Ошибки были совершены - Люси Скоур

Я взбежал по лестнице на второй этаже и как раз поднял кулак, чтобы заколотить в дверь Зои, когда услышал изнутри громкий стон. Она либо пострадала, либо занимается сексом. И ни в одну из этих ситуаций я не хотел входить.

Я помедлил и прислушался.

— Вот так я и умру, — услышал я её слова, затем последовал ещё один глухой удар.

Я постучал костяшками пальцев по двери.

— Зои? Ты в порядке?

Пауза, затем угрюмое:

— Нет.

— Тебе нужна помощь?

Очередная долгая пауза.

— Да. Пожалуйста.

В её голосе слышались истеричные нотки, от которых адреналин выбросился в мою кровь.

— Что случилось? Открой дверь.

— Ты увидишь кое-что, к чему ты не готов, — предостерегла она.

Если она впустила в свою квартиру белоголового орлана, я пи**ец как разозлюсь.

— Думаю, я смогу с этим справиться, — заверил я её.

Её смешок прозвучал невесело.

— Посмотрим.

— Впусти меня, Зои.

— Уф. Ладно. Не заперто.

Я толкнул дверь.

— Нам нужно поговорить о запирании...

Остаток предложения, как и весь воздух в моих лёгких, покинули меня. Кровоток к мозгу совершил резкий разворот и направился прямиком к моему члену.

Зои стояла посреди гостиной, подняв руки над головой. Её кудри бурно выбивались из высокого хвостика. Её щёки раскраснелись. Что-то, выглядящее подозрительно похожим на спортивный лифчик, скрутилось и туго натянулось повыше её груди. Её обнажённой груди.

— Бл*дь, — выдохнул я.

— Вот и я о том же. Не поможешь ли? У меня такое чувство, будто меня душит анаконда, и я признаю это вовсе не с гордостью, но я реально начинаю паниковать.

Пеп и Фрэнк Бишопы воспитали хороших мужчин, а то и полноценных джентльменов, но разворот, чтобы отвести взгляд и закрыть дверь, случился как минимум на три секунды позже положенного.

— Что тебе нужно? — спросил я у двери, пока образ её идеальных грудей перманентно выжегся в моём мозгу.

— Мне нужно, чтобы ты сделал мне бутерброд. А ты как думаешь, что мне нужно, чёрт возьми? Вытащи меня из этой штуки, пока я не померла! — провизжала она.

— Успокойся, чёрт возьми.

— Ты это говоришь мне или двери? Это груди, Гейдж. А не бешеные росомахи.

— Да, Зои. Все свидетельства твёрдо указывают на то, что это грудь, — произнёс я, всё ещё стоя лицом к двери и желая, чтобы мой мгновенно возникший стояк тоже угомонился.

— Боже мой. Пожалуйста, перестань притворяться джентльменом и вытащи меня из него! Я задыхаюсь!

Я сделал глубокий вдох и повернулся к ней лицом.

Ага. Она всё ещё была топлес, и я никогда от этого не оправлюсь.

У неё была фигура богини. Её полные, каплевидной формы груди были выставлены на всеобщее обозрение, как на какой-нибудь художественной выставке мастера. Мой член был твёрже мрамора, который скульптор выбрал бы для её увековечения.

— Помоги, — простонала Зои, подняв руки над головой. — Я слишком вспотела. Я не могу его снять.

Я взял дело в свои руки и развернул её так, чтобы самые красивые сиськи, которые я когда-либо видел в своей жизни, не были прямо перед моим лицом.

— Где застёжка? — хрипло спросил я, ощупывая резинку на её лопатках. Лифчик перекрутился около полдюжины раз.

— Её нет. Это одна из тех натягиваемых моделей, которые я никогда больше не надену. В любом случае, он не очень-то хорошо поддерживал. Грудь слишком сильно тряслась.

— Прекрати. Говорить, — взмолился я сквозь стиснутые зубы.

— Начинай работать.

Я прижал большие пальцы к её спине и попытался просунуть их под перекрученную ткань, но всё было слишком туго.

— Не двигайся, — приказал я.

Я скользнул руками по её бокам и попытался просунуть их под лифчик у неё под мышками.

Зои издала панический смешок и подпрыгнула. Её обтянутая леггинсами попка соприкоснулась с моим пульсирующим членом, и мы оба замерли.

— Эм, я боюсь щекотки, — прошептала она.

— Да. Понял, — ответил я, когда в глазах у меня начало темнеть. Одно движение, один слишком глубокий вдох, и я готов был опозориться, кончив в джинсы.

— Если бы я не паниковала из-за того, что меня задушит мой спортивный лифчик, я была бы польщена, — сказала Зои наконец. — Это ощущается довольно впечатляющим.

— Зои, мне нужно, чтобы ты прямо сейчас прекратила говорить о своих сиськах и моём члене.

— Прости. Затыкаюсь сейчас же, — пообещала она.

Я снова попытался просунуть кончики пальцев под лифчик, но у меня ничего не вышло. Скрученный материал слишком туго натянулся.

— Послушай, мне вроде как нужно... залезть... туда. Хочешь, я позову...

— Боже мой, Гейдж. Ты ведь в прошлом уже трогал сиськи, верно? Мне всё равно, даже если тебе придётся поиграть в катерок. Просто избавь меня от этого! — в её голосе слышались истерические нотки.

(Поиграть в катерок, судя по всему — это когда мужчина утыкается лицом в грудь женщины и издаёт звуки моторной лодки, — прим)

— Ты можешь, пожалуйста, перестать говорить о таких вещах, как катерок и сиськи? Я пытаюсь быть джентльменом, но ты, бл*дь, не упрощаешь мне задачу.

Издав раздражённый стон, Зои развернулась ко мне лицом. Она схватила мои руки и с размаху шлепнула их себе на грудь.

— Вот так. Добро пожаловать на вторую базу. Теперь мы можем сосредоточиться?

Я стоял, как вкопанный, обхватив ладонями её полные груди. Её кожа была скользкой от пота, а соски бугрились под моими ладонями.

Мои руки рефлекторно сжались, и я бы извинился, но мне даже отдалённо не было жаль. Дыхание Зои стало прерывистым, отчего её грудь приподнялась. У меня перехватило дыхание, чего я не осознавал, пока не начал замечать чёрные точки.

Я прижался лбом к её лбу.

— Ты убиваешь меня, Катастрофа.

— Да? Что ж, это будет двойное убийство, учитывая, что этот лифчик убивает меня, — дрожащим голосом прошипела она.

— Бл*дь, — пробормотал я. Мне потребовалась каждая клеточка мозга, чтобы сосредоточиться, но, проведя руками вверх по грудям, о которых я буду фантазировать всю свою оставшуюся жизнь, мне удалось просунуть большие пальцы под резинку над её грудиной. Я дёрнул раз, потом ещё раз посильнее.

— Ой, — заскулила Зои.

— Прости, — сказал я, прекращая свои действия.

— Ладно. Что, если я, например, попрыгаю? — предложила она.

— Попрыгаешь? — это какая-то шутка вселенной? Меня наказывали за какую-то прошлую оплошность? Я не мог придумать ничего хуже.

Очевидно, Зои подумала, что я не понимаю значения этого слова, потому что она продемонстрировала это, подпрыгнув вверх-вниз, отчего её груди затряслись.

Какой-то неконтролируемый биологический импульс заставил меня обхватить её груди руками. У меня потекли слюнки. Мой член напрягся под молнией, требуя, чтобы его освободили. Она точно пыталась меня убить. Это единственное