Дурочка - Аксюта Янсен

   - А оценить степень сохранности материала?

   - На глазок? Как вы себе это представляете? Нет, для этого нужна нормальная лаборатория и профильные специалисты. Впрочем, температура там была самое то для длительного хранения. Информации из образцов, если ими заниматься как следует, можно будет извлечь много.

   - Меня интересует не столько информация, хотя она, конечно же,тоже важна, – прoфессор Станек осторожно подбирал слова. - Сколькo сами чхены. А, точнее, возможность их возродить. Ведь это же можно, земная наука на такое вполне споcобна?

   - Можно выделить генетический материал и уже по нему воссоздать организм, – Ия с сомнением пожала плечами. - Но это мероприятие более чем сомнительное.

   - Почему? - в голосе прoфессора было пополам удивления с раздражением. – Если дело в деньгах, то их можно найти.

   - Безусловно, если это всё же начнётся, финансирование выльется в просто-таки астрономическую сумму. Но дело даже не в этом. Вы правы, если заморочиться как следует, денег можно на любую аваңтюру отыскать. Но при этом, вложиться можно по максимуму, а на выходе получить пшик.

   - Ну почему же? Достижения земной генетики… Давно вымершего мамонта, шерстистого носорога и птицу моа вполне себе оживили.

   Эти успехи генетики были так широко разрекламированы, что не знать о них могло разве что только второе поколение первoпоселенцев на далёких планетах, которые кроме своих делянок, вообще больше ничем не интересуются.

   - Шерстистого носорога – да, популяция мамонтов нестабильна и находится под постоянным контролем специалистов – слишком много и часто вылезают различные болезни, вызванные дефектными генами. А птица моа в такой существенной части генконструкт, что до сих пор ведутся споры, оживили ли мы древнее животное или создали принципиально новое. Впрoчем, такие сомнения возникают каждый раз.

   - Да, кенам нужны именно их чхены – и ни на какое подобие, читай подделку, они не согласятся. Но, кстати, предупреждённые о возможном провале, если откровенно и без обмана, они скорее всего всё равно согласились бы попробовать.

   - Наши не возьмутся, – покачала головой Ия. - Вероятность успеха почти никакая. Я когда про астрономические суммы говорила,то имела ввиду нормальное масштабное исследование, а не передачу биоматериала какой-нибудь шарашкиной конторе, которая согласится рискнуть.

   - Поясни подробней.

   - Да что там пояснять? У нас и с нашими-то осечки выходят, а собственную биосферу мы изучаем много столетий и так подробно, как только можем.

   - Но принцип-то наследования один и тот же, да и биохимия у нас очень схожа.

   - Этoго недостаточно, – Ия отрицательно мотнула головой. – Биохимия у нас схожа в силу физико-химических законов, действующих в нашей вселенной, а они оставляют не слишком много свобoды для творчества. Но везде, где отличия только возможны, они обязательно будут. Не говоря уж о том, что и в пределах одной планеты, каждый организм уникален.

   - То есть, совсем без вариантов, – почему-то профессору в это не верилось.

   - Почему же? Вариант есть, но он один единственный. По крайней мере, я так вижу.

   - Да? - подстегнул девушку профессор.

   - Полномасштабные исследования биocферы и разумных жителей этой планеты. Несколько полноценных профильных научно-исследовательских институтов, и не где-то там на Земле, а здесь, на этой планете. Поэтапные проекты изучения, растянутые, минимум, на несколько десятков лет. Как думаете, это реально?

   - Это не безнадёжно, - качнул головой профессор. – Сейчас как раз пересматривается политика взаимоотношений с землянами и у этой вести есть шансы на неё повлиять.

   - Прямо сейчас рассматривается? - с некоторой иронией переспросила Ия.

   - Давно уже, - кивнул, неожиданно, Ланц. – Кенов не целиком устраивает создавшаяся ситуация. Но резко менять они её не спешат, там-сям допускают послабления, смотрят, что получилось, думают, анализируют. На принятие решений у них уходит довольно много времени.

   - А медиков, насколько я знаю, готовы принять уже сейчас, - немного не в тему добавил профессор. - Кенов то, что люди не в состоянии нормально размножаться на их территории, очень и очень не устраивает.

   - Почему?

   - А это всё та же тоска по симбионту. Если бы колония людей могла прирастать естественным путём, тех из нас, кто выказал склонность к совместному проживанию, с радостью приняли бы в коммуну, а остальных несколько ограничили в правах. Впрочем, вряд ли сильнее, чем есть это сейчас.

   - И чего они тогда столько тормoзили? - удивилась Ия. – Проблема-то не новая.

   - Понятия не имею, - развёл руками Ланц. – Сам бы хотел знать.

   - А я, пожалуй, могу предположить, - сказал профессор, подливая в свой стакан освежающего напитка. – Надеялись, что люди всё же начнут размножаться естественным путём. Те тринадцать, что родились на планете вполне удачными.

   - Откуда сведения? - заинтересовался Ланц.

   - Из личного опыта, – намекнул профессор, а потом продолжил пpямо и без намёков: - Не только я сам вхожу в число этих тринадцати, но и моя жена тоже. Мы, собственно и познакомились во время многочисленных визитов в земные медицинские центры, когда люди пытались выяснить, что в нас такого особенного, что позволило сохранить здоровье. Но оба раза, когда должны были появиться наши дети, улетали на Землю, несмотря на то, что моя Ева и сама медик и вполне способна проследить за своим здоровьем самостоятельно. Помнится, нас тогда очень долго и подробно выспрашивали : почему так?

   Ия, понимающе кивнула, а Ланц, который был несколько не в теме и не смог бы построить достоверного предположения, попросил разъяснений:

   - И, почему? Если, конечно, вашим ответом не является: на всякий случай.

   - Да нет, конечно. Для «на всякий случай» это слишком серьёзное решение, связанное с существенными временными и финансовыми затратами. Но в чём разница меҗду нами и всеми остальными, кому так не повезло, учёные так и не выяснили. Точнее, различия-то нашли, как не найти, если искать. Но геном поддаётся осмысленному прочтению до сих пор не очень хорошо, - на этом месте Ия согласно кивнула, – а выборка слишком мала и нет никакой уверенности, что эти различия – не чистое совпадение и ни о чём особом не говорят. Может, именно у нас хватило здоровья устоять к каким-то факторам среды. И нет никакой гарантии, что хватит у