Замуж за зверя. Попала! - Каролина Бром

юбки подлетали на душистом, пропитанном запахом опавших листьев ветру. Одновременно с резвыми движениями, точно продолжения тел. Даже камешки разлетающиеся под ногами будто бы отбивали музыку.

На фоне которой девичьи голоса громко пели и почти выкрикивали заводные частушки.

— Пляшем мы вокруг невесты, негде ягодке упасть. Ведь она у нас на зависть! Всем захочется украсть!

— Расплетается коса да сгорает береста. Ты гуляй, гуляй, девица, вскоре станешь ты жена!

— Слышны крики из окошка. Что за диво! Это кошка? Но не кошка там орала — Злата с мужем честь теряла!

Услышав последнюю частушку, я стыдливо захихикала и прикрыла красное лицо рукой. Кажется, сегодня мне ещё много раз предстояло услышать что-то этакое. Свадьба — всё-таки праздник союза мужчины и женщины, праздник любви.

Неудивительно. И всё же чуть неловко.

До поляны, подготовленной для гуляния, все шли пританцовывая. Ни на секунду не затихая и не останавливаясь.

Я почти бежала вприпрыжку, чтобы не отставать, но не чувствовала усталости. Наоборот, заряжалась от любопытства, что же дальше, и хотела поскорее влиться в общий кутёж.

Полянка оказалась на берегу всё той же речки, но чуть дальше, где я уже не бывала. Кто-то разжёг костерок, чтобы греться, а недалеко от него участок скукоженной травы укрыли большими и яркими платками с цветочными узорами.

Сверху стояли блюда с горячей выпечкой, ягодами, кружки с напитками. И пёстрые цветы, и луговые травы, слегка повядшие на прохладе, но всё ещё пушистые и красивые.

И только уселась, как подружки начали аккуратно расплетать мне косу.

Я не боялась, доверяла им, но всё же в непонимании и с немой просьбой на губах стала смотреть по сторонам. Внутренне надеясь, что сейчас всё станет понятно.

Божечки… А нужно ли мне тоже что-то делать?

Рядом присела Ванда и, глотнув питья из своей кружки, радостно сказала:

— Это тебе ещё свезло, девонька, недолго до свадьбы простоволосой ходить осталось! — Тут я заметила, что и она, и мои незамужние подружки тоже сидели с распущенными волосами, в то время как замужняя Живда и золовки собрали свои в причёски. Видно, очередная традиция. — А ещё у костра будем до потёмок петь и плясать, веночки с желаньями на воду пускать, в бане тебя купать! В новую жизнь пойдёшь чистая.

Ох, программа моего девичника ожидалась насыщенная. С таким планом тут и никаких пошлых танцев от полуголых мужчин не надо было. Они бы лишь всю атмосферу душевности испортили.

Я заулыбалась и спросила у Ванды:

— А ты как на всё это согласилась? Неужели любишь девичники?

— Меня золовки твои позвали, погадать, глянуть тебе в замужнюю жизнь попросили. А я в избе сидеть умаялась, подумала, отчего бы и не сходить?

— А мне погадаешь? — Тут же оживилась Сияна. — На любовь, на жениха!

Ванда несколько секунд смотрела ей в глаза, а после хитро улыбнулась и ответила:

— Я и без гаданий могу сказать, что жениха твоего Есением звать. А из какого он двора, поведать?

— Не надо! — выкрикнула Сияна, страшно смущаясь и краснея. Глядя на её реакцию, остальные девушки захохотали.

Я поддерживающе погладила её по плечу, но тут же оказалась вытянута со своего места и поставлена у костра. Девчонки бросились вслед за мной. Заплясали, заулюлюкали, захлопали в ладоши и, разгоняя сизый дым подолами своих платьев, опять затянули звучные песни на весь берег.

Приходилось много двигаться, кружить, подпевать. Но давненько я не испытывала такой почти детской радости и отдыха. Мои густые золотистые волосы подлетали и развевались, как и душа готова была улететь в пучину раздолья.

Иногда, правда, они всё же вспоминали про этот грустный обычай и в один голос все, кроме Ванды, начинали заунывно рыдать, «хороня мои младые годы». Я в такие моменты тихонько стояла в сторонке, с печальным выражением склонив голову и тихо вздыхая.

После очередного безумного хоровода у меня всё-таки заныли ноги. Отошла присесть, перевести дух, выпить освежающего отвара, да тут как тут появилась жрица. Взлохмаченная, румяная, с горящими глазами — ну точно дикая зверушка, вышедшая к людям из чащи леса!

Я чуть не чертыхнулась от неожиданности, а она ко мне приблизилась, зашептала с интригой:

— Есть у меня подарочек тебе особый, гляди…

Вытащив из-за пазухи своего сарафана маленькую склянку, быстренько передала мне. Внутри вяло перетекала тёмно-коричневая, густая жижица. Похоже, что это то самое обещанное снадобье от анемии.

Я понимала, что это значит. Ванда намекала, что всё ещё ждала моего ответа насчёт обучения.

— Я дам тебе знать после свадьбы, — ответила я так же тихо, пряча склянку в кармане. — Мне надо сначала втянуться в семейную жизнь.

— Дело хорошее. Втягивайся на здоровье, да токмо до весны поспеть надобно.

— Да-да, я помню… Столица… А как долго будет длиться обучение?

— Чернобог его знает… У тебя вопрошать надо. Как всё выучишь, так и кончим.

— Понятно… И как пить эту… — Хотела сказать «бурду», но исправилась. Мало ли, вдруг ещё решит, что я её навык зельеварения оскорбляю! — Эту… настойку?

— Надо сделать лишь глоточек во время едьбы. Тебе этого на седмицу должно хватить. Оно горькое вышло, но всё лучше, чем от бескровия с ног валиться.

— Спасибо…

Перейти к главе 44...

Глава 44. На девичнике, ч. 2

Я собиралась прямо сейчас опробовать это средство и закусить плюшкой с ягодами. Чего тянуть? Мне и правда нужны были силы. Впереди ещё немало хлопот. Но Любава быстро заметила у меня в руке этот несчастный бутылёк. Прекратила задорно танцевать как по щелчку и спешно приблизилась.

— Это чего? — с упрёком спросила подруга, привлекая внимание остальных. — Травить нам Златку перед свадьбой удумала, ведьма?

Остальные со страхом зашептались, стали метать враждебные взгляды, а я поджала губы. Как неудобно получилось! Своей нетерпеливостью подставила Ванду, хоть и совсем не специально. Эх… Впрочем, она быстро придумала, что ответить подружке.

— Тихо-тихо вам! Почто мне травить её? Это ж настойка для бабского довольствия в койке! — Ванда глотнула из своей кружки и ехидно подмигнула. — Дабы быстро к супружеской жизни приноровилась! Ха-ха-ха!

От её слов я покраснела и поспешила опять спрятать склянку в кармане. Понимала, что это лишь придуманная версия для остальных, но теперь, глядя в хитрые глазищи жрицы, засомневалась. Вдруг правду говорила?

— Коли так, то