Землянка для опасных айтори - Ева Флер

— Ой, как все здорово! — Она повернулась к своим мужчинам. — Давайте оставим их наедине. Плюс я еще не завтракала!

Блондины зашевелились, заулыбались. Один из них — кажется, Рамас — подошел к Лере, обнял ее за плечи.

— Мы тоже не завтракали, лордера.

— Вот и отлично. Идемте. — Лера махнула мне рукой и направилась к выходу, но на полпути остановилась и обернулась. — Кирюх, только не переживай. Все будет хорошо.

Она ушла, уводя за собой мужей. Жадэ, вежливо поклонившись, последовал за ними.

Двери закрылись.

Мы остались втроем.

Тишина в зале была какой-то тяжелой. Я стояла, прижимаясь к мужьям, и пыталась осознать, что внутри меня растет новая жизнь.

— Кира, — тихо сказал Скаар. — Посмотри на меня.

Я подняла голову. В его глазах не было ни капли сомнения. Только тепло, забота и что-то еще — глубокая, спокойnáя радость.

— Ты боишься? — спросил он.

— Немного, — призналась я.

— Мы рядом, — сказал Стил, его рука сжала мою ладонь. — И так будет всегда.

Скаар кивнул.

Дверь, в которую только что ушли Лера с мужьями и Жадэ, открылась.

Я обернулась. В проеме стоял один из блондинов — тот, что говорил меньше всех.

— Грайт? — Скаар сдвинулся так, чтобы я была прикрыта им и Стилом.

Блондин кивнул и подошел ближе.

— То, что вы остаетесь с Тайками, — сказал он, обращаясь ко мне, — означает, что теперь они нам родственники. А это накладывает определенные обязательства. И вам следует обсудить еще и их.

Скаар напрягся.

— Какие?

Грайт посмотрел на него в упор.

— Лордера — это не просто статус. Лордера — это сердце рода и управляющая цитаделью. Если ее сестра попадет не в те руки…

Он многозначительно замолчал.

— Кира никогда не останется без защиты! — прорычал Стил.

— Это не просто мой каприз. И вы оба об этом знаете. Этого потребует совет. Вы не можете продолжать наемничать по всей галактике, таская с собой сестру лордеры. Как бы круты вы ни были — это небезопасно. Теперь вы часть семьи Налор. А значит, ваш образ жизни должен измениться.

Скаар и Стил переглянулись.

Я видела, как напряглись мужья.

— Обсудим это позже, Грайт, — вдруг очень спокойно сказал Скаар. — А сейчас мы бы хотели побыть наедине с женой.

Грайт так же спокойно кивнул.

То, что он сказал, не было ультиматумом, он просто донес до нас информацию и, кажется, был даже немного удивлен спокойной реакцией.

Он коротко поклонился мне:

— Извините, что заставил вас нервничать, Кира.

Не дожидаясь ответа, он вышел.

Я выдохнула.

— Это меня… меня только что приняли в семью? — тихо спросила я.

— Да. Кажется, нас тоже, — недовольно фыркнул Стил.

Скаар притянул меня к себе, поцеловал в лоб.

— Разберемся. Главное, что ты и ребенок будете в порядке. Остальное — решаемо. Да и от Стеллоса пришло сообщение, в котором он намекнул, чтобы мы не строили планы на будущее.

— Всем от нас что-то надо! — тут же возмутился Стил и, подмигнув нам, предложил:

— Предлагаю сбежать!

Я прижалась к нему, чувствуя, как тепло разливается по телу.

— Люблю вас, — прошептала я. — Обоих.

— И мы тебя, — ответили они почти в унисон.

Глава 46.

Неделю спустя. Орбита планеты Нова. Научно-исследовательский центр «Вектор».

«Вектор» оказался огромной космической станцией. Она висела на внешней орбите Новы.

На станции имелся биокупол — комфортабельная среда для жизни людей, работающих на станции.

Посередине купола раскинулось большое озеро. Вокруг него, утопая в зелени, расположился жилой комплекс — не здание, а целый маленький городок.

Встречу с высокими гостями устроили в одном из административных корпусов.

Сейчас я сидела в большом зале для совещаний. За длинным столом, на полированной поверхности которого мерцали голограммы. В креслах — серьезные люди. Вернее, не совсем люди.

Напротив меня — президент Федерации. Мужчина средних лет с пронзительными глазами, короткой модельной стрижкой и тяжелым подбородком.

Рядом с ним — адмирал Стеллос — огромный, привлекательный мужчина; казалось, стоит ему напрячься — и его роскошный военный мундир лопнет на широких плечах.

Рядом — его первый помощник и супруга — невероятно тонкая, очень симпатичная девушка.

Совершенно разные на первый взгляд. Но когда их взгляды пересекались, становилось понятно: так только кажется. На самом деле они одно целое. Энергия чувств, которая скользила между ними, иногда казалась осязаемой.

Справа и слева от меня — Скаар и Стил. Мои мужья. Они сидели близко, почти касаясь меня плечами.

Дальше были места Кони и Жадэ. Кони держала планшет, нервно постукивая по нему стилусом.

А сам Жадэ стоял у голографической доски, на которой крутилась трехмерная модель паразита — узловатая клякса с длинными щупальцами, которые сплетались в сложные узоры.

Я смотрела на эту модель, и внутри все холодело. Это существо жило в моей голове. То есть то, что от него осталось.

— … таким образом, — говорил Жадэ, и я поняла, что, задумавшись, пропустила начало его речи, — уникальность строения организмов земных женщин может стать ключом к победе над паразитом.

Он коснулся модели, и та распалась на части. Внутри нее появилась крошечная структура, похожая на спираль.

— Я уже выделил механизм, который отвечает за подавление функций паразита. Видите ли, в организмах земных женщин есть белок, и он срабатывает как аварийный предохранитель. Этот белок находится только в организме женщин и передается по наследству по женской линии.

— И что? — спросил президент. — Зачем он нужен?

Жадэ увеличил изображение.

— Смотрите. В каждой клетке есть крошечные энергостанции — они перерабатывают еду и кислород в энергию. Паразит, когда попадает в мозг, пытается подключиться к этим станциям, взять их под контроль. Но в теле земной женщины срабатывает предохранитель. Происходит резкий скачок — и паразита вырубает. Он просто сгорает на месте.

Президент нахмурился.

— А почему у Киры он сгорел не до конца? — спросил Стил.

— У паразита сложное строение. Часть наружных усиков, которые нужны ему для общения с себе подобными, остается. Поэтому она чувствует других зараженных на расстоянии, но сама не становится ни зомби, ни агрессором. Паразит мертв.

— А почему мужчины не защищены? — уточнил президент, записав что-то в планшет.

— Потому что у мужчин сила того самого предохранителя