспомнила: я шла по парку и, наверное, споткнулась в тёмном месте. Хотя тогда бы нос разбила, а не затылок. Могла подскользнуться, но нет, было не скользко, я помню. Похоже, мне кто-то помог упасть. Наверное, я в больнице… А где тогда мой пёс?

Щеку лизнул мокрый горячий язык. Пёс. Огромный, лохматый, чёрный. Ньюфаундленд, как и мой. Я присмотрелась повнимательнее — Джек, но он успел вырасти. Сколько же времени я здесь валялась? А кто это на стуле у окна?

Как мне потом рассказали, в парке происходило следующее.

Джек, почуяв, что кто-то, стоящий в темноте, собирается ударить его обожаемую хозяйку, успел толкнуть меня и тем самым спас от мгновенной смерти. Нет, удар прилетел, но с меньшей силой, хотя, упав, голову до крови я всё-таки разбила.

Мой мохнатый защитник лизнул место, где сочилась кровь, чтобы остановить её. Потом бросился за моим обидчиком и, догнав, повалил его на землю. Так их и застал наряд полиции — дрожащий мужчина на земле и над ним пёс.

Откуда в безлюдном парке взялась полиция, а следом за ней бригада реанимации? Очень просто. На мне был «Хранитель», спасибо Димке. В случае смертельной опасности артефакт помещает владельца в кратковременный стазис, не больше получаса, чтобы дождаться медицинскую помощь, и отправляет срочный вызов в полицию и скорую помощь. Всё-таки Димка — талант! Такую сложную вещь сделал для нас.

Медработники быстро погрузили на носилки моё бесчувственное тело и аккуратно понесли к реанимобилю. Полицейские похвалили пса за помощь и увели злоумышленника, так что Джек успел запрыгнуть в машину скорой.

— Кыш! Куда ты? А ну пошёл прочь!

— Ты что, не видишь? Это же тень!

— Магическая привязка к хозяину? Надо же… не встречал. Ну ложись на пол, пёсик, только шкурой не тряси, ещё шерсти нам тут не хватало!

Разговоры не мешали медикам подключать приборы, которые помогут довезти меня живой.

В больнице дежурил тер Милевский. Сокрушённо вздыхая, целитель снял стазис, вколол какое-то лекарство, которое должно было стабилизировать состояние, обработал рану и, обвесив датчиками, стал наблюдать.

Несмотря на то что кровотечение сразу остановил Джек (или, может, это всё же была заслуга «Хранителя»), препарат введён вовремя, состояние оставалось тяжёлым. Даже понемногу ухудшалось. Магический резерв убывал, что тоже не лучшим образом влияло на общее физическое состояние. Усилия целителя не приносили результата. Когда тер Яков Ильич почти отчаялся, пришло моё спасение.

Глава 35

Признание, которое не состоялось

Сегодня у тера ректора выдался тяжёлый день, много нудной работы. Занятия в учебной мастерской в последнее время утомляли, потому что дамы постоянно грызлись и что-то делили между собой. Тера Тамара вела себя странно.

Выгнать бы обеих, да нельзя. Без теры Тамары он не сможет совмещать мастерскую и должность ректора, а тера Лисичкина показывает хорошие результаты, когда не думает ни о чём постороннем.

Неожиданный приход Варвары дал ему столько энергии, что удалось до вечера разобраться со всеми срочными вопросами. Только с ней удавалось побыть самим собой. Роман заглушил голос прошлого опыта и попытался прислушаться к ощущениям. На душе хорошо — тепло, спокойно, приятно. С той обманщицей так не было. Варя не притворяется. Может, правда, выросла девочка или Игнат что-то не так понял? Одним словом, сегодня тер Роман собирался признаться своей девочке, что он — жених, а там будь что будет!

На часах 16:30. Сегодня же и поговорит, нужно выйти вовремя, но ещё есть минут двадцать, чтобы выслушать студентку. Раздался стук в дверь. А вот и она.

Тера Барбара Лисичкина энергичным шагом вошла в кабинет.

— Тер Роман Викторович, большое спасибо за то, что согласились выслушать. У меня деловое предложение: женитесь на мне! Вы получите единомышленницу — я тоже увлекаюсь целительскими артефактами. Мы можем работать вместе или отдельно. Я могу помогать в исследованиях или совершенно не лезть в Вашу жизнь. Для меня это вопрос жизни и смерти!

Видите ли,мой отец хочет выдать меня за кондитера, чтобы я продолжила династию кулинаров, но моя страсть — артефакты! Одна надежда: успеть выйти замуж по собственному выбору.

Тер Роман никак не ожидал, что речь пойдёт об этом.

— Тера Барбара, я ценю Вашу честность, но, к сожалению, не могу согласиться, ведь у меня уже давно есть невеста.

Тера Лисичкина серьёзно кивнула. Такой студентку тер Роман ещё не видел. Казалось, она сбросила какую-то маску.

— Да, слышала об этом, но ведь любой договор можно расторгнуть.

— Вы правы, тера, но в моём случае это практически невозможно — магический контракт, составленный ведуньей.

— Тер Роман Викторович, я подумаю, что можно сделать. До свидания!

Тера Лисичкина, выйдя из кабинета ректора, испытывала радостное волнение. Почти у финишной прямой. «Он ведь не отказал? Нет. А невеста — подумаешь! Придумаю, как избавиться, и жених мой! Что мне может помочь? Что-то я такое слышала, кажется… Надо успокоиться и вспомнить», — думала девушка.

У тера Романа встреча оставила неоднозначное впечатление: удивление (студентка открылась с новой стороны), сожаление (раньше он бы с радостью ухватился за этот шанс отделаться от невесты), некоторое опасение (вдруг теперь