Адвокат - Роза мира

— Вот это и есть Вера Радугина, всё разговор окончен, я устал, можно мне кофе?

Виктор выпил кофе, прилёг отдохнуть, но сон не шёл, Вера... Виктор думал о дочери. Она... Она беременна, ну что же, отцом не был, так хоть дедом буду... хорошим.

Глава 22. Григорий Антонов

— Вер, успокойся, всё, ушёл Орехов, я всё понимаю, но не плачь, тебе надо беречь себя, ты понимаешь о чём я. — Успокаивал Веру хотя у самого на душе было скверно, врач сказал, что есть угроза выкидыша, а этого допустить никак нельзя.

— Всё, прекращаю, я редко плачу, можно сказать вообще никогда, от боли, имею в виду, но здесь, боль то совсем другая, сердце не выдержало и слёзы сами потекли, знаешь как я хотела чтобы у меня тоже был папа как и у всех, ждала его, молчала, у мамы никогда не спрашивала "Кто он?" "Где он?", Всё детство так, а когда выросла, думала: "Зачем он теперь мне?", но всё же решила у мамы спросить, узнала-удивилась, решила что нет, не надо ему знать что я его дочь, видно мама сказала ему, вот он и приехал, туда, спасать меня. — Вера помолчала, — А сейчас пришёл и я... не могу, не могу сдержать слёз.

Она вытерла слёзы.

— Не такой уж он и плохой, если бы не успел вовремя, или тебя или меня не было бы сейчас на свете, Белла не остановилась бы ни перед чем, почему её не закрыли? Одного человека ранила, нам угрожала убийством, неизвестно, как там Плотников? Это которого Пила зовут, у Михея друзья прозвища имеют.

— Утром звонил Михей, справлялся о твоём здоровье, я спросил, как Плотников себя чувствует, он ответил что в больнице, пулю вытащили, так что всё в норме.

— Хорошо, пусть лечится... — Не успела Вера договорить, в палату зашла Анастасия Викторовна.

— Здравствуйте, ну как здесь? — Улыбнулась она, — Я вот бульон куриный принесла, обязательно выпей, он полезный, а это пирожки, тоже съешь Вер.

— Спасибо мам, мне уже легче, Георгий не отходит, работу забросил, только мной занимается.

— Ну, это неплохо, да вот ещё что, следователь пришёл, спрашивает, можно к тебе, поговорить и с тобой и с Георгием хочет.

— Пусть заходит, отвечу на все его вопросы. — Ответила Вера.

* * *

— Здравствуйте Вера Леонидовна, как вы? Сможете отвечать на вопросы? — Знакомый следователь Андрейченко, ну что же поговорим.

— Здравствуйте Максим Александрович, я хоть и не совсем в порядке, но расскажу всё что помню, я не помню только как попала в эту сторожку.

Вера рассказала всё что помнила, я рассказал, то что своими глазами видел.

— Значит вас по голове ударили?

— Да, именно по голове, сколько в отключке была не знаю, и кто ударил, не видела

— Кто ударил уже дал показания, они голубчики оба у нас в изоляторе, Антоновой Белле Орехов руку прострелил?

— Да, иначе могло случиться непоправимое. — Ответила Вера.

Следователь изучающе посмотрел на нас.

— Мне стало известно, что Виктор Иванович Орехов ваш отец, он сам сказал, это правда? Не для протокола вопрос.

— Да. Сама недавно узнала, так что Виктор Иванович спас жизнь, Георгию Олеговичу. — Вздохнула Вера.

Следователь тоже вздохнул.

Павлов угрожает всем, считает что его дочь не виновата, мало того что пистолетом размахивала отцовским, ещё и подставить его хотела, а он своё... Непонятный человек.

— У вас есть дети? — Вера с улыбкой посмотрела на него.

— Пока нет.

— Вот когда будут, тогда поймёте.

Я посмотрел на Веру и подумал, надо же, когда женщина только узнаёт что станет матерью, она уже мать, уже любит своего ребёнка и всё понимает.

— Возможно что и так, но до такой степени детей баловать и любить, нет, нельзя, это слепая любовь. — Кивнул головой наш, можно сказать, коллега.

* * *

Часам к семи вечера приехали ещё два человека проведать Веру, это... Таранины, Роман и Михей.

— Здравствуйте. — Рома несмело подошёл к Вере. — Вер, папа сказал, что ты заболела, ты упала?

— Рома, здравствуй дорогой, можно сказать что упала, я так рада что ты приехал. — Она полусидя на койке обняла мальчишку.

Он прижался к Вере.

— Ты не болей, я тебе самые вкусные яблоки привёз, и сок, свежий, и...

— Ну ты совсем заговорил Веру, — Михей остановил сына, — видишь она лечится, ей покой нужен.

— Ну пап, я хотел рассказать Вере все свои новости. — Ромка обиженно посмотрел на отца.

— Оставь его, я сама с ним поговорить хочу.

— Ну что же вы поговорите, а мы выйдем, поговорим о своём. — Мы с Михеем вышли в коридор.

— Следователь допрашивал тебя? — Спросил я как только мы вышли.

— Имел честь, побеседовал. А что я им скажу? Только то что своими глазами видел. — Михей вздохнул, — Ну не дура твоя бывшая жена? Самая настоящая.

— Моя бывшая жена, твоя бывшая любовница, ох и влипли мы с тобой, Михей.

— Это точно, только отец её настроен меня во всех бедах обвинить, дочка его ни в чём не виновата, так считает, понимаешь, ведь снова приходил, и снова Вера виновата, Михей виноват и ты, а Белла не при чём.

— Пусть следствие разбирается, защищать её наверное адвокаты Павлова будут, похитили с, ещё одним дураком Никитой, беременную женщину, а это серьёзная статья...

— Вера беременна? — Михей удивлённо посмотрел на меня.

— Да. Срок небольшой, но...

— Я ведь тогда думал, что она не выживет, это ведь мы с парнями её так... простить себя не могу.

Я ничего не ответил ему на это, только спросил, как там Плотников, Михей ответил что нормально, пулю вытащили, лежит пока в больнице.

— Кстати, Вера сразу тебя узнала, как только увидела, она мне рассказывала.

— Я её тоже, у меня память зрительная хорошая, может она и изменилась внешне, но глаза... Они такие же, я как только их увидел, всё понял, а когда она показала мне фото девчонки, которую мы... Ты понимаешь, и тогда у меня не осталось и тени сомнения. Знаешь я ведь в молодости жестокий был, все мы четыре друга Колун, Пила, Муравей и я.

— А кто это... Муравей?

— Нет его уже, Муравьёв Иван, погиб в неравной борьбе с Зелёным змием, думал не напьётся, хватил суррогата и... В общем не спасли.

— Понятно, да, не позавидуешь твоей молодости, мне это вообще дико, я в хорошей семье рос, учился в элитной школе, после в универе.

— Ну считай,