Обречённый быть обручённым - Татьяна Геннадьевна Абалова

Я расплакалась от нежности к нему.

На завтрак мы спустились в столовую, отдав комнату на расправу горничным. Они проветривали и раскладывали вещи.

Не знаю, то ли о ночных событиях раструбили на каждом углу, то ли люди помнили, что мы жених и невеста, и у нас только что прошла брачная ночь, но на нас все обернулись. Я сделала лицо счастливой женщины. Те царапины, что были видны, я припудрила, а белое платье с воротничком–стойкой хорошо прикрывало пластырь на груди. Габриэль не нашел ничего лучшего, как надеть тонкие перчатки под цвет костюма песочного цвета и не снимал их даже во время еды, хотя это считалось моветоном.

Нас провели к столику у окна, и мы наслаждались не только едой, но и видом на город. Гостиница стояла на холме, поэтому я с удовольствием рассматривали улицы, утопающие в зелени, остроконечные крыши домов и людей, прогуливающихся по аллеям парка. Я вспоминала наш первый с Габриэлем поцелуй.

Единственное, что портило вид из окна – это парочка полицейских, которые не спускали глаз с дверей гостиницы. Мне показалось, что они ждали, когда мы выйдем, чтобы тут же увязаться за нами. Определенно у них накопились вопросы. У нас тоже, но мы обратимся к дневнику ведьмы. Уходя из номера, я спрятала его в сумку, заговорив замок, чтобы он не открывался при попытке чужака сунуть нос.

Когда мы вернулись, номер сверкал чистотой, пах свежими цветами и радовал перестеленной накрахмаленным бельем постелью. Я с разбега упала на нее.

– Как же мне хорошо! – сказала я Габриэлю, когда он лег рядом. – У меня почти ничего не болит, главный враг повержен, а впереди долгожданное счастье. Небольшое усилие, и мы закончим эпопею с проклятием.

– Какую ты хочешь свадьбу – пышную или в тесном кругу? – Рош пристроил голову на ладони, уперев локоть в подушку.

Конечно же, любой девушке хочется пышной свадьбы. Чтобы белое платье, фата, музыка и первый танец, но… Как–то не выходит у нас без сюрпризов. Стоило мне захотеть провести ночь с Габриэлем, как появилась Элоиза и устроила драку. Следом случился разговор по–мужски между драконами, и Андре отдал богу душу. А после заключения брака в мэрии нас изодрала дикая кошка, и мы едва не задохнулись в дыму. Помимо того, Габриэля подозревают в убийстве ведьмы.

Какая же катастрофа ждет нас, если мы устроим пышную свадьбу? Вселенского масштаба? Уж не посылает ли нам проведение сигнал, что не надо выставлять напоказ свое счастье?

– А давай вовсе без свадьбы? – я потянулась и убрала длинную челку с лица Габриэля. – Тихо обвенчаемся в храме и вернемся домой.

– Куда домой? В замок? Ты же видела, в каком он состоянии. Конечно, я уже распорядился, чтобы в нем начали ремонт, но он не случится быстро. Я рассчитывал, что сразу после свадьбы мы уедем на море, где я сниму тихий особняк на полгода…

– О, нет! На полгода нельзя. Слишком далеко от источника. А нам еще нужно навестить его, чтобы показать, что пророчество исполнилось: я сняла проклятия и ты стал моим мужем. Мы можем пожить у моих родителей, пока идет ремонт в замке. Мне хочется самой заказывать мебель и подбирать занавески. Я мечтаю быть там хозяйкой.

Рош улыбался, слушая меня.

Глава 32. Дневник

Я так раскипятилась, что не могла лежать. Когда я порывисто села, Габриэль притянул меня к себе и поцеловал.

– Все будет, как ты захочешь, милая. Даже не сомневайся. Ты выстрадала свою мечту, и кто я такой, чтобы мешать тебе быть счастливой?

– Ты мой муж. И только с тобой рядом я счастлива. Мы можем съездить на море, но не больше, чем на два–три месяца, а потом домой, в Рок, – я тоже умею идти на компромиссы. – Согласен?

– Согласен. Так на чем мы остановились?

– На пышной свадьбе, трех месяцах на море и вечном счастье в замке. Для начала ты отремонтируешь одно крыло, чтобы мы могли переехать в него, минуя дом моих родителей. Он, конечно гостеприимный, и нам будут рады, но там слишком шумно.

На лицо Габриэля легла тень досады.

– Что такое? – заволновалась я.

– Я дал слово твоим родственникам, что позволю гостить у нас, сколько им вздумается. Твоя мама и бабушка уже выбрали комнаты для женской половины и детей Эммелин. Папа с братьями вызвались поселиться в охотничьей башне. Она как раз смотрит на лес. Боюсь, они с нами навсегда.

Я открыла и закрыла рот. Сказать было нечего. Мои родственники, как всегда, подсуетились, чтобы их малышка не скучала. Счастьем нужно делиться. Не хватало только мамы Габриэля.

– Моя мама активная женщина, но она не любит больших компаний, – успокоил меня Рош. – Поэтому будет приезжать по праздникам и по случаю рождения своих внуков.

– А это значит, что она тоже поселится у нас навсегда, – обреченно произнесла я.

– Ты собираешься рожать много детей? – в глазах мужа появилась тревога. Неужели Габриэль не знает, как плодовиты ведьмы?

– Дело не только в них. Просто в нашей семье каждый день, как праздник. Нас слишком много, чтобы что–то да не отмечалось: дни рождения, удачная сдача экзаменов, первый зуб или первое слово очередного ребенка Эммелин. А мы, если захотим детей, то только умножим количество праздничных дней.

– А мы захотим?

– Конечно.

Габриэль рассмеялся и, опрокинув меня на подушку, поцеловал.

Как бы мы не оттягивали время, но пришла пора взяться за дневник ведьмы и понять, как нам действовать дальше. Сначала я решила прочесть ее записи сама и выдавать Габриэлю лишь цитаты, а не полный текст. Древний язык слишком сложный, чтобы бегло читать его. Сочетание некоторых слов лучше не произносить вслух, иначе они прозвучат как заклинание, а я не очень опытная ведьма, чтобы помнить старинные проклятия наизусть. Поэтому лучше пересказывать своим языком.

Конечно же, на самой первой странице дневника стояла ловушка. Для тех, кто без разрешения захочет прочесть чужие откровения. Я с пансиона знала о подобных «капканах» и активно пользовалась ими сама, ведя девичий дневник, в котором вздыхала о сыне садовника… Или молочника? Я улыбнулась. Как давно это было.

– Там что–то смешное? – как оказалось, Габриэль наблюдал за мной.

– Нет–нет, просто вспомнила, что тоже вела дневник.

– Ты уже вычитала что–то важное?

Мне сделалось стыдно. Он волновался, а я занималась ерундой.

– Нет. Пока только думаю, каким заклинанием снять проклятие с первой страницы. Это как замок на двери. Не решишь проблему, огребешь неприятности.

– О, – сказал Габриэль и